Азраил

Торп Гэв

Кто-то из воинов Велиала выступил вперед, наводя на проход штурмболтер. Пока он охранял точку проникновения, остальные продвинулись дальше. Отделение позади Азраила и псайкеров безмолвно двинулось следом, давая понять магистру ордена, что нужно продолжать путь к намеченной цели.

Проходя мимо терминатора, сторожившего люк, Азраил глянул вниз. Там, в непроглядной тьме, было техническое подполье. Неизвестно, сколько крепостных матросов рыскает в таких проходах между залами и каютами; станут ли они сопротивляться или пропустят Темных Ангелов без боя?

Не

отдавая Крылу Смерти лишних команд, верховный магистр шел за воинами по коридору. Через несколько метров воздух стал сырым, а пол — скользким от плесневого грибка. Подпитывали его капли воды из сломанной трубы, торчавшей в мясистой стене.

— Куда теперь, брат-библиарий? — спросил Велиал, когда проход закончился Т-образным перекрестком.

— Налево, — велел Иезекииль. — Ищите дорогу вниз — чернокнижник где-то на средних палубах в районе миделя.

— В той стороне широкий сквозной коридор, — указал сержант вправо. — Это более быстрый путь, хотя и не такой прямой.

— Идем налево, — приказал Азраил. — В замкнутых пространствах у нас преимущество над врагами.

Не возражая, Велиал повел своих бойцов по левому ответвлению; остальные терминаторы прикрывали их, целясь в правый проход.

Влажность и температура продолжали повышаться. В жарком воздухе висела тонкая водяная пыль, мерцавшая в красноватом свете. Следуя распоряжению Иезекииля, сержант вел отряд напрямую в недра корабля; по дороге Темные Ангелы миновали с десяток небольших кают. Проходя возле очередной двери, магистр ордена мельком заглянул внутрь.

— Стоп! — Азраил замер на пороге, чтобы присмотреться внимательнее.

Когда-то отсек использовался как общежитие. Вдоль стен тянулись ряды сломанных коек в три яруса, перемежавшихся тумбочками. Тонкие залатанные одеяла валялись на полу и рамах кроватей. Повсюду были разбросаны помятые металлические тарелки и кружки, деревянные ложки и перевернутые подносы. На решетчатом покрытии палубы гнили остатки еды.

Среди мусора лежали иссохшие, почти скелетообразные трупы. Кожа слезала с их костей вокруг странных ран на спине, плечах и груди. Лица людей застыли в посмертных гримасах, но верховный магистр догадывался, что умирали они в ужасе. Ногти на окровавленных пальцах были обломаны, словно матросы царапали ими стены и двери, пытаясь вырваться из западни.

Вдоль дальней переборки метнулась тень.

— Движение, — сообщил Азраил братьям, вскидывая Гнев Льва.

— На авгурах ничего, мой господин, — доложил Велиал.

Магистр ордена не сомневался в своей наблюдательности. Он хотел было войти в каюту и проверить ее, но передумал.

Тела покрывал слой дохлых мух и червей; среди хлама Азраил заметил тушки крыс с облезлой шкурой.

— Даже паразиты умерли… — прошептал он, отступив на шаг, и сосредоточился на главной цели. — Продолжаем путь. Чернокнижника нужно убить.

24

Индекс даты: неизвестно

Спереди донесся шум работающих механизмов, и отряд замедлил шаг. Где-то лязгали цепи, пощелкивали

храповики, пронзительно скрежетало железо. Дрожащий свет, что падал из арок и дверных проемов, словно бы отбрасывал языки пламени. На его фоне рывками проносились неясные тени.

Темные Ангелы вышли в громадный отсек со сводчатым потолком, простиравшийся на несколько палуб вверх и вниз. На эти ярусы вели рампы и металлические винтовые лестницы. В помещении трудились исхудалые обнаженные люди: при помощи блоков и кабестанов они поднимали и опускали пять платформ, на любую из которых поместился бы «Громовой ястреб». Другие изможденные рабы, не поднимая головы, монотонно разгружали и загружали площадки.

— Кожа да кости, — сказал Велиал. — Чудо, что им вообще хватает сил для такой работы.

— Темное чудо, — отозвался Иезекииль. — Их неестественная стойкость рождается из ненависти и злобы.

На платформах перевозили трупы.

Бесконечное множество тел с такими же ранами и повреждениями, что у мертвецов в общежитии. Их сотнями сваливали на площадки, переправляли примерно на двадцать метров вниз и стаскивали на палубу.

Именно там находился источник странного снега — ряды пылающих топок или, точнее, схожих с ними отверстий в стенах. Идущее оттуда сияние с пурпурно-зеленым отливом ничем не походило на отблески обычного пламени, и после взгляда на него в уголках поля зрения мелькали послеобразы.

Топливом для этих отвратительных горнил служили трупы: их бесцеремонно закидывали внутрь через открытые колосники. Несмотря на то что каждые несколько секунд в адский огонь забрасывали пару десятков тел, Азраил не видел дыма и не чувствовал запаха горелой плоти.

Котлы преисподней поглощали абсолютно всё.

— Где их надзиратели? — Асмодей огляделся по сторонам, выискивая мишень для своего пистолета. — Кто-то должен заплатить за эти зверства и унижения.

— Никаких признаков жизни… — пробормотал Гарвил. — Почему датчики их не видят?

— Здесь нет нужды в надзирателях, братья, — зловеще произнес Малдарион.

Подойдя к ближайшему ряду прислужников, эпистолярий схватил за руку и дернул на себя одну из рабынь.

Женщина никак не отреагировала. Когда псайкер развернул слугу к своим товарищам, ее руки безвольно повисли, и она застыла с обмякшим лицом. Казалось, глаза создания заполнены какой-то непроницаемой, маслянисто-черной жидкостью; в них не было ни искорки разума или жизни.

— Она мертва? — Азраил уставился на существо в хватке библиария. — Но какая сила?..

Словно очнувшись, нежить метнулась к верховному магистру, но Малдарион удержал ее. Женщина беззвучно оскалилась и, с хрустом костей и брызгами крови оторвав собственную руку, попыталась вцепиться обломанными ногтями в лицо Азраила.

Меч Тайн одним ударом рассек ее от плеча до бедра. Ходячий труп рухнул на палубу, все еще подергиваясь и размахивая конечностями.

По залу разнеслось шлепанье тысяч босых ног — мертвые рабы проворно заковыляли наперерез непрошеным гостям в своих владениях.