Бац!
Шрифт:
— Могу себе представить. — сказал Ваймс.
Провались оно все на месте, думал он. Мы были правы, когда говорили Ветинари, что дело смахивает на топорно состряпаную фальшивку против троллей. Но тролль там все-таки был! Слишком много всего обнаружилось, чтобы быть в чем то увереным.
Салли вежливо кашлянула. — Ардент был потрясен и напуган, когда капитан нашел череп, сэр. — сказал она. — И он не притворялся. Я совершенно уверена. Он чуть в обморок не упал от ужаса. И Умноруль все время был в таком же состоянии.
— Ценное замечание, младший констебль. —
— Не думаю, что вам стоит преподносить это таким образом, сэр. — сказал Моркоу.
— Хм, точно, раз уж ты упомянул об этом, я попробую что-то более замысловатое. — ответил Ваймс.
— К Битвам в Кумской Долине относят по меньшей мере шестнадцать различных сражений, — продолжил Моркоу. — или даже семнадцать, если посчитать и ту битву в Вилинюсовом Проходе. И только три из них случились в настоящей Кумской Долине, одна из них запечталена на полотне Плута. Говорят, что она довольно точно воспроизводит события. Недаром на создание картины у него ушли годы.
— Изумительная работа. — вставила Сибил, не отрывая глаз от штопки. — Раньше она принадлежала нашей семье, а потом мы отдали ее в музей.
— Не правда ли, прогресс хорошая штука, капитан? — сказал Ваймс, стараясь звучать настолько саркастически, насколько возможно, потому, что Моркоу обычно плохо понимал сарказм. — Когда у нас начнется наша собственная Кумская Долина, наш друг Отто сделает цветную иконографию всего лишь за долю секунды. Это изумительно. Да и город уже давно не сжигали дотла.
Он был обязан немедленно что-то предпринять. Когда-то давным давно, он так бы и поступил. Но сейчас, возможно настало время, когда стоило потратить имеющиеся у него драгоценные минуты на обдумывание, что он будет делать, а уж потом кидаться в бой.
Ваймс устал от размышлений. Не надо хвататься за все змеи в корзинке. Разберись сначала с одной, потом берись за другую. Постарайся разложить все по полочкам. Итак, что необходимо сделать в первую очередь?
Все.
Хорошо, попробуем другой подход.
— Что за шумиха вокруг всех этих шахтных рун? — спросил он. — Умноруль что-то такое рисовал при мне. Еще одну я заметил на стене. И ты нарисовал одну.
— «Преследующая Тьма» — сказал Моркоу. — Да, эта руна нацарапана там повсюду.
— Что это значит?
— Кошмар, сэр. — ответил Моркоу. — предупреждение, что приближается что-то ужасное.
— Несомненно, если один из этих маленьких негодяев покажется на поверхности с огненным оружием в руках. Но ты говоришь, что там все стены исчирканы?
Моркоу кивнул. — Вы должны понять, что представляет из себя дварфийская шахта, сэр. Это своего рода… -
— …оранжерея, где культивируются эмоции, вот как Ваймс понимал это, хотя ни один дварф никогда не бы дал такое определение. Люди сошли бы с ума, живя в таких условиях: в тесноте, без
Дварфы не сходят с ума. Они становятся задумчивыми и печальными и погружаются в работу. Но они чертят шахтные руны.
Это было своего рода неофициальное голосование; граффити, имеющее голос, с помощью которого можно было высказать свое мнение о том, что происходит. В тесных границах шахты, напряжение перескакивало от дварфа к дварфу, как электрический разряд. Руны нейтрализовали его. Они были сливом, заземлением, способом показать свои чувства, никому не угрожая (что являлось опасным в условиях шахты, заполненной всем этим колющим оружием).
«Преследующая Тьма»: мы в ужасе ожидаем, что произойдет. По сути же, перевод означал: раскайтесь, нечестивцы!
— Существуют сотни рун для обозначения темноты, — говорил Моркоу. — Кое-какие из них просто часть дварфийского алфавита, например, Длинная Тьма. Их довольно много. Но есть и другие…
— Мистические? — предположил Ваймс.
— Невероятно мистические, сэр. О них написаны тома. И учитывая то, как дварфы относятся к книгам, словам и рунам… Вы бы не поверили, сэр. Мы… Они думают, что мир был написан, сэр. Все слова обладают огромной мощью. Уничтожение книги считается худшим преступлением, чем убийство забурившегося.
— Я уже с этим столкнулся. — сказал Дежурный по Доскам Ваймс.
— Некоторые из забурившихся верят, что знаки тьмы существуют. — продолжал Моркоу.
— Конечно, раз вы можете увидеть их на стенах… — начал Ваймс.
— Существуют, в смысле живут, сэр. — сказал Моркоу. — Они верят, что эти знаки обитают где-то в глубинах, в темноте под миром и что они могут вынудить написать себя. Есть «Ждущая Тьма»… Это тьма, которая заполняет новую шахту. «Закрывающая Тьма»… Я не знаю, что это означает, но есть также и «Открывающая Тьма». «Дышащая Тьма», очень редкая. «Зовущая Тьма», очень опасная. «Говорящая Тьма» и «Хватающая Тьма». «Таинственная Тьма», я как то раз видел ее. Эти руны считаются хорошими. Но «Преследущая Тьма» очень плохая руна. Я слышал, как старые дварфы рассказывали о ней. Говорили, что она может погасить лампы и даже сделать что похуже. Когда шахтеры начинают рисовать этот знак, дела могут пойти очень плохо.
— Все это очень интересно, но…
— Все в шахте просто взвинчены, сэр. Нервы натянуты, как струна. Ангуа сказала, что почувствовала это по запаху, но я тоже уловил. Я вырос в шахте. Когда что-то идет не так, это отражается на всех. В такие дни, сэр, мой отец обычно останавливал работы в шахте. Слишком много несчастных случаев поисходило. Честно говоря, сэр, дварфы просто обезумели от страха. Знаки «Преследующая Тьма» повсюду. Наверное их начертили шахтеры, которых наняли, когда скальты пришли в город. Шахтеры чувствуют, что-то неладное, но все, что они могут сделать — начертить знак.