Балканский тигр
Шрифт:
— Он готов?
— Как юный пыонэр. С тем мужичком, которого Очередник пытался доить, он уже виделся. Особенно интересного ничего нет, однако всплыл один фактик — года три назад пропал кто-то из обменщиков в цепочке… Точно наш свидетель не знает, но от Очередника слышал кое-какие намеки на криминал.
— Что ж, с миру по иголке — нищему лом железный в задницу. Очередника надо работать по полной. Ладно, расходимся, у меня еще работы навалом…
Офицеры ГРУ пожали друг другу руки, перемигнулись и вышли из комнаты отдыха, нынешним утром затопленной из прорвавшейся трубы водоснабжения комплекса. Заменить поврежденные микрофоны еще не успели — техническое подразделение
Прапорщики, которых авария оторвала от застолья по случаю дня рождения старшего смены, жутко ругались и на чем свет стоит кляли ворюгу подполковника, занимавшего ответственный пост заместителя начальника центра по хозяйственной части. Тот пять лет назад упер оцинкованные трубы к себе на дачу, а вместо них распорядился положить обычный чугун. Вот он и не выдержал натиска коррозии.
Ясхар устроил грандиозный разнос подчиненным и в виде наказания приказал начать косметический ремонт третьего снизу этажа. Со склада были доставлены мешки цемента, алебастр и мастерки, весь личный состав разделился на четыре смены — одна отдыхает, одна несет дежурство на этажах, а две другие попеременно работают. Албанец целый вечер убил на составление графика, предусматривающего ротацию бойцов между сменами, чем вызвал резкое недовольство тех, кто никаким боком не был причастен к использованию снотворного не по назначению.
Однако на ропот подчиненных Ясхар не обращал ровным счетом никакого внимания.
За год достаточно спокойной жизни в подземелье, без стрельбы и нападений регулярной югославской армии, бойцы изрядно обленились. Отсутствие каждодневной опасности притупило бдительность, многие располнели, бойцы выполняли приказы нехотя и иногда даже осмеливались спорить с командирами. Плюс хорошая калорийная пища, удобные койки с мягкими матрацами, крепкий табачок, беспомощные пленницы, качественное медицинское обслуживание. Вынужденное безделье ничуть не способствует поддержанию боевого духа. И восемьдесят косоваров, отобранных по принципу личной преданности Ясхару, исключением не являлись. И давно считали себя некой элитой Освободительной Армии.
Их товарищи, оставшиеся на поверхности, спали на голой земле, вступали в кровавые стычки с сербским спецназом, жрали сухпайки и сырые овощи, мерзли и мокли, месили весеннюю грязь, месяцами не меняли белье. В общем — в полной мере переживали все тяготы и лишения партизанской войны.
Кроме того, они запросто могли схватить пулю югославского снайпера или присесть на нож великолепно обученного сербского «командос». Равно как и нарваться на искусно замаскированную мину и подыхать целый час, глядя на обрубки ног и вывалившиеся на землю сизые кишки. Могли попасть под удар натовского «высокоточного» оружия или оказаться под гусеницами ревущего Т-80, размалывающего стальными траками кости и медленно затягивающего еще живого партизана в зубчатые диски катков. Могли угодить в плен и повиснуть на телеграфном столбе через пять минут после того, как скорый военный трибунал вынесет не подлежащий обжалованию приговор.
Кроме того, полевые командиры, большинство из которых до войны либо кисло по тюрьмам, либо возглавляло банды наркоторговцев и сутенеров, постоянно конфликтовали друг с другом — за размер добычи, за симпатичную наложницу, за близость к гуманитарной помощи, за свои доли в партиях бесплатного оружия. Стычки между частями УЧК не прекращались ни на день. То в Македонии, то в Албании, то в самом Косово происходили скоротечные перестрелки, а потом по обочинам
Кроме того, наркоторговля и контрабанда процветали, как никогда. А известно, что там, где крутятся большие и легко заработанные деньги — там льется кровь. Освободительная Армия Косова, если отбросить словесную шелуху о «народно-освободительной борьбе», являлась примитивнейшей преступной шайкой, организованной по национальному признаку. Шайкой, где главари купаются в роскоши, а рядовые бойцы гибнут при охране путей переброски героина.
Поэтому восьмидесяти косоварам, охраняющим подземный лабораторный комплекс, исключительно повезло. По крайней мере так думали они сами.
Но не Ясхар и не те, кто налаживал производство.
Охрана проживет ровно столько, сколько просуществует лаборатория. Ни днём больше.
Прекращение экспериментов над сербскими детьми автоматически обрывало жизни всех без исключения «подземных жителей». Албанцев, Хирурга, лаборантов. Не говоря уже об объектах исследования. Выжить должен Ясхар, уверяли его хозяева из Лэнгли.
Однако Ясхар предпочитал не верить обещаниям.
Вероятнее всего, его уберут, как и остальных. Деньком-другим позже, но это было слабым утешением. Он понимал, что таких свидетелей не оставляют. Возможно, вместе с ним умрут и несколько человек в США, кто имел непосредственное отношение к проекту и мог назвать заказчиков. Например, курьеры, забиравшие готовый продукт, и контролеры, следившие за ходом эксперимента.
Ясхар много думал над тем, мог ли он отказаться от задания. И пришел к выводу, что нет. Его бы ликвидировали сразу — как человека, усомнившегося в правильности распоряжений начальства. Такова практика всех разведывательных организаций во всех странах мира. И гуманная Америка не отставала ни от своих партнеров, ни от своих противников. Агенты ЦРУ гибли при странных обстоятельствах ничуть не реже, чем, к примеру, офицеры разведки государства Ботсвана. Просто в последнем убитых агентов кушали сослуживцы, а в США нет. Вот и вся разница.
Из нескольких десятков коллег, с которыми Ясхар познакомился за свою двадцатилетнюю службу в ЦРУ, минимум трое были устранены по указанию непосредственного начальства. Один погиб в автокатастрофе, перемолотый на железнодорожном переезде колесами мчащегося локомотива. Второй умер в больнице во время простейшей операции по лапароскопическому извлечению камня из желчного пузыря. Третьего — стокилограммового бугая из спецгруппы ликвидаторов — по дороге с работы домой зарезал неизвестный хулиган. Суперпрофессионала, способного голыми руками посворачивать шеи десятку бандитов! Видать, очень уж подготовленным оказался хулиган, раз смог не только ножиком ткнуть в горло, но и сломать агенту оба бедра…
Столь глупо погибать Ясхар не собирался.
Операция по своем исчезновению была подготовлена очень тщательно. И пять миллионов долларов являлись лишь малой частью замысловатого плана. Всех проблем деньги не решат, даже очень большие.
Албанец внимательно следил за особенностями радиообмена базы с центром, подмечал все мелочи в поведении курьеров и контролёров, зорко наблюдал за ничтожными изменениями в заказах органов для трансплантации. Любой нюанс был крайне важен. Если б Ясхар почуял подозрительное, он сбежал бы немедленно, не дожидаясь продажи боеголовки. Деньги деньгами, но трупу миллионы без надобности…