Бард 4

Лисицин Евгений

Вообще, огороженная площадка напомнила мне хорошо знакомые перехватывающие московские парковки. Отличие лишь в том, что помимо карет на стоянке располагалось длинное приземистое здание конюшни, куда следовало сдать лошадей при отсутствии у нас кучера. Передав их на попечение местного конюха вместе с десятью рублями, мы наконец отправились дальше в город на своих двоих.

Бросив серебряную монету мальчишке-разносчику, я завладел сразу несколькими газетами, будет что почитать на досуге. Заголовки, конечно, впечатляли. Особенно мне понравился «Когда взорвут Москву». Остановившись в каком-то

переулке к неудовольствию Уны, я быстро просмотрел статью и саркастически хмыкнул. Для встречи Нового года власти подготовили рекордное количество магических фейерверков и пышных заклинаний. Красавцы! Все по правилам настоящей «желтой прессы»!

Стоило мне дочитать, как Уна чуть взлетела и потянула меня за собой. Поскольку мы все же гуляли по столице, здесь имелись не только хаотично разбросанные по городу разномастные лавки вроде магазинчика Ульриха, но и полноценные торговые улицы с крутыми бутиками. Правда располагались они на западной окраине, как раз на другом конце Москвы. Топать пришлось целый час по узким улочкам и захламленным дворам. Жители не особо поддерживали чистоту вне центральных проспектов и здесь сильно попахивало. Я откровенно не понимал, как прогулка здесь должна была улучшить мое настроение, пока мы наконец не пришли к одному интересному месту.

Несколько широких мощеных каменной плиткой улиц напомнили мне московский Старый Арбат. Вдоль них тянулись трех-четырехэтажные кирпичные павильоны, в которых располагались бесчисленные магазины с весьма креативными вывесками. «Оружие у Беренга всегда убивает» или «Старая Ведьма – зелья на любой вкус и цвет». Особенно меня заинтересовал квартал «Домов любви» с традиционными для нового мира розовыми фонарями.

Помимо «стационарных» магазинов в центре улицы выстроились в длинную цепочку разномастные фургоны. На их прилавках красовались разнообразные товары, начиная от местного «фастфуда», представленного всевозможными пирогами и аналогами хорошо знакомой мне шаурмы, заканчивая настоящими развалами разнообразной одежды, не отличавшейся качеством, зато по низкой цене.

Первым делом мы решили перекусить, причем автором идеи выступила Уна. На мое предложение перехватить пару пирожков по пути, на меня укоризненно посмотрели и сообщили, что князю Морозову не подобает питаться на улице. Пришлось зайти в ближайшую таверну, где моя фея заказала себе огромную кулебяку и кувшин яблочного сидра, а я ограничился кружкой пива и копченой красной рыбкой. Ммм, просто бесподобно! Ни капли не похоже на мешанину из супермаркетов, насыщенный вкус, тающее на языке мясо, офигенное послевкусие, да под холодненькое пиво… мне с трудом удалось остановиться на третьей рыбине. Срочно делаем зарубку предложить Марфе разнообразить меню рыбными блюдами.

Мин поддержала меня, только вместо пива взяла яблочный сок. На мое недоумение и предложение расслабиться вместе с нами, куноити с гордостью заявила, что не пьет на работе. Ну да, точно, она же присматривает за моей аристократической тушкой, а не веселится. Это видимо моя задача…

Полный живот и кружка холодненького творят чудеса. Я смотрел на снующую по Арбату толпу с каким-то умилением. Организм наполняла энергия и жажда действий. Идем гулять! Быстро и решительно!

Первый магазин оказался

весьма кстати. Лаконичная вывеска гласила:

«Артефакты – покупаем и продаем».

Встретил нас гоблин. Мелкий худой зеленый коротышка с ушами-лопухами и с узкими глазами. Этакий маленький стройный лопоухий кореец с огромным носом.

Эутирокс

Гоблин

Разбойник

Уровень 25.

– Добрый день, уважаемые господин и дамы! – церемонно поприветствовал он нас. – Вы зашли в лучшую лавку артефактов в Москве. Любая вещь с Пустоши обязательно найдется на моих полках! – он важно обвел пространство вокруг. – Прошу, смотрите, не стесняйтесь! Я готов ответить на любой вопрос!

Да, это мы по адресу!

Лавка представляла из себя достаточно большой зал, в котором рядами стояли высокие стеллажи с полками и кучей артефактов. Мои спутницы медленно разошлись по торговым рядам, рассматривая диковины, которых здесь и не было. Лично я не заметил ничего особенного. На кой черт кому-то может понадобиться терка или битая пластинка?

Я уже собирался уходить, как заметил угловой стенд. Оружие! Много оружия! Мое внимание сразу привлек вывешенный автомат. Сверкающий, весь в масле, с хищным стволом, он так и манил меня, чертяка.

Чем-то он напоминал «Калашников», хотя имел другую форму магазина и приклада, да и деревянных частей я не заметил.

Автомат К-7245

Класс: эпический.

Прочность 96/100

Заряды 60/60

Условия использования:

Оружие предтеч, уровень 2

Ух ты! Хочу… Но, следуя правилам торговли, показывать свой сильный интерес не стоило. Я со скучающим видом осмотрел стволы все, к сожалению, поврежденные или без важных деталей, и повернулся к появившемуся как по волшебству продавцу.

– А сколько эта безделушка стоит? – максимально равнодушным тоном осведомился я у предвкушающего поживу гоблина, сразу почуявшего мой интерес.

– Всего пятьдесят тысяч рублей! Очень редкий артефакт! – заверил тот. – Прекрасный образец! Несомненно, он украсит любую коллекцию, а то и станет ее венцом!

– Не преувеличивай. Штука, конечно, любопытная, но ни о каких венцах и речи быть не может, – я презрительно фыркнул и махнул рукой. – Тысяч на двадцать потянет…

– Двадцать тысяч?! – уши-лопухи у гоблина встали торчком и на миг он стал похож на незабвенного чебурашку, правда, сильно истощенного. В увеличившихся в два раза глазах отражались мощная укоризна, смертельная обида и вся боль еврейского народа. – Да разве это цена за подобный раритет?! Меньше чем за сорок тысяч не могу отдать! Предлагаю такую цену только потому, что вы мне нравитесь! Сразу видно, хороший человек!

Судя по крику Эутирокса в гробу он видел хороших людей.

– Сорок? – усмехнулся я. – Мы напрасно тратим время. Предлагаю двадцать пять тысяч за кусок бесполезного железа. Он подходит в спальню по цвету. Соглашайтесь, пока я не решил переклеить обои.

Конец ознакомительного фрагмента.