Бард 7
Шрифт:
— Подождите, полковник, у меня тут ЧП, — я коротко рассказал про ситуацию с темными эльфийками. — В общем, мне срочно нужно в Москву!
— Вы правда хотите не явиться на встречу с главой Тайной канцелярии Российской Империи и тем самым нарушить нашу договоренность? — искренне удивился полковник. — Ради кучки нигеров?
— Не называйте их так…
— Буду и вам тоже придется, если вы хотите не провалить свое задание в СЭШ в первый же день, — наставительным тоном произнес мужчина. — Настоятельно не советую вам опаздывать. Ах да, чуть не забыл. Возьмите с собой княжну Ксению Бутурлину. Господин Трубецкой очень хочет познакомиться
Немного поборовшись с желанием швырнуть магофон в стену, молча взял с собой Уну, и мы закрылись в ванной. Минут через десять, расслабленный, спокойный и одетый в чистое, я вышел к остальным девушкам из гарема и раздал указания:
— Диана, Гхара и Мурра отправляются в Москву на поиски пропавших темных эльфиек. Возьмите деньги, подключите Беллу, не жалейте средств. Найдите их и освободите.
— Почему идут только они? — напряженно поинтересовалась Белкариэль.
— Они имеют право свободно покидать Академию и хорошо ориентируются в темном мире. Может, Мурра что-нибудь унюхает. Вы же будете сильно выделяться, — я примирительно погладил ее по плечу. — Не волнуйся, все будет хорошо, мы их вытащим. А вы с Ариэль охраняйте виллу.
— Конечно… спасибо, — она слабо улыбнулась и крепко сжала мою руку.
— Ира, подготовь Ксению, мы с ней отправляем на прием на самый верх, — попросил крайне удивленную и слегка обиженную девушку. Я и без инкуба спокойно читал ее мысли. Это что же за прием такой, куда пригласили опальную княжку, а не жену князя-победителя? Неприемлемо! — Сам не хочу ее брать, Трубецкой настаивает.
— А, ну раз сам Трубецкой, — неопределенным тоном протянула она.
Ровно к назначенному полковником сроку к нашей вилле подъехала неприметная черная карета. Снаружи она выглядела довольно старой и ветхой, а герб императорской почтовой службы и зевающий ямщик на облучке отбивали всякое желание смотреть на нее дольше секунды. Внутреннее убранство, наоборот, оказалось весьма богатым. Мы с Уной комфортно развалились на алых бархатных сиденьях, пока Ксения жалась в углу и смотрела на занавешенное окно. Пока мы ехали хрен знает куда, княжна несколько раз открывала рот, чтобы что-то сказать, и тут же его закрывала. Она чего-то сильно боялась, и я никак не мог понять, чего именно.
Место назначения было под стать нашей карете — никогда не заподозришь, что здесь находится кто-то важный. Обычная гостиница из тех, которые снимают на несколько часов для быстрого перепихона. Девушка на ресепшене без всякого интереса выдала нам ключи от номера в конце коридора.
За невзрачной дверью скрывалась неплохо обставленная комната. Шаги глушил шикарный ковер с густым ворсом, массивные кожаные кресла явно привезли откуда-то еще, никак они не вязались с убогой кроватью и табуретом, заботливо отодвинутыми в угол. Господин Трубецкой приветливо кивнул нам, не вставая со своего места. Хоть и с сединой, он смотрелся вполне бодрым, особенно впечатлял его стальной хладнокровный взгляд.
— Здравствуйте, князь, княжна, принцесса, многоуважаемая Уна. Устраивайтесь поудобнее, — голос мужчины с головой выдавал человека, привыкшего повелевать.
Мы молча расселись полукругом вокруг небольшого стола, где притаились вазочка с фруктами и большой чайник.
— Признаться, давно хотел с вами познакомиться.
— Неужели? Чем моя скромная персона привлекла столь могущественного и занятого человека? — сыграем в дурачка,
— Князь, — поморщился Трубецкой как от головной боли, — мне описывали вас как разумного человека. Попрошу не паясничать.
— А я и не собирался, — искренне удивился. — После взятия Нижнего допускаю интерес ко мне, но чем я раньше вам не нравился? Обычный обнищавший дворянин…
Остальные девушки молчали. Зинтариэль скучала, Уна с любопытством смотрела в окно на глухую стену, Ксения превратилась в слух.
— Первоначально вы попали в сводки из-за выходок в московских подземельях. Неужели вы правда думали, что у нас нет там своих людей?
— Подумаешь, на арене сразился. Такое сто раз на дню происходит, вон буквально на следующей неделе очередной турнир.
— А как насчет вашего выступления на Красной Площади? И заигрывания с императрицей? Опасную игру ведете, князь Морозов, весьма опасную.
— Только не пытайтесь меня запугивать, — я скрестил руки на груди, в то же время расслабленно закинув ногу за ногу. — Иначе подумаю, что все дело в вашем сыне.
— Я давно научился не смешивать работу и личную жизнь, иначе давно бы раздавил вас, как червяка, — он шевельнул пальцем. Чайник сам собой взлетел в воздух и разлил ароматный напиток по расписным чашкам. — Хотя вы мне нравитесь. Молодой, дерзкий, успешный. Судя по гарему, от дам приходится отбиваться.
Его легкая улыбка осталась без ответа. Ничуть не смутившись, Трубецкой продолжил:
— Полагаю, вы вполне способны выполнить возложенное на вас задание. А мы закроем глаза на многочисленное применение оружия Древних, которое вы довольно топорно пытаетесь выдать за родовую магию.
— Не понимаю, о чем вы. Моя родовая магия пробудилась довольно поздно, — самодовольно улыбнулся я.
— Не стоит, князь, мы подняли архивы. В древности ваши предки отлично повелевали снегом и льдом, за что и удостоились титула. К сожалению, с каждым следующим поколением дар слабел, пока не прервался на вашем отце. Дело в том, что на него наложили проклятие безбрачия и он тайно усыновил ребенка. У вас по определению не может быть никакой родовой магии.
Я лишь приподнял бровь. Говорил он правду или блефовал, надеясь вывести меня из себя и получить ценную инфу? Да хрен его знает. Я в любом случае ничего не знал. Буду просто придерживаться выбранной тактики.
— Если вы и дальше планируете оскорблять меня своими гнусными инсинуациями, наша беседа, как и совместная работа, подойдут к концу. Не забывайте, Зинтариэль не пойдет у вас на поводу, даже если вы убьете меня прямо сейчас, — я поднял предложенную чашку и бесстрашно сделал глоток. Если Трубецкой хочет меня завалить, вряд ли станет травить. Маг такого уровня уверен в своих силах.
Немного помолчав, глава Тайной канцелярии громко расхохотался, похлопывая себя по колену.
— Молодец, Морозов! Далеко пойдешь! Возможно, даже в моей службе. Мне нравится, что ты не прогибаешься и не лебезишь, — он встал и протянул мне открытую ладонь для крепкого рукопожатия. — Считай, наше знакомство прошло успешно. Только у меня будет к тебе просьба. Не оставишь ли нас с Ксенией наедине?
— Зачем? — с подозрением осведомился я. — Собираетесь подрядить ее шпионить за мной?
— Ничего подобного, — искренне ответил Трубецкой. — Хотел поговорить с ней как раз о своем сыне. Так вы позволите? Или не доверяете мне?