Бард 8
Шрифт:
— Это очень … — она вновь на секунду замялась, — очень необычно для жителей СЭШ. Но еще вопрос… Известный музыкальный продюсер Вайнштэниэль объявил в прессе о ваших гастролях. Подскажите, где вы планируете дать концерты?
Вот тут я подвис. А хрен его знает, где они пройдут. Но в дело сразу вмешалась Уна. Она, кстати, решила покрасоваться, расправив крылья и чуть поднявшись вверх под дружный восторженный вздох толпы. А Эйприэль уставилась на фею широко открытыми глазами.
— Я Унулариэниэль, можно просто Уна. Менеджер и фамильяр князя Морозова. По поводу концертов обращайтесь ко мне. Вам лучше подождать пресс-конференции. Хотя, — она окинула неожиданно
Я только хмыкнул, но тем не менее кивнул. Гарем снова разулыбался, явно предвкушая развлечение со свежим мясом.
— Я… Я… Подумаю! — заявила тем временем пришедшая в себя журналистка. Она хотела, судя по всему, еще что-то спросить, но мы вдруг замедлились, и я увидел, что уже стою перед высоким по местным меркам зданием аж в восемь этажей. Вот оно уже напоминало современные дома моего прошлого мира. Панорамные окна, довольно непривычные для местной архитектуры стекло и бетон. Словно переместившийся из будущего дом, замерший гадким утенком… Ну или прекрасным лебедем, кому как, среди окружавшего его Средневековья.
На фасаде на английском, то есть эльфийском языке, было написано — «Эльф-плаза». Едва мы подошли к мраморной лестнице, ведущей к широким распахнутым стеклянным дверям, как, словно по волшебству, появилось с десяток на удивление крепких эльфов (я привык уже, что раса в основном состояла из худых мужчин и фигуристых красивых эльфиек. А тут настоящие «качки» в зеленых рубашках и таких же зеленых свободных штанах. Глаз отдыхает, а то уже рябит от «попугаистости» местных). На рубашках эмблема в виде дубового листа, в руках короткие жезлы.
Увидев местных охранников (а это могли быть только они), сопровождавшая нас толпа как-то быстро рассосалась. Осталось лишь несколько самых любопытных зевак да сбившиеся в кружок журналисты что-то яростно обсуждали, бросая нечитаемые взгляды в нашу сторону. Выяснилось, что Белла уже успела зайти в гостиницу, и, как только нас кольцом окружила охрана, появился важный и седой (первый увиденный мной с таким цветом волос местный) эльф по имени Абрамиэль из рода Адольсон. Система услужливо подсказала мне его должность. Надо же. Хозяин гостиницы собственной персоной. Польщен, блин. Рядом с ним шел, широко улыбаясь, уже знакомый мне продюсер.
— Князь! — начал разговор Ванштейниэль, — поздравляю вас с чудесным спасением! Я уже собирался вас оплакивать, но вы — настоящий герой, как и ваши дамы! Невероятно рад, что все так сложилось!
— Уважаемый князь, — приветствовал меня седой, продолжив речь спутника, — дамы, позвольте представиться, я владелец «Эльф-плаза» Абрамиэль Адольсон. Уважаемый господин Ванштейниэль рассказал мне о вас много интересного. К сожалению, вести из океана идут долго, и до нынешнего момента мне не было известно ваше имя. Зато сейчас, признаюсь, для меня честь принимать в моей гостинице столь известного человека. Надеюсь, вам понравится ваш номер. Хотел бы лично показать его вам и вашим несравненным девушкам.
Надо же. Уважаю. Настоящий бизнесмен — сам решил встретить и проводить высокого гостя. Я тут узнал, сколько отвалили за наш номер, так аж вздрогнул. Правда, ушлая фея сразу успокоила моего внутреннего «хомяка» тем, что все гостиницы во время моего турне оплачены организатором, то есть Вайнштениэлем. Ну, с другой стороны, для седого эльфа не важно, кто платит. Главное, чтобы деньги поступали без перерыва.
Холл гостиницы
В холле стоял приятный цветочный запах. Народу практически не было — несколько вальяжных, пышно разодетых эльфов с газетами на диванах и две молоденьких эльфийки в фирменной униформе за стойкой регистрации. Увидев Абрамиэля, они словно по стойке «смирно» вытянулись. А мы направились к… Лифту. Во же блин. Лифт! Настоящий. Правда, судя по всему, на магической тяге. Причем первый,, увиденный мной за все время пребывания в мире, если, конечно, не считать бункеры.
— Наша гордость! — заявил, повернувшись ко мне, владелец гостиницы, когда мы вошли в кабину, миновав растянувшиеся створки, и светлый эльф, выполнявший роль лифтера, запустил лифт, что-то прошептав себе под нос. — Самодвижущийся подъемник. Только мои гостиницы оборудованы ими. Наш род его изобрел! Только у нас есть разрешение на продажу, но оно устанавливается только в самых знаковых и важных местах. Остальные подъемники используют нигеров… прошлый век.
«Там, где больше заплатят», — хмыкнула в моей голове Уна.
— Ну и, конечно, в президентском и императорском дворце! — закончил монолог мой спутник.
— Хороший лифт, — согласился я с ним.
— Как вы сказали? Лифт? — сразу уцепился тот за новое слово, — какое интересное название. Кажется знакомым, но… Все же нет, не слышал раньше. Мы можем использовать его?
— Сколько платите?
Ого. Уна, судя по всему, плотно вошла в роль менеджера.
— Сколько хотите? — голос Абрамиэля стал деловым.
— Миллион! — ляпнула фея, и я невольно вздрогнул. Блин, она не погорячилась? Как выяснилось, нет.
— Хорошо, — кивнул явно довольный владелец отеля, — патент на использование названия на пятьдесят лет с возможностью продления договоренностей при условии, что сумма не вырастет больше чем на 20%.
— По рукам, — ответила явно разочарованная фея, видимо решившая, что предстоит торг, а сейчас осознавшая, что продешевила. Ну а по мне цена вполне достойная. Миллион всего за одно слово? У них тут совсем деньги куры не клюют? Хм… Вот точно — когда закончу мейн квест и вернусь, займусь прогрессорством! Выгодная штука. Или названия из моего мира распродам, и нормальных изобретений наделаю, и про права негров вспомню, чтобы остроухие не расслаблялись…
— Отлично. Сегодня подготовлю все документы, с вами свяжется мой секретарь. Завтра утром можно будет подписать договор и сразу рассчитаться. Доллары, рубли?
— Конечно же рубли, — фыркнула Уна. Ее можно было понять, так как самой твердой валютой в этом мире являлись не вечно зеленые бумажки с ушастым и остроносым портретом, а наши родные рубли. Мечта всех попаданцев в СССР.
— Хорошо, — поморщился Абрамиэль, но буквально на мгновение, после чего вновь стал невероятно вежливы и учтивым. Я покосился на продюсера. Тот внимательно наблюдал за происходящим и, встретившись со мной взглядом, незаметно поднял вверх большой палец. Одобряет, мол.