Барды Мечей
Шрифт:
– Прости меня... Я нужен там. И там происходит что-то страшное...
...С последними лучами солнца клубящийся между шатрами лагеря, завивающийся смерчиками от движения людей туман вдруг налился зловещей чернотой, сгустившись в костлявые пальцы и ухмылки черепов, и неведомо откуда взявшийся ветер открыл передовые отряды тварей-из-Петли - нелюдей и тех, кто когда-то был людьми, и разнесся над долиной хохот и вой, отраженный и усиленный клубящимся мраком...
– Идем!
– Ирис нетерпеливым движением откинула за спину черную волну
Девушка быстро и уверенно шла коридорами замка, а потом, вынув факел из гнезда у дверей - дорожками сада, и Ниро молча следовал за ней - очень не хотелось говорить, тем более о том, зачем он здесь появился.
Принцесса остановилась на небольшой поляне. Даже скорее маленькой - ветви деревьев сплетались над ней, образовав зеленый шатер, и только факел в руках Ирис освещал стоящий здесь небольшой белый павильон с отделанной резным черным камнем аркой входа. Ниро шагнул было поближе, чтобы рассмотреть орнамент, но тут над входом зажглись два зеленых огонька и послышалось тихое, но грозное рычание. Ниро в недоумении отступил.
– Это страж Талисмана, - Ирис подняла повыше факел, и Ниро рассмотрел оскаленную пасть с внушительными клыками, когти и драконьи крылья - казалось, они чуть подрагивают в неверном свете - и внимательные каменные глаза. Ответом на взгляд Ниро снова было рычание, но теперь скорее вопросительное. С таким же вопросом Ниро повернулся к девушке, но ее ответ прозвучал раньше:
– Ниро, милый, - хмыкнула Ирис, - чтобы понять, зачем ты появился в Теа Линдари, даже не нужно быть очень умным. Государь Союзного Королевства несколько раз просил помощи Талисмана, но мама, - Ирис запнулась, словно поперхнувшись этим словом, - но Королева отказала ему. Потом появился ты, Первый маг. Или ты думаешь, кто-то в замке поверил в историю с дракой и погоней в Приграничье?
Ниро, опустивший голову под этими словами, невпопад спросил:
– Скажи, почему ты не называешь Терис матерью?
– странно, почему-то именно это казалось важным сейчас.
– Как по-твоему, кто я?
– грустно усмехнулась девушка, - Ты знаком с обычаями линдаров, с незапамятных времен у них была Королева, а у нее - наследница. Одна. Двух Королев Талисман не потерпит. И я не мальчик-принц, которого можно было бы отправить куда-нибудь со спокойной душой, тоже в соответствии с традицией. Я принцесса...которая никому не нужна. Меня не должно быть. Я - призрак, - она вдруг упрямо выпрямилась, - Но я призрак королевского рода! И поэтому я могу помочь тебе. Не думаю, чтоб Талисман можно было выкрасть - даже тебе, Первый маг. Но ты его получишь, получишь из моих рук. Я принцесса Теа Линдари, и я имею на это право.
Не зная, что сказать, Ниро только молча смотрел на тоненькую фигурку Ирис. Гордая и стройная, в белом платье и с факелом в руке, она была похожа на горящую в темноте свечку. Что движет ею сейчас? Любовь? Обида нелюбимого ребенка? Ниро вдруг испугался, что почти ничего не знает о той, которая так быстро и непоправимо успела стать ему дороже всего.
– О нет, - ответила Ирис на невысказанные мысли мага, - Я не стоила бы любви Первого мага, заклинателя ветров, если бы сделала это от обиды...или даже из любви к тебе. Я - принцесса Теа Линдари! И я не имею права играть судьбой моего королевства. Но Королева Терис не видит, что Петля Тьмы нависает
Она зябко поежилась, опустив факел, и маг поспешил обнять хрупкие плечи, привлечь к себе:
– Ты права, хорошая моя. Но не бойся! Я верну Талисман, как только кончится битва, всего через несколько дней. И я никому не дам принести беду стране линдаров...и моей принцессе.
Ирис медленно подняла глаза:
– Я верю тебе, - и чуть повела плечами, освобождаясь от его объятий, - Идем.
Факел чуть дрожал в тонкой руке, но произносивший заклинания голос был звонок и тверд, как сталь клинка.
Черные двери открылись, и принцесса, а вслед за ней и Ниро вошли в зал, отделанный черным камнем с золотыми прожилками, по которому на половине высоты стен шла широкая белая полоса с золотыми рунами на ней. Таким же белым был и постамент посреди зала, на котором лежал Талисман - тускло светящийся золотом шар со странной, словно нематериальной поверхностью.
Ирис вставила факел в гнездо у дверей и, подойдя к постаменту и протянув к нему руки, произнесла еще несколько непонятных фраз. Неожиданно шар поднялся в воздух и переплыл на ее руки. Девушка продолжала говорить, но вдруг запнулась, прижала Талисман к себе, даже чуть присев.
– Я не знаю, я, наверно, что-то сделала не так, - как будто извиняясь, тихо сказала она, - Он такой тяжелый... Я не смогу его удержать, Ниро!
Но знакомый с летописями линдаров маг уже понял, в чем дело.
– Я, - громко и раздельно начал он, - обещаю именем Теа Линдари и его хранителя, что верну тебя на место, как только это будет возможно. Окажи мне помощь в благом деле!
Это подействовало - шар переплыл по воздуху к Ниро. Он оказался теперь почти невесомым и теплым на ощупь, приятно было держать его в руках.
Боль в груди все время напоминала Ниро, что нужно торопиться. Даже попрощаться они не успели толком - только долгий-долгий взгляд, скользнувшие по щеке холодные пальчики Ирис, которые он еще успел поймать губами, чтобы хоть немного согреть. И гулкий топот копыт по мостовой. Конь Ниро хорошо отдохнул, а задерживать гостя Королевы не решится ни один часовой.
***
– Проклятье, их же не берет сталь!
– крик доносился сразу с нескольких сторон, и закаленные воины дрогнули перед невозмутимыми то ли людьми, то ли призраками, полускрытыми туманом. Как с ними биться? Гольдар, наместник Изумрудных Холмов, вдруг оставшийся без меча после тяжелого удара, в отчаянии выхватил головешку из костра - и порожденные туманом враги отступили.
– Огня!
– тут же разнесся голос бившегося рядом Государя, - Нам нужны огонь и свет! Жгите шатры!
Шатры запылали огромными кострами, и нечисть нерешительно попятилась - но только до границы света. Попытки преследовать врага не удавались - факелы в руках скоро гасли, шипя в сыром тумане, а потом очень скоро стихал и звон мечей.
Но на смену отступившим врагам тут же подошли новые. Уже не призраки - отблески огня играли на черных латах, когда их строй с грохотом и лязгом подходил к лагерю.