Барьер Сантароги
Шрифт:
Десейн снял пробку и жадными глотками начал нить. Волна облегчения пронеслась по телу. Он поставил на столик пустую бутылку и встал.
«Опохмеляешься, — подумал он. — Опохмеляешься Джасперсом». От бутылки шел характерный запах грибов.
— Как вы себя чувствуете, Десейн? — донеслось из-за двери.
«Идите вы все!..» — мысленно выругался Десейн. Он попытался сделать шаг, но в ту же секунду пришли тошнота и головокружение. Он прислонился к стене и начал медленно и глубоко дышать. «Кажется, я болен, — подумал
— Открывайте дверь! Немедленно!
«Хорошо… Хорошо», — произнес про себя Десейн. Он проковылял к двери, открыл ее и отступил от порога.
Дверь распахнулась, и перед ним предстал Эл Марден в форме с блестящими капитанскими петлицами. Его фуражка сидела на затылке, открывая слипшиеся от пота рыжие волосы.
— Надеюсь, вы не очень заняты? — спросил капитан.
Он перешагнул порог и закрыл за собой дверь. В левой руке у него был круглый хромированный предмет — термос.
«Какого черта он в столь ранний час приперся сюда с термосом?» — удивился Десейн, держась одной рукой за стенку и направляясь обратно к постели.
Марден подошел к кровати, на которую психолог успел присесть.
— Надеюсь, что все эти хлопоты вокруг вас не зря, — заметил он.
Десейн посмотрел на узкое циничное лицо капитана и вспомнил «багги», которым управлял Марден. Он направил свою машину вниз с дороги, а рядом с ним бежали собаки. Капитан вел себя соответствующим для его должности образом — с подчеркнутой высокомерностью взирая на тупость остального мира. Неужели он и вправду такой? Неужели все сантарожцы видят мир так же, как и он? Но тогда что же такого особенного увидел в нем, Десейне, шериф из Портервилля? И тот водитель крайслера?
«Неужели и я кажусь таким же?» — подумал Десейн.
— Я принес вам кофе, — сказал Марден. — Похоже, вы в состоянии выпить его. — Он открыл термос и налил еще горячий напиток в чашку.
Резкий запах Джасперса шел от чашки вместе с паром. От этого запаха Десейна затрясло, а в голове запульсировала боль. Марден протянул ему чашку. Рябь на поверхности кофе, казалось, распространялась параллельно волнам боли в его мозгу.
Десейн взял чашку обеими руками и, запрокинув голову, начал пить жадными глотками. Кофе действовал так же успокоительно, как поначалу пиво. Марден налил еще.
Десейн задержал чашку у рта и вдохнул пары Джасперса. Головная боль начала проходить. Ему так сильно захотелось еще кофе, что он понял — дело тут не только в похмелье.
— Пейте до дна, — сказал Марден.
Десейн начал потягивать напиток маленькими глотками. Он чувствовал, как кофе разливается по его желудку, а разум и все чувства проясняются. Марден больше не казался высокомерным и чванливым — только забавлявшимся. Но что забавного в похмелье?
— Это все из-за вашего Джасперса, верно? — спросил Десейн, возвращая
Марден сосредоточенно закручивал крышку термоса.
— Если с непривычки перебрать, то это может оказаться крайне вредным, я прав? — не отставал Десейн от Мардена, вспомнив слова Виллы Бурдо.
— Чрезмерная доза может вызвать похмелье, — признался Марден. — Но когда привыкнешь, ничего подобного не бывает.
— Итак, вы пришли сюда, чтобы сыграть роль доброго самаритянина, — заметил Десейн. Он чувствовал, как внутри него закипает гнев.
— Мы обнаружили ваш грузовик на дороге в Портервилль, и это нас встревожило, — сказал Марден. — Нельзя бросать машину так безрассудно.
— Я не бросал его.
— Да? Что же вы сделали?
— Я пошел прогуляться.
— И причинили нам столько беспокойства, — проговорил Марден. — Если вам так уж захотелось совершить экскурсию по кооперативу и складским пещерам, то вы могли бы просто попросить об этом.
— И во время этой экскурсии меня сопровождала бы надежная охрана, обеспечивающая мою безопасность.
— Мы бы организовали любую экскурсию по вашему усмотрению.
— А сейчас вы пришли арестовать меня?
— Арестовать вас? Не порите чепухи!
— А откуда вы знаете, где я был?
Марден, глядя на потолок, покачал головой.
— Да все вы, молодые, одинаковы, — заметил он. — Вилла, с ее чертовой романтикой, абсолютно не способна врать. Как, думаю, и никто из нас, — он снова посмотрел на Десейна с веселым цинизмом. — Как вам, лучше?
— Да!
— Не слишком ли мы навязчивы? — он сжал губы. — Кстати, мы открыли дверь вашего грузовика, с помощью провода подсоединили аккумулятор к двигателю, завели его и перегнали грузовик сюда. Он стоит перед гостиницей.
— Спасибо.
Десейн посмотрел на свои руки. Он ощущал раздражение и разочарование, но понимал, что Марден — не тот человек, на котором можно сорвать свою злость… как и Дженни… или Паже… Он понимал, что не стоит ни на кого обижаться… и все же это чувство не проходило. Он с трудом сдерживал свои эмоции.
— Вы уверены, что с вами все в порядке? — спросил Марден.
— Да, все нормально.
— Хорошо, хорошо, — пробормотал Марден. Он отвернулся, однако Десейн успел заметить улыбку на его губах.
И именно эта улыбка, а не сам Марден, стала фокусом гнева Десейна. Улыбка! Она была на лицах всех сантарожцев — самодовольная, высокомерная, таинственная. Десейн вскочил на ноги, прошел к окну и отдернул шторы.
Цветочный сад и небольшой ручей были залиты ослепительными лучами солнца, а дальше простиралась равнина, плавно переходящая в заросли вечнозеленых секвой. В этой невыносимой жаре застыли, словно бездыханные, дубы. Десейн насчитал три струйки дыма, висевшие в безветренном воздухе, а чуть дальше виднелся сине-зеленый серпантин реки.