Бархатные коготки
Шрифт:
– Гаррисон Бурк – политик, – заметил Мейсон. – Есть мнение, что он намерен взлететь очень высоко. Он связался с реформаторской фракцией, у него есть вес в обществе и его популярность среди избирателей растет…
– К чему вы клоните? – спросила она.
– Я хочу сказать, что «Пикантные Известия», вероятно, сочтут пять тысяч долларов жалкими слезами.
– Может быть мне удастся собрать девять… от силы десять тысяч…
– Это, наверное, будет необходимо, – сказал Перри Мейсон.
Она
– А если произойдет что-нибудь такое, что я буду вынужден посоветоваться с вами немедленно, не ожидая объявления в газете? – спросил адвокат. – Где я могу вас найти?
Она быстро покачала головой, сопроводив движение жестом, не терпящим возражений.
– Нигде. Относительно этого не может быть недоразумений. Не пытайтесь искать меня по моему адресу. Не пытайтесь звонить. Не пытайтесь узнать, кто является моим мужем.
– Так вы живете с мужем?
Она бросила на него быстрый взгляд.
– Конечно. Иначе, откуда я взяла бы столько денег?
Раздался стук в дверь. Делла Стрит всунула голову в кабинет.
– Письмо готово, господин адвокат, – заявила она. – Вы можете подписать его когда пожелаете.
Перри Мейсон встал и посмотрел на посетительницу.
– Что ж, миссис Гриффин, – сказал он. – Я сделаю все, что смогу.
Она поднялась с кресла, сделала шаг в сторону двери и остановилась, глядя на деньги, которые оставила на столе.
– Я получу какую-нибудь квитанцию? – спросила она.
– Если вы этого желаете.
– Пожалуй, желаю.
– Я ничего не имею против этого, – подчеркнуто вежливо сказал адвокат. – Если вы хотите иметь в сумочке квитанцию с подписью Перри Мейсона, за аванс, внесенный некоей Евой Гриффин, то это ваше дело.
Она нахмурилась, после чего сказала:
– Сформулируйте это иначе. Квитанция на такую-то сумму, внесенную в виде аванса на такой-то счет.
Перри Мейсон подумал, быстрым движением собрал деньги и кивнул Делле Стрит.
– Возьмите это и откройте миссис Гриффин счет в кассовой книге. Вы выдадите квитанцию на сумму, поставленную на такой-то странице книги и не забудьте отметить, что сумма внесена в качестве аванса.
– Вы можете сказать мне, сколько будет составлять весь гонорар? – спросила женщина.
– Это будет зависеть от того, сколько времени займет дело. Гонорар будет высоким, но заслуженным, смею вас заверить. И будет зависеть от результатов.
Она кивнула головой, поколебалась минуту и сказала:
– Это, наверное, все.
– Моя секретарша выдаст вам квитанцию.
– До свидания, – на прощание улыбнулась Ева Гриффин.
– До свидания.
Она остановилась в дверях, чтобы еще раз посмотреть на него.
Он стоял повернувшись спиной, засунув руки в
– Прошу сюда, миссис Гриффин, – сказала Делла Стрит и закрыла за ней дверь.
Перри Мейсон, невозмутимо выглядывал на улицу еще пять минут.
Наконец дверь открылась и в кабинет вошла Делла Стрит.
– Она ушла, шеф, – сообщила секретарша.
Мейсон повернулся к ней лицом.
– Что тебе в ней не нравиться, Делла? – спросил он.
Делла Стрит смотрела ему прямо в глаза.
– То, что эта женщина устроит тебе веселую жизнь, – вздохнула она.
– Пока она заплатила пятьсот долларов аванса, – пожал он плечами. – И заплатит еще тысячу пятьсот, когда я закончу дело.
– Она лживая и нечестная, шеф, – со страстью сказала Делла. – Она подставит под удар любого, лишь бы спасти свою шкуру.
Перри Мейсон внимательно посмотрел на нее.
– Я не ожидаю лояльности от замужних, которые платят авансы в пятьсот долларов. Она просто клиентка.
Делла Стрит встряхнула головой.
– Я не это имела в виду. Дело в том, что в ней есть что-то коварное. С самого начала она скрывает от тебя информацию, которую, как ее адвокат, ты должен знать. Посылает тебя куда-то в слепую, а ведь могла бы и облегчить тебе задачу, если бы была с тобой откровенна.
Перри Мейсон сделал неопределенное движение плечами.
– Почему нужно чтобы она облегчала мне задание? Ведь она платит мне за мое время, а время это все, что я вкладываю.
– Ты уверен в том, что время это все, что ты вкладываешь? – медленно спросила Делла Стрит.
– А почему я не должен быть в этом уверен?
– Не знаю, – ответила она. – Эта женщина опасна. Это хитрая змея, которая без каких-либо угрызений совести втравит тебя в западню и бросит, чтобы ты сам выпутывался.
Выражение лица Мейсона не изменилось, только глаза заблестели.
– Это риск, к которому я должен быть готов, – ответил он. – Я не могу рассчитывать на лояльность клиентов. Они мне платят, этого достаточно.
Она посмотрела на адвоката взглядом, в котором явно читалась нежность.
– Но, ты-то, шеф, считаешь, что должен быть по отношению к ним порядочным, несмотря на те свинства, которые они устраивают и тебе, и другим.
– Конечно. Это мой долг.
– Профессиональный?
– Нет, – ответил он. – Долг по отношению к самому себе. Я являюсь чем-то вроде платного гладиатора. Я сражаюсь во имя своих клиентов. Большинство из них ведет нечестную игру и поэтому они приходят ко мне. Они попадают в какие то неприятности, а мое дело вытащить их от туда. Я должен играть с ними честно, хотя не всегда могу рассчитывать на то, что они отплатят мне той же монетой.