Барон Чернотопья
Шрифт:
Мархана скупо улыбнулась.
— А ты все такой же мерзкий, каким был в нашу первую встречу.
Я пожал плечами.
— Я эгоистичен, это верно. Но о том, что заботиться о собственных интересах плохо, говорят либо лжецы, либо те, у кого не хватает решительности заняться делом.
Богиня кивнула, легко соскакивая с моих колен на ноги.
— Вот за это я тебя и выбрала, Кирилл, — сообщила Мархана. — Мне не нужен был слабак, притворяющийся сильным. Только тот, кто возьмет свое, несмотря ни на что. И я сделала все, чтобы у тебя такая возможность была. Разве не
— С этим сложно спорить, — кивнул я в ответ, садясь в кресле ровно. — И чего ты ждешь от меня на этот раз?
Она осмотрела рисунки на полу и стенах подвала с живым интересом.
— Пожалуй, пока что я оставлю тебя в покое. Ты сейчас крайне занят, а мне не хочется, чтобы ты шел за мной против своей воли.
— Мудрое решение, — не сдержался я от похвалы.
— Ты умеешь ставить условия, Кирилл, и заставлять окружающих их выполнять, — с легкой улыбкой ответила она. — Но помни, я еще вернусь, и ты уже не сможешь мне отказать. А пока — отдыхай, мой маленький герой.
Она вновь коснулась моих губ своими, и я тут же отключился. Мне впервые за долгие месяцы приснилась моя прошлая жизнь. Рождение первого сына, встреча с будущей женой, подписание первого крупного договора.
Я осознавал, что все это сон, но смотрел его с удовольствием. Моя прошлая земная жизнь мелькала перед глазами, останавливаясь только на самых значимых и приятных моментах. Не было ни одного дурного или хотя бы нейтрального воспоминания — только хорошее, только успехи.
А потом я резко открыл глаза и встал на ноги. По ступенькам лестницы цокали каблуки Дии — она должна была сообщить, что солнце зашло, и можно начинать, значит, проспал я все то время, которое оставалось до старта призыва. Но теперь я чувствовал себя отдохнувшим и полным сил.
— Киррэл? — на лице Гриммен проступила обеспокоенность. — Что произошло?
— О чем ты?
— На тебе будто стало меньше печатей Марханы, — она осторожно втянула воздух, принюхиваясь, но ничего, само собой, не обнаружила. — Она тебе снова являлась?
Вопрос был задан с нескрываемой тревогой. В прошлый раз для девушки это стало настоящим шоком, и неудивительно. Несмотря на все усилия местных религиозных служителей, никто в Эделлоне не воспринимал всерьез присутствие богов. А я стал живым доказательством не только их существования, но и незримого контроля за людьми.
Я ведь тоже испытал шок, когда понял, что Эделлон мне не снится в бреду, и все, что тут происходит — по-настоящему. Однако если полукровка боялась Мархану, я не мог воспринимать женщину со звериными ушками в качестве угрозы. Да, богиня перенесла меня в этот мир и могла бы умертвить в любой момент, однако это умом я понимал. Сердце же подсказывало, что Мархана сама нуждается в защите, и рядом с богиней я неизменно чувствовал себя сильнее, увереннее.
— Мы поболтали немного, ничего серьезного, — отмахнулся я с такой легкостью, что Дия посмотрела на меня, как на безумца. — Я не шучу, Дия, тебе совершенно не о чем переживать.
— Хорошо бы, — кивнула та, обхватывая себя за плечи и ежась будто от холода. — Мне как-то не кажется, что такие визиты сулят хорошее.
— Если
Девушка кивнула и вышла из подвала наверх. Пока я буду заниматься демонами, она должна сторожить Николаса. Гости из другого мира это одно, но и в способностях вражеских чародеев устроить нам райскую жизнь я не сомневался.
Магия потекла с моих пальцев, срываясь фиолетовыми каплями в центр помещения, и я зашептал слова заклинания.
Лагерь риксландского подразделения на берегу.
— Аврелий, что скажешь? — спросил старый воин со знаками отличия кентурия на плечах.
— Скажу, что нехорошее предчувствие у меня, Публий, — ответил немолодой уже чародей, поглаживая ноющую грудь. — Как бы беды ни случилось.
Кентурий не стал оспаривать слов своего старшего чародея. Вместе они уже прошли не один конфликт и только благодаря взаимодействию дожили до своего возраста. Армия Риксланда не просто так обрела славу маленькой, но грозной.
Порядки империи, павшей сотни лет назад, уцелели в разных местах материка. И Риксланд остался ее преемником после распада. Тогда будущее королевство представляло собой крохотную провинцию, в которой расквартировал свои войска наместник. И этот легион пережил немало испытаний, не только позволив королю сохранить свои земли, но и периодически доказывая окружающим более крупным странам, что с Риксландом придется считаться.
— Как думаешь, откуда ждать проблем? — спросил кентурий своего боевого товарища.
— Не представляю, но в городе что-то нечисто, — ответил Аврелий. — Наш человек клялся, что Фолкбург будет покинут, однако комендант там на стенах, и люди никуда не ушли. Может быть, это от его собственной глупости, а может быть…
Публий кивнул. Ему тоже не нравилось, что осведомитель оказался не прав. Война — дело сложное, и любое отклонение от известных данных грозит внезапным разгромным поражением. Сколько раз сам кентурий, именно удивляя своего врага, одерживал верх в, казалось бы, невозможных обстоятельствах.
— Хорошо бы организовать вылазку, — сказал он в пространство едва слышно, глядя на стены города.
Фолкбург, конечно, не выглядел неприступным, однако и не казался большой деревней, в которую превратились другие города внутренних земель Меридии. Уж Публий повидал их достаточно — разжиревшие, забывшие о необходимости отражать внезапные атаки, аристократы этой страны строили себе виллы и поместья, а про оборону не думали, полностью полагаясь на пограничные форты.
Однако вон они, эти форты, уже взяты армией Риксланда, а солдаты, обитавшие в укреплениях, теперь удобряют своими телами землю. Самозабвенно ввязавшись в войну с Крэландом, Меридия упустила момент, когда вожжи правления оказалось некому перехватить, и в результате — вовремя нанесенный точечный удар открыл всю юго-западную оконечность королевства.