Барышня
Шрифт:
– Помню, а она? – Он имел в виду свою сестру.
Оля то успокаивалась, то, увидев его улыбку, опять начинала плакать. Если бы он не улыбался, если бы отвернулся или хотя бы опустил взгляд, она может его и простила, но улыбка.
– Я не прощу тебе этого никогда. Ты это понимаешь? Ты для меня все, ноль на палочке. Забуду про тебя. Тебе хуже. Будешь знать. Я к нему, а он…
Она уже не так металась по комнате, перестала бросать в его сторону все то, что попадалось под руку. Уже могла спокойнее дышать и даже несколько раз посмотрела на телефон, кто-то слал ей SMS. Не буду отвечать, думала она, зная, что это Светка.
– А
– Ну вот что мне с тобой делать? Что?
Она рассуждала как взрослая женщина. Читала книги про любовь, ах, как там все здорово, а в жизни все намного хуже. Больно. Зачем это человеку, нет, чтобы взять и забыть, пусть топает своей дорогой, но нет же. Что-то цепляет, обида зреет, а потом рвется нить и все, горечь выплёскивается наружу. Оля знала, что после того, как проплачешься все становится фиолетово, будто ничего и не было. Но она еще не проплакалась, и опять слезы выступили и покатились по щеке. Швыркая носом, она поплелась к своей спасательной подушке, прижалась к ней и снова зарыдала.
Снег на улице уже посерел и стал оседать, появилась влажность, и плечи невольно вздрагивают от прохладного ветра. Светка спешила, она знала, что ее подружка залетела и ей нужна ее помощь. Не обращая внимание на возмущенные возгласы какой-то мамаши, она перебежала дорогу и быстро юркнула во двор.
Уже через пять минут она сидела около Ольги и готова была сама заплакать, чтобы поддержать подружку.
– А ты знаешь, мой, кажется, тоже стал коситься на сторону.
Оля выпрямилась и удивленно посмотрела на нее.
– Как?
– Ага, вчера видела по телеку, как он ей ручку чмокнул. Беее… Какая гадость.
– Кому?
– Помнишь, там есть у них крыса с фиолетовыми патлами, а я-то думала она своя. Попадись она мне, я ей… – И тут Света не выдержала, на ее глазах заблестели слезинки. – Я ей… – Первая струйка скатилась, затем другая, и вот уже как Оля зарыдала.
Они сидели вместе, обняв друг друга и как две дуры просто взахлеб рыдали.
Прошёл почти час, прежде чем их носы высохли, опухшие глаза отошли, и они уже смогли чуть улыбаться.
– Я решила его бросить, – уверенно сказала Оля.
– И я тоже брошу своего, все равно убежит, зачем ждать.
– Точно? – немного неуверенная в обещании своей подружки, спросила Оля.
– Точно. Сегодня же.
– Давай тогда вместе.
– Давай, – тут же согласилась Света и убежала к своему ранцу.
Через минуту они сидели вместе, прижавшись как можно ближе, и смотрели на своих изменников, а те продолжали нагло улыбаться.
– Готова? – спросила Оля у Светы.
– Да! – уверенно ответила она и резко рванула руку.
По комнате раздался шипящий звук рвущейся бумаги. За ним последовал радостный выдох и сразу же комнату заполнил смех. Девочки сидели и радостно рвали фотографии своих телевизионных кумиров. Они смеялись, бросая в воздух конфетти из своих мальчиков, а те кружились и разлетались в разные стороны, будто и правда настал Новый год и их желания были исполнены.
– Завтракать. – В комнату вошел папа и с ужасом уставился на тот бардак, что творился в комнате.
– Я уберу, – не дожидаясь возмущения отца, тут же сказала Оля, и они с подружкой, быстро
Любовь, она всегда нас окружает. Любовь – это цветок, он распускается, цветет, но наступает момент, лепестки опадают и семена разлетаются в разные стороны. Но проходит время, и цветок опять выпускает свой стебелек и опять зреет бутон любви. Лишь бы его никто раньше не сорвал и не воткнул в стакан с водой. Любовь – это свобода. Она не может расти в горшке или стоять в вазе. Если любовь по принуждению, то она никогда не даст всходов, цветок повянет и его рано или поздно выбросят.
Девочки, довольные собой, все прибрали и радостно, но еще шмыгая носами, побежали на кухню.
Начало
Рассказ из книги «Щекотка» глава 1
– Если узнаю, что опять ходила на речку, выпорю! – так мама каждое утро говорила Вере. – Тебя это тоже касается, – обращалась она к ее брату.
А что делать летом в деревне, если не ходить в лес, не играть и не купаться. Ну вот что? Маринка на пару дней уехала в город, Светку бабушка наказала и теперь та окучивает огород. Вера, оттолкнув младшего брата, села у окна и стала строить свои коварные планы на день. Лешка, ее брат, сейчас убежит к Витьке, что живет через дом. Они уже третий день строят за сараем свою крепость. Но ей с ними неинтересно.
Вера покрутилась и, дав подзатыльник Лешке, пошла в огород.
– Мамка говорила не купаться! – крикнул он ей в след.
– Отстань.
– Расскажу.
– Получишь у меня. Понял! – и даже не взглянув на брата, открыла калитку и перешагнула запретную черту.
– Все равно расскажу, – донесся его голос, но Вера уже не слышала его.
Она перемахнула через картофельные ряды и быстрым шагом скрылась в кустах. До речки идти не так уж и далеко, надо свернуть налево, через огороды баб Клавы. Можно и тут пройти, но здесь вдоль берега рос непроходимый камыш, а ей нужно добраться до поворота, а после под мост. Он вообще выглядел странно: кругом поля и лес. Куда дорога вела, а кто его знает, кажется, по нему никто и не ездил, разве что раньше, когда был колхоз.
Вера прислушалась. Тишина, только стрекот кузнечиков и смешные стрекозы, словно маленькие вертолеты, зависали над водой, кружились и резко улетали обратно в лес. Она уже много раз приходила сюда. Ее никто не застукает, да и некому. Присела на бревно, опустила ноги в воду и стала слушать, как вода журчит. На душе что-то щекотало, она передернула плечами, покрутила головой из стороны в сторону и, быстро поднявшись, стала раздеваться.
Чтобы мама не узнала, Вера снимала все, что на ней было и, осторожно ступая, погружалась в воду. Так тихо. Она закрывала глаза и, раскинув руки в стороны и стараясь держаться на воде, спокойно плыла по течению. «О чем там Маринка говорила? – думала девочка, щурясь от яркого солнца. – Вроде ей книжки привезли, надо взглянуть». В прошлый раз они вместе читали про Людовика, несколько глав не было, кто-то умудрился их вырвать. Но это не помешало девочкам повздыхать и представить, каково это – жить в замке.