Башни Латераны 3
Шрифт:
Корабль качнуло на волне, но рука Северина не дрогнула. Он закончил последний символ, выпрямился в центре круга и вытянул руки в стороны, ладонями вниз.
— Не рекомендую смотреть прямо на круг, — бросил он через плечо: — берегите глаза.
Лео прищурился, но отводить взгляд не стал.
Северин заговорил — не на торговом наречии и не на церковной латыни, а на чём-то более древнем, гортанном, с шипящими согласными и долгими гласными. Слова падали тяжело, как камни в воду, и с каждым словом линии на палубе начинали светиться — сначала едва заметно, потом всё ярче, пока весь круг
Запахло озоном и почему-то — морской солью, хотя они и так были посреди моря.
Корабль вздрогнул. Не от волны — изнутри, словно огромный зверь, которого пришпорили. Паруса, до этого лениво ловившие слабый ветер, вдруг натянулись как барабанная кожа, канаты заскрипели от напряжения. За бортом вода вспенилась, расступаясь перед носом судна.
Лео схватился за ближайший канат, чтобы не упасть. Рядом выругался кто-то из матросов. Беатриче присела, упершись рукой в палубу.
— Благословение Триады! — выдохнул капитан, глядя на паруса: — ходко пошли!
Ветра не было. Точнее — не было никакого ветра вокруг них. Лео чувствовал это по тому, как спокойно висели его волосы, как не шевелились полы его куртки. Но паруса — паруса были надуты так, словно в них дул штормовой порыв.
— Не ветер, — сказал Лео, не отрывая взгляд от светящегося круга: — Или направленный поток четко в парус… или создаёт разницу давления на границе ткани. — он покачал головой, мысленно прибавив пару плюсиков в рейтинг опасности святого отца Северина, у того, судя по всему, был уже третий круг посвящения, не меньше.
Монах стоял неподвижно, с закрытыми глазами. На его висках выступили капли пота, скулы заострились от напряжения. Поддержание заклинания требовало постоянной концентрации.
«Гордость Тарга» рванулась вперёд, разрезая волны как нож — масло. За кормой вскипел пенный след. Горизонт впереди стремительно приближался, а корабль Инквизиции за кормой — так же стремительно уменьшался.
— Ха! Так значит абордажа не будет! — расстроился Альвизе и поднял свой кувшин с вином: — какая жалость. Вы ничего не хотите нам сказать, преподобный?
Северин не ответил. Только его губы продолжали беззвучно шевелиться, удерживая заклинание, что гнало их прочь от погони. Потом — повернулся к Альвизе.
— Планы меняются. — сказал он: — они не отстанут от нас и после прохода через Челюсть. Извините, дейн Конте, но мы не сможем высадить вас на мысе, как договаривались.
— Это понятно. — Альвизе отпил из кувшина и оперся рукой о борт судна: — это как раз ясно. Черт с ним, с мысом на Челюсти, я уже понял, что придется чуть подольше вас сопроводить. В связи с этим возникает вопрос — кто вы такие и что вы перевозите. — он опустил кувшин вниз и вопросительно наклонил голову.
Лео сделал шаг чуть в сторону, так чтобы «преподобный отец» не смог одновременно атаковать всех троих. Он видел, как ладонь левой руки виконта Конте, урожденного де Маркетти — легла на рукоять кинжала. На таком расстоянии магия не имеет преимущества, имеет значение скорость… между ними примерно шесть футов. Альвизе одинаково хорошо владеет обеими руками, об этом в Тарге все знают.
Беатриче нарочито расслабленно оперлась спиной о мачту, на ее губах играла
— Вы наемники. — роняет «отец» Северин: — вам платят деньги, вы — исполняете контракт. Я заплатил вам за сопровождение груза. Вы — сопровождаете груз. У вас какие-то проблемы в понимании сути контракта, виконт Конте?
— В контракте ни слова про Инквизицию не было. — говорит Беатриче, которая чистит ногти на левой руке кончиком острого ножа: — ни про Инквизицию, ни про Старого Змея Чинатру. И про то, что с вами придется плыть непонятно куда — тоже. У меня дела в городе.
— Должно быть уважаемая дейна Гримани невнимательно читала пункт «сохранность груза», — уточняет «преподобный» Северин: — там как раз сказано «и от иных угроз». Даже если гладь морская сейчас расступится и оттуда выйдет сам Повелитель Демонов — вы обязаны сохранить груз. Таков контракт.
— Никто в здравом уме не будет связываться с Инквизицией. — говорит Беатриче, отрываясь от чистки своих ногтей кончиком ножа: — ты же нас в Катакомбах подставил под полную декурию с Квестором во главе.
— И вы получили причитающуюся вам премию.
— Ал, давай расторгнем контракт. — девушка перехватывает свой нож особым хватом: — никто и не узнает. Какого черта…
— Не кипятись, Беа, преподобный Северин конечно же прав, контракт подписан, — Альвизе поднимает руку и оборачивается: — Штилл! Ты так и будешь стоять? Кто у нас книги читал и в Академии учился?
Лео вздыхает и делает шаг вперед.
— В контракте есть и пункт «чрезвычайные обстоятельства», которые освобождают нас от обязательств в тех случаях, когда заказчик намеренно чинит препятствия выполнению условий контракта. — говорит он: — ваши действия могут подпадать под это определение.
— Вот! — торжествующе тычет пальцем в «преподобного» Альвизе: — как мы будем вас охранять, если не знаем кто вы такие и кто за вами еще охотится?! Я бы знал, что вы у Инквизиции в черном списке, так я бы за работу не взялся… ну или потребовал бы раз в пять больше. Тарг — портовый город, указам Церкви может не следовать, Инквизиторы поддержки Серого Ворона не имеют, но они все равно туда поперлись! Значит вы важная птица, «преподобный».
— Хорошо. — вздыхает Северин: — пожалуй вы правы, дейн Конте. Давайте так — на самом деле мы не монахи.
— Какая, сука, неожиданность… — бормочет себе под нос Беатриче, снова привалившаяся к мачте и занявшаяся своими ногтями.
— Мы — рыцари Ордена Истинной Триады.
— Схизматики. — прищуривается Альвизе. Лео кивает. Орден Истинной Триады… сторонники Истинной Триады полагают что Церковь искажает постулаты веры и слишком буквально толкует заветы, вознося букву Веры, но не дух. В некоторых аспектах истинноверцы не терпят компромиссов, но основа их расхождений с Церковью — это постулат о том, что вера — важнее ритуалов, а также о том, что индульгенциями греха не искупить. Земли к северо-западу от Гельвеции почти полностью находятся под влиянием Истинной Триады, туда нет пути Инквизиторам.