Башни над городом
Шрифт:
Нельзя сказать, что это не было замечено наверху – в правительстве новой страны. Отмечено, учтено – и принято к сведению. Все многочисленные правители, сменявшие друг друга в теплых креслах, прилагали немалые усилия для исправления ситуации. В том, разумеется, ключе, как они себе это представляли.
Но, несмотря на их героические усилия, завод все же выжил! И даже как-то ухитрялся работать! Сменялись директора – как не понимающие остроты момента и требования нынешних реальностей, но и вновь назначенные «специалисты» оказывались бессильны – завод стоял.
Прибывшие
Полностью лишить завод заказов так и не удалось, все же его продукция ещё оставалась востребованной. Да и порт периодически подкидывал что-нибудь. Многолетняя практика взаимной поддержки тоже не изживалась одномоментно.
По большому счету, я не слишком понимал логику руководителей страны. Ведь хорошо работающий судостроительный завод не может возникнуть ниоткуда по мановению руки. Да и персонал, имеющий опыт работы на столь специфическом предприятии, тоже на дороге не валяется. Это гарантированные заказы, экспорт и вожделенный приток в страну валюты. Ну, ладно, со своим «старшим братом» вы разругались, прекратив снабжать его флот и ремонтировать его корабли. Ладно, это ваше право, как суверенного государства. Суммы, потерянные в результате этого, кстати, так никто до конца подсчитать и не сумел. Но ведь есть и другие страны! Не столь, возможно, богатые – но ведь платят-то они полновесными долларами! Их, скажите на милость, зачем отваживать?
Но – отшили и этих заказчиков.
Завод, вполне ожидаемо, захирел. Зарплату не платили уже месяцами – но народ продолжал приходить в почти омертвевшие цеха, искусственно поддерживая жизнь умирающему исполину.
И, как венец всего этого безобразия – грянула война.
Никому, в общем-то, не нужная, бестолковая, как и большинство гражданских войн.
Начавшись с беспорядков в Киеве, она перекинулась на юго-восток. Там теперь мрачно возвышается пресловутая «черная стена». Отбитые от неё остатки воинских формирований откачнулись назад, домой. Но и там их никто особенно не ждал. Все «хлебные» места давно уже были заняты новыми людьми. Или, попросту, ликвидированы – и заменены вновь созданными, но уже с другим персоналом. Так что пошедшие «на войнушку» люди внезапно (но, вполне ожидаемо…) оказались не у дел. Им не повезло «героически погибнуть» за «светлое будущее», а вот мрачное настоящее оказалось для большинства уж слишком нежизнерадостным.
Итогом последовавших «разборок» (вот ведь придумали же русские словечко – точнее и не скажешь!) явилось уродливое образование, известное ныне как Дикое поле.
Край этого образования захватил и город.
И тут началось такое…
Словом, в один, далеко не прекрасный для города день, на рейде нарисовалось некоторое количество военных кораблей. Не линкоров, разумеется, но кто сказал, что ракетные катера хуже справляются
Встревоженные атаманы выслали парламентеров – войны никто из них не хотел, надоело уже всем.
Ультиматум со стороны «гостей» был краток и сводился к нескольким основным пунктам:
1. В городе учреждается наблюдательная миссия. Из военного и полицейского персонала стран НАТО. Цель – предотвращение базирования в порту пиратских кораблей, их ремонта и обслуживания.
2. При миссии имеется воинский контингент, достаточный для её самообороны.
3. Миссия не вмешивается в местные дела.
4. Миссия оставляет за собою право оказания гуманитарной помощи нуждающимся.
5. Сотрудники миссии экстерриториальны и неподсудны местным… г-м-м… властям.
Более всего разногласий возникло именно по первому пункту – это затрагивало интересы слишком многих. Но в приватной беседе недовольным было мягко разъяснено, что целью миссии не является прекращение пиратства и контрабанды как явления. Некоторое «реформирование» – возможно и желательно. Ведь миссия желает защитить интересы лишь своих стран. Тех, которые уполномочили на этот счет подразделения НАТО. А вот те, кто об этом своевременно не озаботился… это уже их личное дело.
Намек был понят правильно – совсем уж круглые дураки в Диком поле не выживали. Тем более, среди атаманов. Там вообще хватало людей понимающих.
К сожалению, и среди разумных людей нашлись те, которые восприняли деликатные намеки как своего рода индульгенцию. Разумеется, они не стали нападать на торговые суда цивилизованных стран и грабить прибрежные поселки. Такие досадные инциденты, хоть и имели место быть, случались все же не так часто. В большинстве случаев (во всяком случае, так писала пресса) виновных удавалось найти и примерно наказать.
Невесть что о себе возомнившие атаманы обратили свой взор на восток – туда, где зеленели пышной растительностью берега Крыма. И надо сказать, что их неразумная инициатива даже встретила, пусть и не поддержку и понимание (все же это было бы слишком…), но неявное одобрение. На эти вещи попросту закрыли глаза. Тем более, что формально полуостров ещё оставался украинским, вот пусть и болит голова у львовских политиканов! Одни их граждане нападают на других (пусть и бывших), это – внутреннее дело независимого государства…
Ага! Не тут-то было!
Русские не стали поднимать шум, писать жалобы в ООН и ОБСЕ. Они просто ещё раз напомнили всем, что их береговые ракетные комплексы простреливают не только прибрежные районы…
Из возвращавшихся с набега кораблей до порта дошел только один. Спасенных с других кораблей на его борту не было – вообще никого.
А над берегами Крыма теперь постоянно барражировали ещё и патрульные самолеты. Особой необходимости в этом не было, локаторы Черноморского Флота и так накрывали всю акваторию обоих морей, но зато выглядело весьма убедительно.