Башня Эль-Баб
Шрифт:
Юная колдунья взяла свою колдовскую книгу и приступила к странной церемонии. Она зажгла свечи и сожгла несколько волосков из бороды варвара, смешала пепел со своей собственной слюной и этой смесью начертала несколько непонятных знаков на лице. Затем Лолья произнесла магическое заклинание и рассыпала вокруг себя золотистый порошок. Наконец, она сломала три маленькие голубиные косточки и громко сказала:
— Три косточки, три вопроса, хочу получить три ответа… Вот первый, повторять не буду… Для кого ты отлавливаешь рабов?
Голова варвара медленно ожила и ответила:
— Для
— Почему шумерам нужно столько рабов?
— Чтобы построить башню Эль-Баб.
— Что такое башня Эль-Баб?
— Она будет сокровищем этого мира… башня, касающаяся облаков, которая прославит Энки, единого бога.
— Единого бога? — удивленно промолвила Лолья.
Три косточки, и только три вопроса! Голова варвара умолкла, и черные свечи погасли сами собой.
Глава третья
ГОСПОДИН ГРУМСОН, ЕГО СЫНОВЬЯ И МЭЛЬСТРЕМ
Вернувшиеся из увольнения беориты увидели, что их ожидает прекрасный драккар. Беорф потратил почти все свое золото, чтобы преподнести жителям Упсграна этот подарок. Корабль был сделан из красного дерева и покрыт светлым лаком. Носовая фигура, украшающая судно, представляла собой пожирающего змею мангуста. Беорф выбрал корабль именно из-за этой скульптуры. Именно благодаря мангустам Амос выиграл свою первую битву при Братели Великой, и с тех пор маленький зверек занимал в его сердце особое место.
Маленький драккар был доверху нагружен покупками членов команды и прицеплен к новому кораблю. Какое счастье, что Беорф купил это судно! Беоритам ни за что не хватило бы места, чтобы доставить в Упсгран все свои покупки.
— Послушай, Беорф, — обратился к нему Амос, — тебе удалось нанять людей, которые могли бы сопровождать нас в путешествии?
— К сожалению, нет, — признался толстый мальчуган. — Я ходил к писцу, чтобы он сочинил мне объявления, я развесил их потом в разных концах города. Но до сих пор никто на них не откликнулся.
— Но все равно нам необходим экипаж, чтобы идти по великой реке Востока. Это самый быстрый и самый простой путь, чтобы проникнуть в глубь континента.
— Ты в самом деле не хочешь, чтобы мои люди шли с нами дальше? — спросил глава Упсграна, которому так не хотелось расставаться со своими соплеменниками. — Ведь ты знаешь, какие они прекрасные мореплаватели, а, кроме того, беориты всегда готовы выпустить когти и обнажить клыки в случае опасности…
— Я уже сказал тебе, Беорф: не может быть и речи, чтобы твои люди рисковали жизнью, — сказал Амос не терпящим возражения тоном. — Жители Упсграна еще не перестали оплакивать своих погибших. И могу тебе гарантировать, что в новой экспедиции их не будет. Ты можешь говорить что угодно, но я своего мнения не изменю. Нам необходимы смелые моряки, способные идти по реке, вот и все! А потом мы продолжим путешествие вчетвером…
Беорф не стал подыскивать другие аргументы, потому что это была бы напрасная потеря времени.
Вдруг на набережной раздались громкие
Пятеро молодых людей, высоких и крепких, сгрудились на набережной и кричали:
— Дай нам руку, отец! Дай нам руку! Ну давай же, отец, протяни руку!
Многочисленные зеваки толпились вокруг, наблюдая за нелепым спектаклем. Человек уже нахлебался воды и едва шевелил руками, но отказывался от предлагаемой помощи. Толпа на набережной разрасталась с каждой секундой, и вскоре уже послышались голоса:
— Эй! Дайте им руку! Да что же он делает? Дайте вашу руку! Вы же совсем рядом с набережной! Но, Боже мой! Ему уши заложило? Дайте руку!
— Ну и пусть тонет, старый скряга! — воскликнул один ротозей.
— Тот скупердяй получил по заслугам! — добавил другой.
— Не могу понять, как это его сыновья могли терпеть такого крохобора! — крикнула женщина, раздосадованная этой сценой. — Ну и пусть идет ко дну…
Один из сыновей тонущего поднялся во весь рост и крикнул в толпу:
— Я и мои братья обещаем служить тому, который убедит нашего отца принять помощь!
Тогда Амос повернулся к Беорфу и сказал:
— Так вот он, наш экипаж!
Юный властелин масок протиснулся к парапету, ухватился за его край и крикнул:
— Возьмите! Возьмите мою руку, господин!
Тотчас же скряга ухватился за руку Амоса, и тот подтянул его к сыновьям. Пятеро парней совместными усилиями вытащили отца из воды. Толпа вяло похлопала в ладоши Амосу и вскоре рассеялась. Беорф подошел к другу:
— Не понимаю, Амос, объясни-ка мне. Как тебе удалось заставить его принять твою помощь, в то время как он отказывался от помощи собственных детей?
— Проще простого, — объяснил властелин масок. — Из реплик, раздававшихся в толпе, я понял, что этот человек слывет ужасным скрягой. Вместо того, чтобы просить дать мне его руку, я предложил ему взять мою. Настоящий скупец никогда ничего не отдаст, но возьмет все!
— Потрясающе! — поразился Беорф. — И ты думаешь, что он мог утонуть из-за… из-за неправильного слова?
— Еще Сартиган говорил мне, что люди слышат хорошо только то, что хотят услышать!
Спасенный оказался невысоким человеком лет шестидесяти, седым и плохо выбритым. Он подошел к Амосу в сопровождении своих пятерых сыновей, белокурых мускулистых красавцев. Все пять братьев были очень похожи друг на друга. У них был одинаково очерчен рот, те же глаза, тот же рост. Скряга прочистил горло и заговорил:
— Не было необходимости приходить мне на помощь, это сделали бы мои сыновья, просто они оказались не такими проворными, как вы!
— Ваши сыновья были здесь уже давно, господин, и изо всех сил старались вам помочь! — поправил его Амос.
— Неужели? — фальшиво изумился мужчина. — А ведь я их не видел и не слышал! Ну ладно, что было, то было… Вы можете называть меня господин Грумсон, а это мои сыновья: Магнус, Маркус, Моркус, Микус и Мекус. Они пятеро близнецов… Их… их матушка умерла при родах! Пять ртов пришлось кормить… Вот ведь какое для меня несчастье!