Башня страха
Шрифт:
Кадо развалился на стуле, расслабился и погрузился в размышления. Надо решить, как лучше дать знать Живым, что он ни сном ни духом не участвует в планах Суллы, и при любом исходе оккупационные войска сохранят нейтралитет.
Меджах оказался прав. Рослая надменная красавица действительно вернулась и, задрав нос еще выше, прошла еще ближе от поворота в переулок. Меджах возобновил свои приставания. Неприступная красотка в ответ издевательски, но соблазнительно вильнула задом. Ее спутницы хихикали, закрываясь рукавами. Одна из них, лишь чуток постарше
Меджах потянулся, поднялся.
— Ладно, парень, пойду разомну ноги.
— Осторожнее.
— Эй, за кого ты меня принимаешь? Я к ней, к ним то есть, близко не подойду. Разведаю только, где они живут. — Он нырнул в толпу и скрылся из виду.
Йосех снова уселся и погрузился в печальные размышления о жизни и смерти. Хоть тысячу лет живи, все равно ни шиша в этой жизни не поймешь.
Ему надоело смотреть на гавань, от сверкающей синевы резало глаза. Йосех зажмурился и, наверное, на несколько минут задремал. Встряхнувшись, он увидел, что рядом стоит мальчик-вейдин и внимательно его разглядывает. Было в этом мальчике что-то знакомое… Ну да, он же точная копия девушки. Конечно, мальчишка еще вертелся около старухи.
Йосеху казалось, что в животе у него поселилось какое-то чешуйчатое холодное существо; сейчас оно начало разворачиваться, распрямляться…
— Привет. Тебя как зовут? — Он с трудом выговаривал странные кушмарраханские слова.
— Ариф. А тебя? Ты и в самом деле дартарский солдат?
— Доброе утро, Ариф. Я — Йосех, сын Мельхешейдека. Да, я дартарский воин, хоть и стал им совсем недавно.
Понимает ли мальчонка разницу между солдатом и воином? Вряд ли. Из взрослых-то вейдин мало кто понимает ее.
— Почему вы всегда надеваете на лица эти черные штуки? Йосех не знал ответа. Это нечто само собой разумеющееся — становишься взрослым и начинаешь носить маску. Ни вейдин, ни ферренги их не носят, маски — отличительный признак, клеймо кочевников-дартар, странных, опасных и похотливых. Йосех никогда не размышлял о таких вещах. Положено — и все тут. Он ответил вопросом на вопрос:
— А сестру твою как зовут?
Мальчик с недоумением взглянул на Йосеха. Тот медленно повторил вопрос, старательно выговаривая иностранные слова, — он решил, что ребенку непонятна его ломаная речь.
Личико парнишки просветлело.
— Ты, наверное, о Миш. Она мне не сестра. Она моя тетя, мамина сестра. На самом деле она Тамиса, но дома все ее кличут Миш. Вот уж брюзга так брюзга.
— Отлично. Поехали дальше.
Йосех завязал с Арифом долгий разговор. В основном ему пришлось отвечать на вопросы о родных горах и пустынях, об огромных соляных залежах, которые называют Таками, и о стычках дартар с дикарями-турками, обитающими за Таками. Йосех и сам задал несколько вопросов — все больше о семье Арифа.
Еще одно опустошенное войной семейство. За стенами этого дома — ни одного близкого родственника, кроме нескольких замужних теток. Обычная кушмарраханская история.
Откуда
Они беседовали с полчаса. Меджах вернулся, подмигнул Йосеху, уселся в тени и, похоже, задремал.
И тут из дома с вытаращенными от ужаса глазами выскочила прекрасная незнакомка. Она в панике озиралась кругом и, заметив Йосеха с Арифом, всплеснула руками от облегчения, на секунду обессиленно прислонилась к стене, а потом кинулась к ним. Йосех поднялся навстречу. Он не мог глаз от нее отвести. Чешуйчатое существо в животе отчаянно молотило хвостом. Но девушка не смотрела на Йосеха, щеки ее пылали.
— Ариф! Что ты тут делаешь?! Ты же знаешь правила! Смотри, расскажу папе, он тебя так отшлепает…
— Ну, Миш, я просто поговорил с Йосехом.
— Он здесь в полной безопасности, Тамиса. Кстати, в разговоре с его отцом не забудьте упомянуть, что лишь через полчаса заметили отсутствие Арифа.
Она покраснела еще сильнее, сверкнула глазами и хотела было огрызнуться. Взгляды их встретились. Девушка ничего не сказала.
Старина Чешуйкин в животе Йосеха корчился в предсмертной агонии.
Тишину нарушил смешок Меджаха.
— Меня зовут Йосех, — выговорил Йосех пересохшими губами.
— Меня зовут Тамиса.
— Ты очень красивая, Тамиса.
Девушка вспыхнула снова. Меджах опять усмехнулся. Ариф уставился на них, неприятно пораженный.
— Тамиса, тебе ведь поручили присматривать за двумя малышами, или я ошибаюсь? — Краем глаза Йосех приметил еще одного маленького крепыша, который шествовал по улице Чар с таким видом, точно был ее владельцем.
— О, Арам помоги! Стафа! Мама права. Я безнадежна, я просто безответственная тупица. — Она бросилась за карапузом, причем так торопилась, что начисто забыла о старшем мальчике.
Миш подхватила малыша и прижала к груди, словно защищая от бессчетных опасностей, которых он чудом избежал.
— Расскажи Миш, как твой отец с Фа'тадом устроили засаду на турок, — попросил Ариф.
— Думаю, девушки не интересуются подобными вещами, Ариф. Тамиса поставила младшего мальчугана перед собой и вцепилась в него мертвой хваткой.
— Нет, мне очень интересно. Дома только и слышишь матушкины жалобы — как у нее ноги болят и все такое.
Меджах хихикнул в третий раз.
Йосех не знал, что сказать. Удача сама плыла в руки. Но он чувствовал себя неловко под взглядами проходящих мимо вейдин, которым не по вкусу было видеть одну из своих дочерей рядом с дартарином.
Он просто начал говорить. Через некоторое время девушка стала отвечать. Они присели. Мальчики играли под ногами у верблюдов. Йосеху подумалось, что животные проявляют прямо чудеса терпения. Младший бесстрашный карапуз карабкался по их ногам, и верблюд воспротивился лишь однажды, когда мальчонка лягнул его уж слишком сильно.
Из переулка показался Ногах и подвел к Меджаху пятерых связанных вместе пленников с бледными одутловатыми лицами. Он невозмутимо отпил воды из бурдюка, закинул его на плечо и вновь скрылся в переулке.