Башня
Шрифт:
Гарри, все еще не слишком доверяя изменчивому существу, осторожно вытянул руку и произнес:
– Гирра Огненная,
Госпожа Пламени,
Зажги милостиво,
Пламень.
И едва не подпрыгнул, когда от тонкого обруча кольца на руку хлынуло теплое, золотистое сияние. Не обжигающее живое пламя, способное только светить или греть, но не убивать, мгновенно обхватило всю его руку.
– Круто, - выдохнул гриффиндорец, рассматривая ровно горящее пламя, освещающее комнату всполохами бело-золотого цвета.
–
– Круто. Но это всего лишь безобидное заклятье огня…В Книге есть и кое-что поинтереснее.
– Получается, - Гарри тихо прошептал слова Отказа, прекращая бесполезный расход Маны.
– Я теперь не могу использовать заклинания, выученные в Хогвартсе?
– Ну почему же, можешь - просто пока у тебя нет ни знаний, ни Маны, чтобы трансформировать заимствованную силу в собственную. Но поверь мне, - Ньярлатхотеп оскалился, доверительно склоняясь над юношей.
– Шумеры придумали достаточно интересных заклятий…
И тут он замер, наклонив голову на плечо, словно прислушиваясь:
– Но мне пора уходить. Приятно провести вечер, - ухмыльнулся дух и, рассеявшись плотным дымом, в котором угадывались то ли щупальца, то ли лапы, просочился прямо сквозь рунный круг в западном углу комнаты.
А Гарри почувствовал, как по телу пробежала дрожь от присутствия чужой, обжигающе-холодной, магии.
В Башню вошел Лорд Волдеморт.
Глава семь.
* * *
Лонгботтом-мэнор
* * *
– Что ты тут делаешь, Северус Снейп?
– спросила у высокого черноволосого мужчины сухопарая леди в шляпе со стервятником.
– Мы ведь, я надеюсь, не ожидаем тебя к ужину?
Голос старухи звучал жестко, холодно и недружелюбно. Но зельевар не обращал на это внимания, пристально рассматривая стоящую на камине вазу с засохшими розами и золотистыми колосьями пшеницы. Наконец, выдохнув воздух, словно решившись на что-то, он сказал:
– Мне нужно с вами поговорить, Леди Лонгботтом, - а затем, резко обернувшись и взглянув прямо глубину серо-голубых глаз собеседницы, добавил, напряженно и коротко, выпустив слово.
– Срочно.
Августа еще несколько секунд мерила взглядом черную фигуру хогвартского профессора, но все-таки отошла в сторону, пропуская его в темно-зеленую гостиную со словами:
– Я не буду говорить тебе «добро пожаловать», Северус. Сам понимаешь, что тебе тут не рады.
Августа села в удобное кресло, рядом с которым стоял чайный столик, и небрежно махнула рукой, указывая Снейпу на старомодный диван, обитый цветастым ситцем.
Мужчина только криво усмехнулся на эти достаточно грубые слова, вымолвленные аристократкой с безупречной выдержкой и спокойствием, аккуратно присаживаясь на самый краешек древней мебели.
– Итак, зачем вы пришли сюда, профессор? Занятия в Хогвартсе уже закончились - да и вы не из тех, что посещает дома
– Особенно гриффиндорцев.
– Как ни странно, - спокойно проговорил Северус, скрещивая руки на груди.
– Но я действительно пришел поговорить о вашем внуке.
– Неужели он уже взрывает котлы на расстоянии?
– убийственно серьезно спросила Леди Лонгботтом.
Снейп только поморщился. Этот разговор, итак не особо приятный, с каждой секундой становился все хуже.
– Я прибыл сюда не как профессор, - наконец, вымолвил он, вновь отводя взгляд.
– А как частное лицо. И…Я не уверен, но мне кажется, что вы были не рады, если бы ноша Гарри Поттера внезапно оказалась на плечах вашего внука.
– В каком смысле?
– спросила Августа, отставляя недопитую чашку в сторону, что было знаком несомненного интереса с ее стороны. Заметив это, Северус немного успокоился, и продолжил уже более чем уверенно:
– В том смысле, что вчера вечером, наш дорогой Альбус Дамблдор вызвал меня к себе и, скармливая свои неизменные лимонные дольки, попросил обратить особое внимание на молодого Лонгботтома…А вы сами знаете, как он верит в Пророчество, - наклонил голову Снейп.
– Знаю, - пробормотала старуха, вставая из кресла и начиная напряженно ходить из угла в угол, так что чучело, прикрепленное к ее шляпе, дрожало словно живое. Затем Августа начала говорить в полголоса, словно бы разговаривая само с собой.
– Разорвать контракт с Хогвартсом невозможно, так что вряд ли сможем перевестись…Болезнь? Это слишком…
Тут она внезапно остановилась, словно налетев на невидимую стену, и резко обернувшись к Северусу, спросила, пристально глядя на его лицо:
– А почему ты это говоришь мне, Северус, преданный слуга двух господ?
– Я должен Фрэнку, - спокойно ответил профессор, пристально и спокойно, не скрывая бушующих на дне черных глаз эмоций и глядя прямо в глаза суровой Леди.
– Как еще я мог отплатить тот долг?
– Научить моего внука Зельям, - ворчливо, но уже не так недовольно и подозрительно, сказала женщина.
– Простите, но я не Мерлин, - ухмыльнулся Снейп.
– Я варю зелья, а на такие чудеса не способен.
Августа незлобно рассмеялась.
– Ни капли лести, да, профессор?
– а потом, внезапно став серьезной, добавила.
– Спасибо. Ты нам очень помог. И еще…
Северус Снейп замер у камина. Обернувшись, он заметил, что Леди Лонгботтом смотрит на него с легкой улыбкой, насмешливо изогнув тщательно прорисованные брови.
– По воскресеньям я собираю здесь несколько друзей, - снова многозначительная улыбка.
– Попить чай, поговорить о прошлом, пожаловаться на жизнь…