Бастарды
Шрифт:
Все эти мысли вихрем пронеслись в голове девушки и моментально отразились на ее лице. Старик, внимательно следивший за ней, кивнул головой и, достав из-за пояса кусочек ткани, протянул его девушке.
– Это твое. Сама понимаешь, я ничего не знаю о ваших обычаях, и второй такой вещи больше нет.
Юко моментально схватила тряпицу и принялась лихорадочно разворачивать ее, боясь поверить в то, о чем думала. В руках девушки оказался маленький серебряный амулет, который она незаметно оставила на ветке вишни в тот далекий день, когда они с Такеши впервые обменялись
– Значит, это не шутка? – тихо спросила девушка, все еще не веря услышанному.
– Я, конечно, не монах из храма Митры, но такая шутка – просто подлость, – с обидой в голосе ответил старик. – Это правда. Он здесь, недалеко от города. Завтра в это же время вам обеим нужно прийти сюда. Мои друзья и твой сын, – старик повернулся к северянке, – придумали, как вытащить вас отсюда.
– Этого не может быть! – ахнула женщина. – Он хочет выкрасть меня? Значит, он меня не забыл? Это правда? Скажи, старик, это правда? Значит, ты поможешь нам? Ты ведь сделаешь все как надо? – на старика посыпались вопросы, как из рога изобилия.
– Да помолчите вы, курицы! Раскудахтались. Дослушайте до конца, а потом будете спрашивать, если чего-то не поймете, – рыкнул старик на взволнованных женщин.
– Завтра ночью я выпущу барсов, а потом уведу их обратно в конюшни. К этому времени вы должны быть уже здесь. Я закрою зверей, приду сюда и отведу вас к месту, где мои друзья смогут перетащить вас через стену. Все уже готово. Запомните, они рискуют ради вас своими жизнями, поэтому будьте очень осторожны. Если их схватят – казнят всех. Остерегайтесь даже думать о завтрашней ночи…
– Да как же не думать! – возмутилась северянка.
– А вот так! Не думать, и все, – вызверился старик. – Помни, что за голову твоего сына назначена награда. Хочешь заработать ее?
– Ты в своем уме, старик!
– Тогда молчи. Берегись всего, что может помешать ему. Будь тише воды и ниже травы. На этот день вы должны стать тенями, чтобы все просто забыли о вашем существовании.
– Великие боги! Ну зачем он так рискует? – взмолилась северянка.
– Ты его мать. Больше у него никого нет. Хоть ты и не растила его, он делает то, что должен сделать любой мужчина, – тихо ответил зверовод.
– А ты и твои друзья? Что вам до нас?
– Дура, – коротко ответил старик. – Мы делаем то, что поклялись делать много лет назад. Тебе этого не понять, но запомни, мои друзья пойдут за ним в огонь и в воду. Может быть, потом, когда-нибудь, ты поймешь все это, но не сейчас. А теперь, задавайте свои вопросы, – разрешил старик.
Они проговорили всю ночь. Женщины замучили старика, доведя его до исступления. Северянка требовала все новых подробностей того памятного дня, когда погиб капитан Расул. Она никак не могла поверить, что ее мальчик вырос в могучего воина, легко расправлявшегося с противниками на арене.
Уже под утро, перед самым рассветом старику с трудом удалось спровадить их обратно в сераль. Женщины только успели добраться до комнаты Юко, как в коридоре послышались шаги развлекавшихся друг с другом наложниц.
Северянка замерла,
Наложницы скрылись в соседней комнате. Северянка подкралась к Юко и, нагнувшись, осторожно поцеловала ее в щеку.
– Спи, девочка. Видно, сами боги послали тебя сюда. Спи. Ночью нам понадобится много сил. И старайся не выходить из комнаты. Еду я принесу тебе сюда. А мне пора. Нужно еще многое сделать.
– Вам тоже нужно отдохнуть, – возразила Юко.
– Мои силы теперь неисчерпаемы. Мой сын помнит меня. Больше мне ничего не нужно, – ответила северянка, сверкнув ослепительной улыбкой.
Поднявшись, она бесшумно выскользнула из комнаты. Юко поднялась и, тихо раздевшись, снова легла в постель. Обняв подушку, она отвернулась к стене и принялась вспоминать все свои встречи с Такеши. С этими мыслями она и уснула.
Проснулась она оттого, что кто-то ласково гладил ее по голове. Открыв глаза, она увидела сидящую перед тахтой северянку. Женщина гладила ее по голове и улыбалась. Эта улыбка поразила Юко. Так улыбалась ее мать, когда приходила будить ее. Ласково и грустно.
Неожиданно для себя Юко обняла северянку, спрятав лицо у нее на груди. Так она прижималась к матери. Тепло материнского тела создавало ощущение уюта и защищенности. Юко стало вдруг так спокойно, что она просто забыла обо всех проблемах, забыла, где находится. На минуту ей показалось, что все события последнего года просто страшный сон, но пришла мама, и все страхи ушли в небытие.
Северянка словно поняла, что творится с девушкой. Обняв, она начала ласково похлопывать ее по плечу, чуть качая, как маленькую. Юко всхлипнула. Ощущение детства так сильно охватило ее, что девушка не выдержала и расплакалась.
Дав ей выплакаться, северянка подняла Юко и, утирая слезы, начала успокаивать, ласковым голосом приговаривая всякую ерунду. Девушка устыдилась своей слабости, но северянка взяла в ладони ее лицо и, заглянув прямо в глаза, тихо сказала:
– Ничего, маленькая. Все в порядке. Сегодня все закончится. Потерпи еще чуть-чуть.
Юко молча кивнула и принялась одеваться. Умывшись и приведя себя в порядок, она с аппетитом съела все, что принесла северянка. Собрав грязную посуду, северянка ушла, заговорщицки подмигнув девушке и указав глазами на подушку, из-под которой торчал краешек трактата.
Юко смутилась, вспомнив рисунки в книге, но нужно было как-то убить время, поэтому девушка достала трактат и, устроившись так, чтобы из коридора не было видно, что она делает, принялась листать страницы.
Кое-как дождавшись полуночи, Юко увязала в шелковое покрывало смену одежды и, подумав, сунула туда же трактат. С узелком в руках она вышла в коридор. Мешочек с лакомством для барса девушка повесила на пояс. Юко стало грустно, что она не сможет попрощаться с Гурханом. Она успела полюбить этого сильного, свирепого, но такого умного зверя.