Бастион

Вдох. Иногда кажется, что проблему можно решить силой. Вот сейчас, например. Шеф завис надо мной с покрасневшим от гнева лицом. Он еще контролирует свои слова, но вот-вот сорвется и перейдет к оскорблениям. Да, вчера мы не справились с нарядом. И на это есть свои причины. Но, это тело, что у нас занимает место начальника, и слушать ничего не хочет.

Как он вообще оказался на такой должности? Хороший управленец? Допустим. А как насчет опыта по профилю? Он ведь элементарных вещей не понимает. Может только требовать, чтобы все было, как по бумаге. Ну, а мысль, что в любой

бумаге всегда забывают про овраги, кажется ему кощунственной. Почему-то он считает, что добиться «профессиональной работы» от подчиненных можно только криками, да придирками. Ей богу, как пресловутая жена-пила.

Ну, давай, мой хороший, перейди грань, скажи все что обо мне думаешь. Не стесняйся! И тогда я вынесу тебе челюсть с одного удара. Да, для этого мне нужен повод, хотя бы для самоуспокоения, потому что кредиты, ипотеки, закон. Как же я устал терпеть это все!

Выдох. Мой кулак несется вперед. Но ни как обычно, целясь костяшками в подбородок, а сверху вниз, словно я решил жахнуть по столу. Моя ладонь сжимает…меч? Стальная полоса, сверкнув, разрубает грубую черную шкуру, кровь хлещет мне в лицо. Нечто, когтисто-клыкастое, падает в пропасть. Безумный вой режет слух.

Это не я. Пока еще не я. Тело, само по себе, извлекает из-за пояса тряпицу, стирает кровь с клинка и заученным движением бросает его в ножны. Пальцы брезгливо бросают измазанную кровью ткань вслед сгинувшему чудовищу.

Теперь это я.

Ни за что не поверил бы! Но я попал. Да-да, как те сотни тысяч выдуманных бедолаг, что обнаруживают себя в прошлом, будущем или параллельных мирах. Мое внутреннее чувство твердо говорило — я нахожусь в ином мире, в теле одного из местных существ. Точно так же, как оно говорит вам, что вы находитесь на Земле.

Интересно, а что произошло со мной в нашем мире? Может быть я упал замертво и вскоре врачи диагностируют внезапный инфаркт или инсульт? Или я так и остался сидеть, буравя разошедшегося руководителя тяжелым взглядом. Представляю, какой цирк начнется, когда все поймут, что Игорь не реагирует на происходящее вокруг.

Холодный, пронизывающий ветер вывел меня из задумчивости. Я стоял на каменном карнизе, едва ли в метр шириной. Передо мной разверзалась бездонная пропасть, в которой исчезло странное существо. Позади, уходила в небо отвесная скала. Я глянул вниз. Бездна, подернутая дымкой. Дна даже не было видно. Ветер задул вновь, холодный, он потащил призрачную дымку прочь. Надо выбираться отсюда, пока особо сильный порыв не скинул меня вниз. Не для того я оказался здесь, чтобы сгинуть вслед за странным существом. Наверное, не для того.

Я зашагал по карнизу, держась поближе к скале. Все что я успел узнать о себе, пока сводилось к следующему: я мужчина, на поясе меч, на мне черные доспехи и желтый плащ. Странные предпочтения в цветах у этого типа. Ну да ладно.

Карниз привел меня к узкой горной тропе, ведущей вниз. Здесь не дул ветер, да и зияющая пропасть осталась позади. Требовалось обдумать произошедшее. Зачесалось ухо. Я потер его и обомлел. Ухо было остроконечным. Нет, не развесистой лопух, лишь слегка. Мочки, кстати тоже не было. Я что, попал в тело чертового эльфа, какого-то Охренуэля?

От этой мысли я рассмеялся. И только сейчас понял, что правая сторона груди нещадно болит. Так, словно меня пронзили насквозь. Может быть, то существо ранило меня? Я приложил руку к груди,

но крови не было. Одежда так же была цела. Как же больно!

Бастион! Эта мысль пришла внезапно, но вместе с тем, будто она была всегда в моем сознании. Я должен вернуться в Бастион. Хм, а я что уходил оттуда? Ладно. Я побежал по тропе. Мое тело оказалось сильным, я бежал быстро, не задыхаясь, словно занимался этим всегда.

Пока я бежал в моем мозгу происходило нечто странное. Словно файлы на компьютере открывались, давая мне информацию. Но не все. Я узнал, или вспомнил, что, все-таки, да — я эльф. Правда вот имени своего я не узнал. Я вспомнил, что я из Гарнизона, находящегося в Бастионе. Сам же Бастион — крепость на границе эльфийских владений и Темных земель. Сам же я нахожусь сейчас именно в этих Темных землях, не самом лучшем месте для эльфа. И какого рожна этот Охренуэль приперся сюда? Непонятно.

На одном из склонов я ненадолго остановился. Окинул взглядом открывшуюся картину. Тропа вела в небольшую долину, голую и каменистую, как и горы. Память Охренуэля подсказывала дорогу к Бастиону. Спуститься в долину, двинуться на юг, а там, через ущелье пройти в другую, столь же мертвую долину. Затем через небольшой перевал выйти на равнину и снова на юг, к неприступным скалам, среди которых возвышались укрепления эльфийской твердыни.

Равнина, наверное, та самая, хорошо просматривалась сверху. От меня ее отделяли невысокие цепи гор. По пасмурному серому небу ползли черный тучи. Они появлялись из-за горизонта и казалось, отражались от земли, как в зеркале. И лишь секундой позже я понял: тучи, ползущие по земле, вовсе не были тучами.

Горизонт шевелился, словно живой. Я различил боевые знамена, блеск стали и множество воинов. Именно их я принял за отражение туч. Наверное, это эльфийское зрение позволяло мне разглядеть такие подробности на столь значительном расстоянии.

Армия. Вражеская армия. Она двигалась к еще не ведомому мне Бастиону. Если основные силы маячили на горизонте, то мелкие группы уже находились рядом с невысокими горами, отделяющими от меня равнину. Я видел, как они стремительно несутся вперед. И они увидели меня тоже. Одна группка резко свернула в мою сторону и помчалась к горам. Без сомнения, они знали проходы, по которым можно пробраться в долину.

Я должен вернуться в Бастион. Теперь уже для того, чтобы сообщить о вражеском нашествии. Эта мысль захватила меня целиком, и я снова побежал по горной тропе.

Спустившись вниз я огляделся. Узкую вытянутую долину окружали горы, неприступные напротив меня и пологие, больше похожие на холмы, справа. Как раз с той стороны, где я увидел неведомых преследователей. Долина тянулась на запад, где смутно угадывалось узкое ущелье между двумя отвесными скалами. Серые облака цеплялись за их вершины, клубились грозой, словно облако пепла над вулканом.

До слуха долетели гортанные выкрики. Я повернулся на звук и увидел, как по склону каменистого холма несется десяток точек. Растянувшись длинной цепочкой, они спешили вниз. Спешили за мной. Вся суть моего тела, этого чертового Охренуэля, непонятно зачем забравшегося в столь гиблые места, кричала мне — надо бежать! Не только для того, чтобы спастись, тут я испытывал странное чувство уверенности, что если и не одолею всех преследователей, то дам им достойный отпор, но и для того, чтобы предупредить Гарнизон.