Батут
Шрифт:
И он снова почесал свою "киску".
– Думаю, это последнее средство, - простонал Джек. - Хорошо, дети! Ещё раз! Все обратно в батут!
Большинство детей сделали, как им сказали, и вернулись в батут, прыгая вокруг. Но не Томми. Он обнял Бекки за её ноги.
– Мама! Я не хочу возвращаться! Пожалуйста, не заставляй меня!
"Маленькая толстая фея, - подумала Бекки, затем подняла Томми наверх, затащила его в батут и захлопнула дверь. - Не могу поверить, что я родила этого маленького колокольчика..."
– Они все внутри, Джек!
– Держите
Затем он нажал зелёную кнопку.
Бекки, Тедди и Майлз с тревогой стояли в стороне, не отрывая глаз от безумного движения в батуте. Дети подпрыгивали, воздушные шары и пляжные мячи падали. Воздушные шары и пляжные мячи подпрыгивали, дети падали. Во всяком случае, это звучало так, будто дети ликующе визжали.
Но через несколько мгновений эти ликующие визги превратились в пронзительные, леденящие кровь крики ужаса.
– Какого чёрта? - крикнула Бекки.
– Что происходит? - спросила Тедди. - Выведите их оттуда!
А Майлз... ну, он просто стоял и чесал свою "киску".
Это была демоническая схватка; дети даже не дождались, распахнули дверь и начали кричать друг на друга, чтобы другие выбежали из батута обратно во двор. Но когда всем им удалось убежать, они все, казалось, лежали на траве, дёргаясь и хрюкая, а некоторые всё ещё кричали. Бекки с некоторым разочарованием отметила, что самый пронзительный крик исходил от Томми, а Томми лежал там, подняв руки и ноги в воздух.
– Мама! Папа! Помогите мне!
Но помощи, похоже, не последовало. Майлз и Бекки застыли, как статуи, глядя на извивающуюся массу восьмилетних детей, а Джек и Тедди сделали то же самое. Затем кто-то нарушил жуткую тишину и пробормотал:
– Это ДОЛЖНО быть САМОЕ ЕБАНУТОЕ событие, которое когда-либо случалось за всю человеческую историю...
И это, вероятно, была точная оценка.
Были хорошие новости, были и плохие новости. Хорошей новостью было то, что головы каждого ребёнка были прикреплены к правильному телу... только задом наперёд. Другими словами, затылок теперь был там, где должно было быть лицо. И это хорошая новость.
Вот и плохие новости: руки и ноги каждого ребёнка поменялись местами. Другими словами, руки были там, где должны быть ноги, а ноги вырастали из плеч.
– Ох, чёрт, - пробормотала Тедди, вытаращив глаза.
Джек добавил:
– Похоже, мы сейчас действительно в затруднительном положении...
Некоторые дети пытались встать на ноги, что создавало впечатление, что кто-то стоит на голове, потому что их голова была перевёрнута между ног. Другие дети пытались встать на руки, потому что это казалось более естественным, поскольку их руки расходились от бёдер, а головы были направлены правильно (но назад). Но любое серьёзное передвижение провалилось всего через минуту или около того усилий, потому что независимо от того, шли ли они на ногах или на руках, перекосы были слишком велики, чтобы с ними считаться, и равновесие было невозможно сохранить.
– Соседи не должны увидеть этого дерьма! - огрызнулась Бекки.
– Да, - согласился Джек. - Мы должны вернуть их
– Сейчас мы пойдём в дом, дети! - Тедди постаралась выразить энтузиазм. - Кто хочет перекусить?
Но теперь детям было плевать на закуски. Все они лежали апоплексически дёргающейся кучей беспорядочных рук и ног и запрокинутых голов, все рыдали, стонали и визжали. Особенно Томми.
– Ну, давайте же! - крикнул Джек. - Всё, что мы можем сделать, это схватить их по одному и затащить внутрь!
Джек и Майлз взяли с собой по двое детей, по одному под каждую руку, и дотащили их до дома, в то время как Бекки схватила Томми, а Тедди схватила Кевина. Четверо детей, оставшихся во дворе, проявили некоторую находчивость и самостоятельно подошли к дому на четвереньках, своего рода "крабовой походкой", и очень жаль, что никто не додумался снять это на свой мобильный телефон, потому что это было очень необычное зрелище, которое произвело бы фурор на YouТube...
Вернувшись внутрь, они всех детей согнали обратно в гостиную и закрыли двери. Все четверо взрослых немедленно направились к винному шкафу и выпили немного спиртного. Дети свернулись на полу в странных позах, словно жуки-броненосцы, и всё ещё рыдали от непостижимой травмы. Неужели им придётся провести так остаток своей жизни? Или может какая-то сложная операция может помочь?
И какова была точная причина этого возмущения телесности?
Томми неуверенно подошёл к родителям и посмотрел на Майлза, запрокинув голову.
– Папочка? Мама говорила, что ты сделаешь нас всех лучше, но... но... но... но... ты этого не сделал. Почему ты этого не сделал?
"Ох, чёрт..."
Майлз опустился на одно колено, чтобы лично обратиться к действительно испорченному существу, которое когда-то было его сыном.
– Я ещё не сдался, Томми, - начал он, но, правда, что он мог сказать в этот момент? - Можешь поспорить, что я буду продолжать попытки. И даже... даже если я не смогу вернуть тебя к нормальной жизни, я хочу, чтобы ты знал, что я всегда буду любить тебя...
Томми обдумывал слова, затем его лицо сморщилось, он снова начал реветь и пополз прочь.
– Майлз делает это снова, - отрезала Бекки, скрестив руки на груди. - Может, ты придумаешь что-нибудь более безнадёжное, что можно сказать маленькому ребёнку, ты, чёрт возьми, пустоголовый идиот!
Лицо Майлза покраснело, а затем он дёрнулся к Бекки, словно собираясь наброситься.
– Отстань уже от меня! Всё, что ты делаешь, это цепляешь меня с тех пор, как всё это началось! Это не моя вина!
– Это твоя вина! - огрызнулась она на него. - Тебе просто нужно было арендовать батут, не так ли? Но нет, тебе просто нужно было арендовать самый большой батут, который у них есть, чтобы ты мог похвастаться перед чёртовыми соседями, да? Какого чёрта! Если бы ты не настоял на том чёртовом батуте, мы бы не оказались в такой беде! Неудивительно, что это было так дёшево! Чёрт побери, я просто знала, что мне никогда не следовало выходить за тебя замуж...
– Тогда почему ты это сделала?! - Майлз заорал в ответ.