Базз

Перрин Карли

— Нет, насколько мне известно, нет.

— Может, у нее выходной? — уточняю я, не в силах скрыть разочарования.

— Думаю, Вы ошиблись библиотекой. Я работаю здесь почти каждый день и не встречала ни одного новенького сотрудника. Загляните в библиотеку Максвелла.

— Максвелла? Никогда бы не подумал, что в городе больше одной библиотеки.

Она смеется.

— Это библиотека при Университете Сан-Франциско.

— Спасибо.

Две библиотеки за один день? Если это не впечатлит Лори, то я не знаю, что еще нужно

сделать.

***

Двадцать минут спустя я прохожу через раздвижные двери и сразу понимаю, что именно тут я и должен быть. Лори по-любому работает здесь. У меня пересохло во рту от того, как идеально это место подходит для нее. Библиотека больше и гораздо современнее предыдущей. Множество металлических лестниц и людей, сидящих внутри небольших кабинок с книгами в руках. Я продолжаю идти и посмеиваюсь про себя, когда замечаю конвейерную ленту, которая змеящуюся по всему первому этажу и демонстрирует книги, которые можно взять домой. Все вокруг окрашено в ярко-белый цвет, что неудивительно, потому что это абсолютный рай для книжных червей.

На стенах висят картины из книги Колин Гувер «Признайся». Рядом со стопкой книг стоит Лори. Нельзя выглядеть библиотекаршей сильнее, даже если хорошенько попытаться. На девушке белая блузка с пуговицами и клетчатая юбка до колен, которая заводит меня больше, чем следовало бы. Волосы Лори собраны в пучок на макушке, а на кончике носа сидят очки.

Заметив меня, она ахает и роняет огромную кипу книг, которую держала в руках. Я смеюсь и наклоняюсь, чтобы помочь ей поднять их.

— Идеальная первая встреча, да? О такой же мечтают все книгоманы? — я наклоняюсь ближе. — Это уже вторая библиотека за сегодняшний день. Тебя это возбудило так же, как твой наряд завел меня?

Она с трудом сглатывает, выхватывая у меня последнюю книгу.

— Что ты здесь делаешь, Базз?

— Ну, однозначно пришел не за книгами, — Лори закрывает глаза, когда я протягиваю ладонь и заправляю выбившуюся прядь волос ей за ухо. — Прекрасно выглядишь.

Когда она снова их открывает, я вижу разнообразную гамму эмоций.

— Почему ты здесь?

— Поговорить.

— Вчера вечером мы уже все прояснили.

— О, я вот сомневаюсь в этом.

— Что ты хочешь этим сказать? — интересуется она.

— Почему ты не сказала мне, что поменяла работу?

Ее глаза расширяются.

— Кто тебе сказал?

— Неважно. Важно то, что это не ты мне сказала.

— А чего ты от меня ждал, Базз? Я должна была отчитаться перед тобой, хотя мы не разговаривали несколько месяцев?

— Да, именно этого я и ждал.

— И как я должна была это сказать?

— Как насчет: «Привет, Базз. Это Лори. Я перестала работать «медовой ловушкой», так что теперь мы можем снова быть вместе». Что-нибудь в этом роде было бы очень кстати.

Она качает головой.

— Это ничего бы не изменило.

— Ты шутишь? Это бы все изменило!

— Я уже была с Джоном.

—

Не понимаю, почему ты ушла ради него, но не сделала этого для меня.

— Я ушла не из-за него. Я сделала это ради себя. В этом весь смысл, Базз. Я уволилась, когда была готова.

— Ха, примерно через месяц или два после нашего расставания! Если ты знала, что в конце концов бросишь работу, почему просто не сделала этого, зная, как мне тяжело?

— Ты не признавался в этом. Кроме того, тогда у меня не было планов увольняться.

— Так что же заставило тебя передумать?

Она пожимает плечами.

— Я не могла делать это вечно, а потом увидела, как стала счастлива София после увольнения. Словно с ее плеч свалился огромный груз. Она была свободна. Могла жить честной жизнью. Я видела, как она счастлива с Мейсоном, и когда они обручились, я поняла, что тоже этого хочу.

— С Джоном?

— Джон никак не повлиял на мое решение, — она вздыхает. — Тебе нужно уйти. Я работаю.

— Приходи ко мне сегодня вечером.

— Мы оба знаем, что это плохая идея.

— Почему нет? Не доверяешь себе рядом со мной?

Я следую за ней, когда она подходит к столу и кладет на него книги, после чего сжимает руки в кулаки.

— Перестань усложнять ситуацию.

— Это ты все усложняешь. Хватит валять дурака с Джоном.

— Я не валяю дурака. Он мне нравится.

— Да перестань уже! Ты просто смирилась с ним. Пусть не со мной, но пожалуйста, не соглашайся на него. Ты заслуживаешь гораздо большего.

— Ты такой грубиян, ты знаешь это? Джон удивительный человек. Он терпеливый и добрый. Я определенно не «мирюсь» с ним.

— Любишь его? — она не отвечает. Вообще ничего не делает. Я почти уверен, что она затаила дыхание, как и я. — Ну что, любишь? — снова спрашиваю я, присаживаясь, пока наши глаза не оказываются на одном уровне.

— Я не собираюсь с тобой это обсуждать.

— Почему нет?

— Потому!

— Потому что что?

Она делает шаг ко мне и тычет пальцем мне в грудь.

— Потому что то, что ты делаешь, ненормально, Базз, — и потом более яростно добавляет: — Это. Не. Нормально.

— Ненормально видеть тебя с другим мужчиной, когда мы оба знаем, что ты принадлежишь мне.

— Опять ты со своим альфа-дерьмом. Я никому не принадлежу.

— Чушь собачья. Ты знаешь правду! Мы принадлежим друг другу.

— Вместе мы опасны!

— Кто сказал?

— Я! Мы бензин и огонь, Базз.

Я чувствую, как разочарование начинает накапливаться внутри меня.

— Бензин и огонь? Если я бензин, то Джон — огромное ведро ледяной воды. Я видел тебя с ним вчера, помнишь? У тебя не блестели глаза рядом с ним. Никакого огня! Не было даже мерцания. Я всегда предпочитаю рисковать, а не сидеть в безопасности. Мы столько ночей провели, обсуждая наше будущее... И ни разу там не фигурировал сорокалетний дантист.