Базз
Шрифт:
— То есть сейчас его у тебя мало?
Я театрально вздыхаю.
— Недостаточно.
— Бедняга. Дай достану свою скрипку для более драматического эффекта.
— Надеюсь, это код для кое-чего.
— Будь добр, передай мне подушку, чтобы я могла снова швырнуть ее тебе в голову.
Я хватаю все подушки, складываю и сажусь на них.
— Если они тебе нужны, подойди и забери их.
— Или я могу просто запульнуть в тебя чем-нибудь другим.
— Что тебе больше всего во мне нравится?
— Ты очень
— Хороший ответ.
— Эй, это был не ответ! Хотя он достаточно верный. Мне нравится, что ты заставляешь меня смеяться. Мне нравится, что ты честен. Мне нравится, что тебе, вроде как, действительно интересно то, что я говорю, — она пожимает плечами. — А еще ты симпатичный.
Я улыбаюсь, как идиот.
— Я тебя многим привлекаю, да?
— Твоя очередь. Чем тебе нравлюсь я?
— Пока всем, — я подмигиваю. — Ты мой единорог.
Она смеется.
— Ладно, подлиза. Следующий вопрос.
— Закончи предложение: «Я мечтаю о человеке, с которым могла бы...»
— Смеяться. Плакать. Разделить свою жизнь.
— А это: «У Базза огромный…»
— Огромное эго.
Я хихикаю.
— Есть что-то важное, что я должен знать о тебе? Что-нибудь о твоей жизни?
Она хмурится и чуть выпрямляется.
— Например?
— Что угодно. Мы должны быть честными друг с другом с самого начала.
— Мы знакомы пять минут. Ты и так знаешь более чем достаточно, — она нервничает, поэтому мне хочется копнуть поглубже, но сейчас не время.
— Когда ты в последний раз плакала?
— Это просто. Вчера ночью.
— Почему?
— У меня было предчувствие, что я встречу тебя.
— А, так ты плакала от радости, — подмечаю я.
— Мечтай. Я плакала над «Королевством крыльев и руин». (Книга Сары Дж. Маас)
— Королевством чего?
— Над книгой. Я перечитывала ее уже, наверно, в десятый раз.
— Зачем ты перечитываешь книгу? Зачем читать одно и то же? Ты же уже знаешь, что будет происходить.
— Зачем ты смотришь одни и те же фильмы или играешь в одни и те же игры? Зачем ходить на свидания с одним и тем же человеком? Некоторые книги должны перечитываться снова и снова.
— Думаю, что на свой следующий вопрос я уже знаю ответ. Если бы твой дом загорелся, что бы попыталась спасти?
— Мои книги.
— Их у тебя много?
— Сотни. Три, может, четыре.
— Четыреста штук? Надеюсь, твой дом не загорится. Это же куча бумаги! Владение всеми этими книгами, вероятно, само по себе пожароопасно.
— Я готова пойти на такой риск.
— Ладно, напоследок мы должны кое-что сделать. Сядь сюда, — похлопываю по месту на диване рядом с собой.
— Зачем?
— Тебе нужно будет целую минуту смотреть мне в глаза.
— Для чего? Собираешься загипнотизировать меня?
— Просто доверься мне.
Она вздыхает и усаживается рядом.
— Это так странно...
—
— Думаю, да.
— Сейчас начнется отсчет шестидесяти секунд.
Я абстрагируюсь от всего вокруг и сосредотачиваюсь только на ней. У меня ощущение, словно мы давным-давно знаем друг друга, что немного тревожит. Я привык раздевать женщин глазами, но тут другое. Все по-настоящему. Я никогда не чувствовал себя таким уязвимым, так что мне немного страшно, но это волнующе.
По истечении времени, которое показалось часами или даже днями, она откашливается.
— Гм, думаю, прошло больше минуты.
Определенно.
— Я так не думаю.
Она смеется, но не отводит взгляда.
— Ты собираешься рассказать мне, что все это значит?
— Пару лет назад я читал статью в «Нью-Йорк Таймс». Там говорилось, что двое незнакомцев могут влюбиться, ответив при этом на тридцать шесть вопросов.
Она краснеет.
— Не думала, что ты говорил серьезно, заявляя, что можешь заставить меня влюбиться в тебя.
— О, я настроен очень серьезно.
— Значит, ты только что задал мне те тридцать шесть вопросов?
— Нет. Многие из того списка очень похожи.
— Как, черт возьми, ты их запомнил? Это, конечно, впечатляет, но еще и вызывает беспокойство.
Я хихикаю.
— У меня фотографическая память. Это один из моих многочисленных талантов. Хочешь, покажу тебе, в чем я еще хорош?
— Нет, запомнишь это слово?
Я откидываюсь на спинку дивана и улыбаюсь.
— Не волнуйся, я запомню все об этом моменте. Каждую мельчайшую деталь.
— Зачем?
— Чтобы после вспоминать вечер, когда ты в меня влюбилась.
— Серьезно?
— Ага.
— Со сколькими женщинами ты это проделывал?
— Ни с одной.
Мы оба молчим, пока она пытается понять, говорю ли я правду.
— А эту жуткую штуку, когда мы таращились друг на друга?
— Только с тобой.
— Что ж, я польщена, — наконец она отрывает от меня взгляд, и я делаю глубокий вдох. Ощущение, будто мои легкие были лишены кислорода в течение последних нескольких минут. Она встает и разглаживает платье. — По крайней мере, теперь ты знаешь, что это не работает. Тебе не придется больше тратить время и проделывать такие фокусы с кем-нибудь еще.
— Оу, как мило.
— Что именно?
— Факт, что ты не хочешь, чтобы я сделал так с кем-то еще. Потому что ты не хочешь, чтобы кто-то так же в меня влюбился.
— Так же?
Я пожимаю плечами.
— Эй, все, что написано в «Нью-Йорк Таймс» — правда, верно? СМИ никогда не лгут. Просто смирись с этим. Прекрати сопротивляться.
— Нечему сопротивляться.
— Подожди еще месяц, Единорожка.
Глава 5
Месяц спустя