БЧ. Том 5

Володин Григорий Григорьевич

Мне послышалось? Она сказала: свидание? Даже не поправилась на спарринг. Только скулы порозовели.

— Я всего лишь подросток. Что ты хочешь?

— Не придумывай. Ты опасный, жестокий головорез. Обними меня.

Ворчит, а сама руку уже сжала и близко подошла. Наши отношения все-таки поднялись на новую ступеньку.

Я обнимаю ее за талию, прижимаю крепко к себе и, приникнув к ее уху, говорю:

— Полетели, лунная принцесса.

Резко хлопают крылья.

* * *

Меньше секунды — и далеко внизу остаются дорога, машина,

даже хвойные лапы темных сосен.

Аяно вся растворяется в стремительном полете. Быстрые хлопки перепончатых крыльев сливаются в единый громкий звук. Сердце японки бешено бьется. Ноги болтаются в пустоте. От падения ее спасает лишь сильная рука на талии. Рука Жизни. Это необычно, непривычно и…восхитительно. Японка больше не отказывает себе в признании. Ей хорошо с Перуном. Очень хорошо.

Неполная луна близко-близко, в бледном свете черты лица мальчика кажутся острыми, как осколки стекла. Как маска обворожительного вампира из подростковых фильмов. Он замечает ее пристальный взгляд, усмехается по-волчьи, видимо, очень довольной собой.

Наглый бесстыдный мальчишка? Безусловно. Но еще раз — с ним хорошо. И безопасно.

Аяно не меняет своего мнения, даже когда позади остается стена, и больше десятка турелей во дворе разворачиваются в их сторону. Перун, конечно, подумал о системе защиты. Но и он удивленно приподнимает бровь. Да, генерал Рудковский хорошо позаботился о своей безопасности. Словно ждал гостей.

Железные колпаки торчат прямо за липовой аллеей. Из черных вороненых стволов изрыгается град пуль и огненные струи. Автоматические установки оснастили пулеметами и огнеметами. Перун не обращает внимания. Аяно повисает на нем, чтобы не рухнуть в этот огненно-свинцовый ад. Чувствуя ее испуг, демоник одной рукой крепче прижимает ее к себе. Словно подбадривая. Пальба никак не вредит им, длинные струи пламени изгибаются под резким углом в стороны.

— Заметь, командир, — негромко говорит Перун, но его прекрасно слышно сквозь грохот залпов. Демоник указывает длинностволкой на железные башни — Шкворневые крепления турелей сделаны таким образом, чтобы поднимать стволы вверх. Словно Максимка ждал атаки именно с воздуха.

Аяно задумывается. Правда, странно. Ладно бы, две-три башни — на случай дронов. Но все турели оснащены возможностью воздушного обстрела. Даже огнеметы. Прямо мини-ПВО.

— Не обязательно полицмейстер ждал тебя, — говорит Аяно. — Среди демонов полно летающих особей. Возможно, Рудковский подстраховался.

Подумав, Перун кивает. Мальчишеское лицо насупливается. «Как же он молод, — дрожит Аяно на весу в его объятиях. — И силен».

— Возможно, — бросает демоник.

Со всех сторон набегают безопасники и тоже открывают огонь — техники и свинец. Всё летит мимо. Мощные Рыкари в бессилии смотрят на неведомого крылатого врага, обнимающего девушку и держащего винтовку.

— Погуляли, осмотрелись, и пора уже внутрь, — Перун снижается к дому.

Широкое здание, украшенное колоннами и пилястрами, оказывается близко. Они летят вдоль ряда окон второго этажа. Перун заглядывает в проносящиеся мимо комнаты

и залы, игнорируя ледяные колья и фаейрболы, выпущенные безопасниками.

— Вот сюда, — демоник резко сворачивает в очередное окно. Перед этим он перехватывает Аяно на обе руки — под колени и за спину.

Стекло разлетается брызгами. Осколки отскакивают от доспеха Аяно, она даже не жмурится, смотрит как они проносятся сквозь гостиную. Мелькает дорогая мебель. Золотые статуэтки на каминной полке размазываются в желтые пятна.

Вот они уже в коридоре. Застывают прямо напротив вооруженных людей, за спинами которых стоит белобрысый мужчина в халате. Голова мужчины мокрая, шея в мыльной пене. Когда Перун заглянул в усадьбу, генерал принимал душ. Максим даже вытереться не успел, как группа сопровождения вытащила его из ванной и повела в убежище. Только дойти всё равно не успели.

Перун отпускает Аяно и машет генералу винтовкой, как палкой.

— Ку-ку, — зачем-то говорит демоник, и Максим вздрагивает и резко бледнеет. Похоже, это не первая их встреча.

— Полковник? — удивленно смотрит полицмейстер на Аяно. — Это вы спустили своего пса?

— Генерал, — отвечает Аяно. — Эта операция — вынужденная мера.

На ее слова Перун лишь усмехается. Аяно ощущает прежнюю злость. Ррр… наглый мальчишка. А что еще ей оставалось сказать? Генерал, меня сюда на руках принесли, и я вообще без понятия, что здесь делаю? Конечно, приходится брать вину на себя. Раз уж ввязалась.

— Операция по вторжению в мой дом? — хмуро спрашивает Максим. — Или пойдете дальше? Покуситесь на мою жизнь?

На последнем слове безопасники крепче сжимают автоматы. Сзади слышится громкий топот — прибегают Рыкари со двора. Фаерболы и айсболы уже готовы сорваться с пальцев. Перун делает полушаг к Аяно, отгораживая ее от безопасников перепончатым крылом. Японка понимает: так магия Отвода защитит ее от случайной техники.

— Не стрелять! — кричит Максим и стирает пену с шеи. — Пока не стрелять.

— Вообще мы заглянули по делу, генерал, — говорит Перун и бросает в ноги генералу винтовку. — Не узнаете?

— А должен? — неприязненно спрашивает Максим.

— Конечно, — кивает демоник. — Крафтовая вещь, но основа довольно популярная — британская винтовка «Энфилд». Патронтаж переделали под нестандартный боеприпас, дуло удлинили, но не узнать старичка «Энфилда»? Я поражен, генерал.

— Ну, извините, не сильно интересуюсь английским хламом — бормочет Максим и поднимает глаза на Аяно. — Полковник, я жду объяснений!

Японка не отвечает, только смотрит на Перуна. Тот продолжает, не обращая внимания на реплики полицмейстера:

— А вот те, кто на нас сегодня напал, очень увлекались британскими снайперскими винтовками. Из модернизированного «Энфилда» стрелял человек Долгоногих. Бывший жандарм и ветеран ЧВК выбрали тоже странные пушки — «Шарпсшутеры», тоже британского производства. А еще на трупах стрелков нашли кинжалы Ферберна-Сайкса. Любимые резаки британских коммандос.

Лицо Максима непроницаемо. На Перуна он не смотрит — только на Аяно.