Бег в себя
Шрифт:
/иван солнцев/
/бег в себя/
Санкт-Петербург
2013
Солнцев
Бег В Себя. – СПб., 2013.
Оригинал
Последнее Невысказанное
Автор – Иван Солнцев
2013 год
Жанр: рассказ
Направление: психологическая проза, жесткий реализм
СТРАНИЦЫ АВТОРА/ КНИГИ В СОЦСЕТИ LIVELIB: http://www.livelib.ru/author/474786
СТРАНИЦА АВТОРА В СОЦСЕТИ "ВКОНТАКТЕ": http://vk.com/solntsev_ii
Все упомянутые ниже в авторской речи, речи персонажей и иных частях текста события, а также имена, фамилии, отчества, названия торговых марок, адреса и иные имена собственные являются вымышленными или случайно подобранными. Любые совпадения с реально существующими лицами, местами и иными названиями и обозначениями, а также совпадения событий в сюжете произведений с реально происходившими событиями совершенно случайны, и автор не несет ответственность за возникающие на почве этих совпадений домыслы.
Автор не признает за собой безусловное согласие с мнениями и суждениями тех или иных персонажей, в том числе при ведении повествования от первого лица и не осуществляет никаких призывов к тем или иным действиям, а только представляет картину повествования.
Также автор не считает допустимым повторение в реальной жизни тех или иных негативных (в том числе противозаконных) опытов персонажей и не несет ответственности за субъективное восприятие читателем изложения данных полностью вымышленных событий.
Иван Солнцев, «Бег В Себя», Промо-версия
Предоставлено автором 20.05.2014.
Копирование и цитирование допускается исключительно по согласованию с правообладателем -и с обязательным указанием источника цитаты или выдержки.
I can't hold on
It's all too much to take in
I can't hold on
With thoughts of failure sinking in
Linkin Park, «By Myself»
– Хочу еще кока-колы. Принесешь?
Вопрос выводит меня из ступора, в который я вошел неопределенное время тому назад. Голос, которым он был произнесен, кажется мне совершенно незнакомым. Я на миг теряю чувство реальности и не понимаю, что я вообще здесь и сейчас делаю. Но когда я смотрю в сторону голоса, я понимаю, что он принадлежит все той же Наташе.
Наташа – моя бывшая. Мы встречаемся и занимаемся сексом от трех до пяти раз в неделю, и тот факт, что мы расстались четыре месяца назад, ни одного из нас не смущает. Я бегло осматриваю ее, лежащую на кровати с непокрытым
Я молча встаю и ухожу на кухню. Открываю окно. Закуриваю. Конечно, я принесу ей кока-колу. Даже со льдом. Глубоко затягиваясь, я провожу взглядом по пустынному ночному двору. Здесь нет ничего. Вообще ничего. Сейчас припаркованные по всей длине дороги иномарки кажутся расплывчатыми картинками на фоне столь же расплывчатого асфальта. Я затягиваюсь предельно глубоко и ощущаю, как легкая гипоксия заставляет меня с секунду тупо балдеть. В голове проносятся груди Наташи и лицо Тани. Моей девушки. Я лениво докуриваю и швыряю окурок вниз, потому что мне плевать на то, закидан этот двор мусором или нет. Потому что я знаю, что если не я, то еще несколько десятков мудаков из одного только этого подъезда.
Достаю кока-колу и лед. Ухожу в спальню.
Очередь продвигается слишком медленно, но выбора нет. Я не могу оставить товар и уехать, не могу уехать с товаром на другую точку. Я знаю, что я не сдамся вообще никогда, если не выстою очередь в этот долбанный «О’КЕЙ». Стоя где-то между удрученностью, ненавистью и презрением к доблестным сотрудникам «Альфа-Норд» и припоминая, как эти ребята на днях жали сжечь один из подведомственных магазинов, я выражаю искренние сомнения в их компетентности и важности их напряженного изучения процесса приемки и оформления документов. Выражаю довольно скромно – плюнув из окна «газели» на асфальт перед воротами. Меня иногда поражает то, какими важными персонами мнят себя те, от кого требуется поставить маленький штампик на накладной и исчезнуть.
Ощущаю удрученность от обилия среди водителей в очереди гостей из южных регионов. Умом и понимаю, что они уже практически оседлали целый ряд сегментов рынка труда, и с этим ничего не поделать, но чувства все равно велят возмущаться этим до глубины души. Я знаю многих простых парней, которым из-за потери основной работы трудно устроиться даже обычным водилой, даже с опытом и навыками, из-за того, что работодателю проще рассчитаться с Ахмедом, чем с Александром. Разумеется, это все мало волнует менеджеров всех мастей, которые не считают за доход зарплату меньше сорока кусков, хотя из всего, что они сами сделали для ее получения, можно указать только купленную или едва вытянутую «вышку» и успешное трудоустройство в контору по прокачке денег.
Очередь продвигается на шаг. Нарочито неторопливо заведя машину, я плавно отпускаю сцепление и продвигаюсь вперед. Понимаю, что день будет долгим. Достаю пачку «кента».
Мы встречаемся с друзьями довольно редко, и сейчас всем хочется подольше постоять на улице, рядом с «Киллфишем» на Ленинском, поболтать за жизнь и покурить, пока наши задницы не приклеились к стульям.
Здесь почти все из южной и юго-западной части города, только Антон Зверев с «просвета» и Саша Ребров со «старухи». Мы болтаем и смеемся без какого-либо принуждения – разные люди с разными уровнями дохода, приехавшие сюда чтобы просто расслабиться и «погудеть». Я оказываюсь самым одаренным – вместо общественного транспорта я приехал на своем классическом «вольво», просто потому, что работал дольше ожидаемого и бросить машину где-нибудь не успел.