Беглец
Шрифт:
Капитан молча стоял, рассматривая противника, держа в руке опущенный лезвием вниз меч. Из рукоятки-жезла готовы были вырваться смертоносные плетения. Шойнц чувствовал, что у двоих воинов, находящихся сзади, уже включены амулеты защиты, от которых к нему тянулись нити активации. Решение о целесообразности применения в первую очередь принимает он. А дальше уже, в процессе боестолкновения, все будет зависеть от ситуации. Шойнц не боялся опоздать – для активации достаточно одного удара сердца, а вот заранее уходить в защиту – не самая лучшая тактика.
Перед отрядом стоял невысокий старик. Белая длинная
Почему-то идея, что не все плетения можно увидеть, не пришла в голову Шойнцу. Теоретически такое считалось невозможным. И даже почти невидимые сигнальные нити не натолкнули его на верную мысль.
С момента появления незнакомца прошло всего несколько секунд, и Шойнц готов был для начала активировать несложные искусные путы, как вдруг старик заговорил:
– Это моя территория. Зачем вы пришли? – Глухой голос неизвестного был громок, хотя чувствовалось, что он не напрягается. Вопрос прозвучал на кордосском имперском языке, хотя и слышался легкий акцент.
– Вы нарушили границу империи. Предлагаю вам сдаться, – ответил Шойнц. – Гарантирую достойное отношение и неущемление прав до вынесения решения судом. В противном случае вы будете уничтожены на месте.
Как показалось Шойнцу, старик с любопытством смотрел на него, но как-то сквозь… Это немного нервировало. Краем глаза капитан отметил исчезновение двух воинов – раз командир сразу не начал бой, то, согласно давно отработанным инструкциям, необходимо проверить местность на наличие засады. А вот почему Шойнц не атаковал с ходу неизвестного человека, объяснялось легко. Ну никак он не подходил под описание того, кого они ищут! Вполне вероятно, это кто-то из оробосцев, напавших на тюрьму. Или контрабандист, или же, что совсем уже невероятно, удалившийся от суетного мира искусник. Такое иногда бывало, но не на границу же удаляться!
– Уходите, тут рыбы нет! – покачал головой старик.
Ну точно сумасшедший! Шойнц бросил в старика давно заготовленные путы. Одновременно с этим сбоку, оттуда, где скрылся один из воинов, вылетела крепкая веревка с металлическими шариками на концах. Она должна была опутать ноги противника. А шарики не простые, а способные разрушить некоторые распространенные виды искусных защит. Справа в старика полетела слегка мерцающая сеть, детище Академиков. Ее задача – мигом вытянуть ману из чародея, лишив его основной мощи конструктов. Сам Шойнц направил на старика меч и активировал одно из античародейских плетений под названием «рой». В сторону неизвестного полетело много мелких шариков, способных самонаводиться на конструктов и уничтожать их. У чародеев были свои контрмеры для такого оружия, но в скоротечных
Шойнц разочарованно сплюнул. Все-таки он ошибся. Веревка пролетела сквозь старика. Оружие против конструктов не понадобилось, вернее, один все-таки был уничтожен: именно его, висящего на высоте нескольких человеческих ростов, засекла система слежения, что и подтолкнуло капитана использовать именно это оружие. Но новых конструктов, как можно было ожидать от чародея, не последовало. Зато боевой мановысасыватель, в реальном бою практически бесполезный из-за несложного противодействия ему, здесь и сейчас неожиданно оказался самым эффективным. После того как он сработал, фигура старика побледнела, стала прозрачной, и Шойнцу даже показалось, что его вместе с маной всосало в амулет.
– Эх! Еще даже не разогрелись, а уже и воевать не с кем! – Торман подошел к командиру. – Никого рядом больше нет. Командир, в первый раз вижу такую иллюзию! Тебе встречалось подобное? – Адьютант Шойнца, в боевом походе переходящий в статус первого помощника, вопросительно посмотрел на командира.
– Таких – нет, – покачал головой капитан, продолжая размышлять.
– А зачем ты киданул в него «роем»? Вроде не чародей был.
– Там, – Шойнц ткнул пальцем в небо, – висел один конструкт. Возможно, наблюдатель.
– А, ну тогда ладно. Что дальше?
Ответить Шойнц не успел – амулет связи с беллусской группой дал о себе знать.
– У нас хорошая новость! – раздался голос Лирка. – Мы нашли отпечатки аур! Оставлены часов семь-восемь назад. Еще час-полтора – и они бы развеялись.
Ллэр Шойнц улыбнулся. Вернее, радостно оскалился:
– Следуй по следам, каждые пять минут сообщай о направлении движения. Будь осторожен – мы уже столкнулись с первым проявлением интереса.
– Все живы? – с любопытством поинтересовался Лирк. Ходили слухи, что смертность в отрядах «СИ» уверенно стремится к нулю, это только подогревало интерес.
– Само собой. Просто иллюзия. Но очень качественная, хорошо уничтожается мановысасывателем. Если встретите, значит, и вас обнаружили, будьте внимательны, не хочу, чтобы противник знал о вас.
– Добро! – согласился капитан беллусцев и быстро отключился.
– Будем ждать первого отчета Лирка о направлении найденных отпечатков аур или дальше пойдем? – спросил Торман.
Шойнц отрицательно мотнул хвостом своей прически:
– Не будем ждать, что еще придумает противник. Это может стать опасным.
Ник
Вот гады! Васу обидели! Нет, ну какие наглецы! Я вам это припомню! Мысленно я потряс кулаком.
– Сильные искусники, – с легкой неприязнью в голосе сказала Карина. Она тоже наблюдала столкновение иллюзорного гнома с преследователями.
Встретить их я решил на самой грани возможностей чародейки по управлению конструктами – примерно в двух километрах от нас. А вот моя сеть пробивала на значительно большее расстояние. Заметил-то я их раньше благодаря своей сигналке, но ничего поделать, не видя их, не мог. Одного конструкта Карина повесила прямо над сценической площадкой, второго – чуток подальше, он-то и остался «в живых» после уничтожения иллюзии и первого «наблюдателя».