Беглец

Поселягин Владимир Геннадьевич

Пришлось на ошибках учиться шахтёрскому делу, дважды только щит спасал меня от крупных обломков, разлетавшихся в разные стороны, но пещеру я сделал приличную, куда и убрал контейнеры с конструкторскими комплексами, а также пустые кофры диверсионных, они-то как раз летели со мной. Туда же я убрал оба бота, выгнав их из трюма. Один из ботов под моим управлением тащил в манипуляторах второго, законсервированного. После этого я прошёл шлюзование и покинул бот, прыгнув в сторону крейсера.

Проверив, не осталось ли чего лишнего – я всё-таки прятался под личиной шахтёра, – я направился на

разгонных в сторону соседнего сектора. Этот сектор не особо посещаем из-за нагромождения обломков, для транзитных прыжков пилоты предпочитали использовать две соседние системы. В одной находилась нужная мне станция, другая была пуста. Но не всегда, бывало, там сидели в засаде пираты, пытаясь взять на абордаж зазевавшегося торгаша.

На самом деле пираты тут не особо работали, так, чтобы навык не терять, летали они в соседние государства и с добычей возвращались сюда.

У меня были на полную включены все сканеры, как шахтёрский, так и навигационный, и я летал по этой и соседней системам уже два дня, но так никто на меня и не польстился. Видимо, пираты отдыхали от трудов праведных и не хотели тратить силы на какого-то шахтёришку.

На четвёртый день, когда я шахтёрским сканером осматривал породы астероидных обломков, специально врубив сканер посильнее, чтобы фонить на разных частотах и меня точно не засекли, ситуация изменилась.

– О, ещё морит, – грустно сообщил Лао, в автоматическом режиме заполняя рудой трюм. – С прошлым хозяином сколько летал, так не было случая, чтобы зараз встретить столько этой ценной руды, а тут другим делом заняты, изображаем одну большую жертву, так уже седьмой раз находим морит, да ещё в приличных количествах.

– И сколько он стоит? – лениво поинтересовался я.

– На «Сивилле» я продал то, что было, за две с половиной тысячи, там немного было. Тут тысяч на десять наработали, не меньше.

– Прилично, – согласился я. – Оказывается, шахтёрская работа не только опасная, но и прибыльная.

– Даже очень… О, есть засветка! Нас только что облучили боевым радаром.

– Так. Как там должен себя повести паникующий шахтёр? – пробормотал я и делано испуганно поработал манёвровыми, отчего крейсер повело в сторону. Со стороны должно было напоминать испуг пилота.

Определив, где находится неизвестное судно, я, разгоняясь, стал уходить в сторону, но оно нас быстро настигало. Его движки были явно форсированы.

– Отключил идентификатор, была попытка определить, кто мы такие, – сообщил искин, работая по заложенной программе.

– Всё правильно.

– Поступил вызов. Принять? – спросил искин.

– Давай, – согласился я и сделал испуганное лицо.

К моему удивлению, на экране появилась довольно красивая эффектная дама, с водопадом каштановых волос, ниспадающих за спину.

У меня было время поразмыслить над своими будущими действиями, и я понял, что «Ан-Юго» может меня выдать. Но местная станция обслуживала больше пиратов и работорговцев, вполне возможно, о моём корабле не сразу узнают те, кому надо. Однако как выиграть время, я знал. На внешней обшивке корабля не было опознавательных знаков, а какие были, стёрли дроиды, превратив шахтёра в брата-близнеца сотен таких кораблей, а идентификатор я отрубил.

Ко

всему прочему лицо у меня тоже было изменено. Пользуясь профессиональными знаниями из баз диверсантов, я наложил немного макияжа, подвёл ресницы чёрной тушью, так делают люди нетрадиционной ориентации, это их специальный знак для определения своих, сделал искусственный шрам над бровью, а также, привычно используя солдатский паёк, сделал другую форму лица. Чуть-чуть, но всё вместе это никак не связывалось со мной. К тому же и волосы я зачесал назад. Все эти штрихи шли в одно дело.

– Что вам надо?! – паническим голосом спросил я. Губы у меня дрожали от страха. – Я честный шахтёр, вы не имеете права меня останавливать! Я буду обороняться!

– Глуши двигатели, щенок, – приказала пиратка, идентификатор у неё, кстати, тоже не читался, но что у неё за корабль, я уже определил. Старое люмерское корыто третьего поколения с проведённой глубокой модернизацией. Крейсер второго класса, на сто пятьдесят метров меньше моего шахтёра. – Иначе, когда попаду на твой борт, ты познаешь, что такое настоящая женщина.

Меня невольно передёрнуло, ещё одна извращенка. Та правильно приняла это на свой счёт, только думая о другом.

– Что, женщины у тебя ещё не было, мужчин любишь? Не волнуйся, красавчик, после меня ты о них забудешь.

В это время искин заорал о ракетной атаке, что пиратка прекрасно расслышала, связь ещё работала. Играл я до конца, лицо моё исказилось от страха, и я истерично закричал:

– Я не хочу умирать!

После чего вскочил с кресла пилота и выбежал из рубки. Мой путь лежал к спасательным капсулам.

Через десять секунд борт крейсера покинула спасательная капсула, которая, набирая скорость, помчалась к астероидному полю. Пиратка, понимая, что я там затеряюсь, выпустила в сторону спаскапсулы две ракеты. Обе попали в цель, и капсулу раскидало по всему этому квадрату. Вовремя, через пару секунд она бы рванула сама.

После этого мой «Ан-Юго» заглушил двигатели и повис в пространстве тёмной тушкой. Дамочка минут десять крутилась вокруг, провоцируя искин, но тот не реагировал. Наконец она пристыковалась к одному из шлюзов и начала взламывать вход дешифратором.

Обо всём этом мне докладывал Лао. Конечно же меня не было в капсуле. Это была простая уловка убедить пиратку, что на борту никого нет и это её приз. Я был не против. Главное, чтобы она привела его на станцию, а ближайшая как раз и была «Трент». По-другому мне на неё было никак не попасть. Только вот таким необычным способом.

Я лежал, укрытый материей от сканирования, в одной из ниш схронов, наблюдая за пиратами через многочисленные скрытые камеры, разбросанные по всему судну. В этой же нише были спрятаны и все мои диверсанты и дешифраторы, также укрытые материей. Они находились в энергосберегаемом режиме ожидания. Пока работы для них не было.

Как только пираты проникли на борт, я пробормотал в микрофон:

– Код два семь девять одиннадцать Бэ шесть. Активация.

Всё, в этот момент все три искина «Ан-Юго» скрыли часть массива памяти по последним месяцам, но зато появилась новая, ложная, где у них был владельцем молодой пилот нетрадиционной ориентации.