Бёглер
Шрифт:
– В подобных случаях принято говорить "Ничего личного", - сухо произнес Леонардо.
– Не будем отступать от традиции. Спасибо за обучение и информацию о кадете. Ничего личного, учитель!
– с этими словами он с силой толкнул Битиана руками в грудь: маг упал спиной на черную поверхность и, охваченный электрическими всполохами, заскользил к центру круга. Но достичь его не успел - между каменным пятном и тучей проскочила грозовая молния, снизу вверх, превратив несчастного мага в горстку угольно-черного праха. Подхваченные
Леонардо проводил взглядом унесшийся в небо пепел, молча развернулся и отправился искать ускакавшего коня. Теперь надо было ехать на пляж, найти бунгало книжника, о котором говорил Битиан, или хотя бы убедиться в его наличии. С трусоватого Карла вполне станется удрать куда подальше от случившейся разборки, прихватив с собой и бунгало, и гостей, особенно если они глянулись книжнику. Которых будет угощать до тех пор, пока те гости ему не надоедят. А далее у Карла разговор короткий: пинок под зад и идите куда хотите, скатертью дорожка. И лучше гостям не возвращаться…
Среди горожан ходили мрачные слухи о том, что обаятельный и гостеприимный книжник вхож в секту горских колдунов-людоедов. Правда оно или нет, Леонардо не знал и знать не желал. Но с учетом того, что колдовская пища изначально скудна жизненными соками - некоторые умники называли их витаминами - то ничего удивительного в том не было, каждый восполнял нехватку соков по-своему. Леонардо, например, рыболовством, а покойный близнец Битиан-Дитиан - огородничеством, с неизменно обильным урожаем.
Вспомнив близнеца, Леонардо зло выругался и без нужды пришпорил коня, рысившего по обходной улице к морю. Умный Гамур, презрительно фыркнув, продолжил бежать в прежнем темпе, прекрасно понимая что хозяин просто срывает на нем свое раздражение.
Пляж оказался пуст, никаких построек и уж тем более никакого обещанного Битианом "роскошного бунгало" там не было. Зато нашлась здоровенная яма из-под фундамента: Леонардо, приложив ладонь козырьком к берету, долго и тщетно вглядывался в солнечную рябь моря. Наконец он слез с коня, скинул с себя всю одежду - слишком жарко, да и стесняться некого, вымерли наблюдатели, - подошел к воде. Потрогал ее ногой, постоял в раздумьях, сказал раздраженно:
– Я что, железный? Клянусь, сегодня и завтра у меня выходной, и никак не иначе.
– Колдун без разбега нырнул в прохладную воду, вынырнул далеко от берега и мощным брассом поплыл к горизонту.
Словно продолжая догонять беглого кадета, в нарушение собственной клятвы.
Король
Король Серафин Первый (он же бывший Канцлер, он же «Шило» для старых друзей) стоял у окна и читал накопившиеся со дня коронации тайные донесения.
За окном лил по-осеннему холодный вечерний дождь; капли глухо стучали в подоконник, бежали по мутному стеклу ниточками прозрачных дорожек. Из-за ненастья
Одно из донесений король прочитал дважды, а уж после отправил его в огонь. Сообщение пришло от действенника брата Демоса, по поводу мага Леонардо - недавно арестованного на столичном вокзале, а затем приговоренного особым судом к отсылке в Безумные Земли. Приговор, как сообщалось, был приведен в исполнение.
– Любопытно, - задумчиво сказал Серафин, рассматривая дождевую вязь на стекле.
– Значит, господин кадет удрал к колдунам, а наш славный чародей специально отдался в руки полиции, чтобы по-быстрому оказаться там же… Верно, дело движется к финишу.
– Он прошел к канцелярскому столу, взял лист гербовой бумаги, пододвинул чернильницу и не торопясь приступил к написанию секретного указа. Единого как для полицейской, так и для специальной службы королевства.
В указе говорилось о том, что в случае обнаружения колдуна Леонардо на землях королевства - в столице, или же в уездных поселениях, - необходимо без малейшего промедления уничтожить особо опасного мага-рецидивиста. Используя все имеющиеся в наличии средства, как технические, так и магические. Невзирая на возможные человеческие потери и материальный ущерб.
Участь колдуна Леонардо была предрешена.
Впрочем, иных вариантов бывший Канцлер и не предполагал. Даже когда заключал с Леонардо сделку.
Крупная, идущая на убыль половинка луны заливала море призрачно-белым светом, делая его нереальным и похожим на компьютерное изображение. Яркие звезды - слишком большие, разноцветные, часто усеявшие купол неба - только усиливали впечатление сказочной нереальности.
Трехэтажное бунгало летело над ночным морем к далекому неведомому берегу: черная тень от здания легко скользила по фосфорно-светящейся воде.
В дверном проеме, опустив ноги и цепляясь голыми пятками за верхушки волн, сидел Денис. Сидел, беспечно глядя на луну, ни о чем не думая и ничуть не печалясь о своей прежней, до встречи с беглером жизни - когда надо будет, тогда в нее и вернется.
Если получится.
Если вообще того захочет.