Бегство
Шрифт:
Под стрекот цикад они медленно смаковали напитки, и иногда угадывали мелодию по еле различимым звукам саксофона.
Когда Анна увидела, что глаза мужа затуманились и он наконец скользнул взглядом по разрезу платья, она прильнула к нему и с жаром поцеловала. Он промедлил, но спустя мгновение включился в игру. Анна прижалась ближе и почувствовала, что он хочет её. Она застонала – ей хотелось, чтобы руки мужчины были там, где надо, а не висели в воздухе без дела. Женщина схватила ладонь мужа и властно положила себе на
Марк отстранился от неё и произнёс с потухшими глазами:
– Я очень устал, хочу спать.
И слово «хочу» в его интонации было явно лишним.
Анна замерла и осела, так и не выпрямив шею. В ушах звенело, и это были совсем не цикады. Кровь прилила к голове, девушка тяжело дышала. Ей оставалось лишь наблюдать, как муж медленно застегивается, чуть театрально потягивается, прикрывая глаза, и уходит с балкона, бросив «Доброй ночи».
Захлестнувшее её дикое желание тут же перевоплотилось в такой же неконтролируемый гнев. Она снова чувствовала себя униженной, но на этот раз сильнее, чем раньше.
На столе осталась едва початая бутылка рома. Чтобы затушить возбуждение, которое, несмотря на злость, никуда не делось, Анна налила полный бокал и залпом осушила его. Прошло какое-то время, и её дыхание стало ровнее. Тогда она выпила ещё один бокал и только после этого почувствовала лёгкую расслабленность, после которой можно было попытаться заснуть. Из последних сил она дошла до ванны и почистила зубы, чтобы отбить вкус спиртного. Заснула она, как только голова нашла подушку.
4
Разбудил её громкий шелест и птичий крик. Открыв глаза, она увидела, что по номеру, издавая протяжные звуки, ходит чайка. Мужа рядом не было. «На пробежке или в боулинге, – решила Анна.
Она вышла на лоджию. На улице занимался рассвет, небо понемногу светлело, но оценить всю красочность утренней зари было невозможно – мешал соседний корпус. Она вспомнила о веранде в холле, с которой, как говорил консьерж, лучше всего видно рассветное солнце. Что ж, одеваться ей не нужно, почему бы и не пройтись.
Анна прошла холл с лифтами и, бесшумно ступая по толстым бордовым коврам, обогнула этаж. До веранды оставался ещё один пролёт, когда она услышала посторонние звуки, которые резко выделялись в тишине спящего отеля. Это были сдавленные, урчащие всхлипы, словно какое-то раненое животное с трудом сдерживало рычанье; их перебивали чавкающие хлопки и шлепки. Анна с запозданием подумала, что это могло быть сопровождением чьей-то любовной страсти
Внутри неё что-то оборвалось прежде, чем Анна вышла из-за угла. В красноватом рассветном она увидела, как двое слились в единое извивающееся существо. В безумном ритме они утоляли похоть с болезненным рвением, с исступлёнными лицами, словно пытались смягчить страдания, мучающие
Анна никогда не видела своего мужа столь одержимым и сильным, а эта самка, в которой она лишь потом распознала горничную, без усилий выдерживала такой напор. Казалось, что она способна и к более изнурительному истязанию и не собирается сбавлять темп всю ночь. Его движения были похожи на удары стального маятника, но женщина с лёгкостью принимала их, и с не меньшей силой двигалась ему на встречу.
И тогда Анна поняла, что эти оба чужих ей человека сейчас делают лишь одно – они мстят за унижение, каждый за своё. И это последнее, что ей нужно знать о них.
А потом её муж взревел, словно освободился от чего-то, что годами пленяло и сдавливало его, причиняя боль. И от этого крика Анна похолодела – у неё словно заледенело сердце.
Она возвращалась обратно, чуть пошатываясь, её руки дрожали, в глазах стоял туман. В номере она быстро прошла на балкон и налила полный бокал вина – сильно дурманить голову она не хотела. Решение возникло сразу, оставалось дождаться удачного момента. Как нередко говорил му…он: вдохновение – это всего лишь удачный момент, который рано или поздно наступит.
Спустя какое-то время дверь открылась и довольно громко хлопнула – он и не старался пройти незамеченным. Анна отметила, как он уверенно, с блуждающей улыбкой, смотрит перед собой. Проходя мимо зеркала, Марк задержался и, судя по всему, остался доволен увиденным.
– Эй, да ты уже встала, – громко сказал он. – А я не смог заснуть, так что прости – немного пьян.
«Видно, он совсем потерял время, и думает, что сейчас не так уж и рано».
– Пожалуй, посплю после завтрака вместо моря, – сладко потянулся он.
– Иди сюда, здесь очень свежий воздух и розовое небо.
Он прошёл к ней и тоже налил себе бокал вина.
Не глядя на жену, он изучал пейзаж и улыбался.
– Ты никогда не думал не жить вместе, развестись? – стараясь сделать тон небрежным, спросила Анна. И застыла в ожидании ответа, который скорее был важен для него, для дальнейшей судьбы Марка.
– Нет, что ты. Я без тебя не смогу, – отмахнулся он так легко, словно не мог отказаться от шоколада.
«Что ж, ты сам решил», – подумала Анна, и ей стало немного грустно.
Марк выпил залпом бокал и плеснул ещё; его слегка шатало, когда он облокачивался на балкон.
– Я когда-то был уверен, что ты уйдёшь от меня. Помнится, подумывал даже о самоубийстве, – Марк усмехнулся и покачал головой, как будто сейчас это его забавляло. – Вокруг тебя столько мужиков вилось, сейчас они все женаты, с детьми… Я даже накропал записку, будучи не в себе. Но ничего с собой не сделал, не хватило духа.