Бегущие в ночи
Шрифт:
— Время выходит, — Гермиона схватила его за руку и напоследок обернулась к Рону. — Будьте готовы.
Рон не ответил. Не смог. Просто кивнул, наблюдая, как призрачные силуэты друзей растворяются в мягком голубоватом сиянии. В камере воцарилась тишина. Пленники не смотрели друг на друга, но каждый знал, что другого гложет страх.
Кейт не выдержала первой. Тихо всхлипнув, она бросилась к Рону и, не обращая внимания на цепи, обвивавшие его запястья, крепко обняла.
— Мне страшно, — прошептала она ему в плечо.
— Мне тоже, — признался он.
Склонив
* * *
Гарри резко открыл глаза и сделал судорожный вдох. Сидящий рядом Войт прижал его плечо к земле. Гермиона тоже присела и, глянув на Гарри, спросила:
— Как себя чувствуешь?
— Могло быть хуже, — Гарри тряхнул головой и с помощью Войта сел.
Двое незнакомцев расположились у костра, попивая что-то из походных фляг; увидев, что Гарри очнулся, они помахали ему руками. Беорс, судя по характерному хрусту веток, бродил где-то в чаще. Войт протянул Гарри теплый плащ — ближе к полуночи начало быстро холодать. Рон сидел, поддерживаемый воином в кольчуге, и упорно пытался понять странный язык пришельцев. Гарри кивнул ему, тот кивнул в ответ и вернулся к филологическим изысканиям.
Гарри даже не знал, что ему теперь думать об этом человеке. С одной стороны, Роном он не являлся. С другой, внешность дьявольски сбивала с толку. Единственное, в чем Гарри был уверен, так это в том, что нельзя давать ему повода для подозрений — он не должен заподозрить, что его раскусили.
Заботливый Войт протянул Гарри кружку с каким-то странным напитком. Пахла жидкость как эль, а на вкус напоминала парное молоко — ужасное сочетание. После первого же глотка Гарри отставил кружку и спросил у Войта:
— Что это за люди? Кого ты привел?
Войт пожал широкими плечами и ответил:
— Они помогли мне отбиться от засады Пожирателей смерти. Им нужен был ночлег, а четыре воина в любом случае лучше, чем два. Поэтому я предложил им присоединиться к нам. Хотя бы на некоторое время. Надеюсь, ты не против, господин?
— Больше не называй меня так, — в голосе Гарри прозвучала холодная ярость, но он тут же смягчился: — Прости, Войт, я не хотел обидеть тебя.
Войт примиряюще кивнул и отошел к новым знакомым. Гарри взглядом проследил за ним и поднялся на ноги, слегка пошатываясь от слабости. Орион тихо заржал и толкнул его в бок. Гарри растерянно погладил коня по морде.
— Не волнуйся, — тихо сказал он. — Мы скоро вернем Рона…
Прерывисто вздохнув, он подошел к Войту, воинам, Рону и Гермионе, сидящим по другую сторону костра.
— На каком языке они говорят? — спросил Рон Войта, но ответила ему Гермиона:
— На древнегреческом. Вот только доспехи у них никак не греческие. Войт, спроси их, что они здесь делают.
Воитель склонил голову и перевел вопрос. Некоторое время воины, перебивая друг друга, рассказывали. Войт внимательно их выслушал, после чего обернулся к Гермионе.
— Они говорят, что просто путешествуют. Они наемники. Правда, почему у них такая странная экипировка, не говорят.
—
Воитель пожал плечами. Капюшон колыхнулся, чуть приподнявшись.
— Была возможность, я его и привез. Что с ним делать теперь — твое дело, госп… Гарри Поттер.
Гарри, нахмурившись, покачал головой.
* * *
Они просто ждали… Час за часом… Солнце, луна или обыкновенный фонарь светил в зарешеченное окно? Рон бы не смог ответить. Время здесь текло намного медленнее, чем в реальном мире, и частенько Рону казалось, что оно совсем остановилось…
Мышцы занемели от неподвижности, и любое движение вызывало боль. Рон к ней привык, но каждая новая судорога лишала его мужества и решительности. Кейт задремала, сидя в кресле; Рону не спалось — спать то ли стоя, то ли наполовину повиснув на цепях, у него не получалось. Да и мрачные размышления не давали ему покоя…
В безмолвии и полумраке проходили его бессонные часы…
* * *
— Простите, профессор, мы старались как могли, — Гарри обреченно вздохнул. — Мне придется вернуться за Печатью. Просто сначала я должен был довезти Рона до Хогвартса…
— Только не волнуйся, — мягко сказал Дамблдор и опустил руку на плечо юноши. — Все в прошлом… и его не изменить, как бы тебе того не хотелось…
— Нет, профессор… — Гарри поник в кресле и спрятал лицо в ладонях. — Я виноват во всем. Я должен был взять инициативу в свои руки…
— Ты ни в чем не виноват, Гарри, — директор отошел к своему столу, подхватил кубок и протянул его Гарри. — Держи, нужно выпить все. Войт, будешь?
Воитель молча покачал головой.
— Как хочешь… Гарри, тебя действительно никто не винит. Спроси нейтральную сторону. Войт, скажи ты ему!
Но Войт молча поднялся с кресла, подошел к Гарри и сжал сильной рукой его плечо. Голова Войта, покрытая капюшоном, была чуть склонена, и во всей его позе читалось лишь сострадание и участие. Гарри благодарно ему кивнул, и Войт не вернулся на свое место перед камином, и остался стоять рядом с Гарри.
Дамблдор взглянул на них и вздохнул.
«Интересно, о чем он подумал? — мысленно прокомментировал движение профессора Гарри. — Неужели он может видеть истинную сущность Войта?»
— У вас есть пара дней, чтобы передохнуть, — произнес Дамблдор, — но, к сожалению, не больше. Силы Темного Лорда становятся все более могущественными, и мы должны…
— Я отправляюсь немедленно, — прервал его Гарри и попытался встать, но Войт сдавил его плечо и принудил остаться на месте. Гарри взглянул на Воителя с удивлением — тот отрицательно покачал головой.
— Ладно, — наконец сказал Гарри. — Сутки. Не больше.
Войт кивнул и отошел подальше в тень, будто свет камина причинял ему боль.
* * *
— Вроде здесь… У меня мороз по коже от этого места…
Воитель не стал отвечать, но было видно — ему тоже не по себе. В лесу сгущались сумерки, глубокие и враждебные. Каждый камень, казалось, дышал опасностью. Орион то и дело спотыкался на ровном месте, и можно было подумать, что лес ополчился против одиноких путников.