Бель-Роз
Шрифт:
Тогда я находилась под присмотром своей строгой сестры. У нас в замке жил молодой испанец, родственник моей матери. Он полюбил меня. Мы часто встречались в парке. Но эти невинные прогулки послужили причиной его гибели. Однажды он вышел из парка вместе с молодым человеком. Через час его привезли, истекающего кровью от раны шпагой. В таком состоянии его нашли в лесу. Никогда не забуду его последнего взгляда, каким он смотрел на меня. Столько в нем было любви! Тогда мне казалось, что я его тоже очень любила, и что с его смертью
— И имя его убийцы…? — спросил Бель-Роз.
— Я его узнала слишком поздно. Три дня спустя я получила письмо от д'Ассонвиля, в котором тот сообщал, что был с секретным поручением в Италии и теперь отправился в Англию по заданию кардинала Мазарини. Из письма было видно, что он любил меня по-прежнему, но его язык сделался более сухим и тяжелым. О моих письмах он не вспоминал.
Мой отец и слышать не хотел о Гастоне д'Ассонвиле. Он мечтал выдать меня за богатого придворного. А Гастон в письме назначил мне свидание в лесной сторожке. Узнав, что я стала матерью его ребенка, он очень обрадовался. И потому начал разговор с вопроса:
— Вы меня любили?
— Конечно, — ответила я, — но я это преодолела.
— Любили вы кого-нибудь за время моего отсутствия?
— Нет, никого. У меня был дорогой брат, он умер.
— Не проклинайте меня, — сказал он, — я ведь люблю вас по-прежнему. Я обвинял вас, но ведь вы мать…
У меня не оставалось времени на разговоры, и я ушла к ребенку.
— Ребенок, — произнес Бель-Роз. — Это существо связано с моей миссией.
— Ваша миссия проста, — сказала Женевьева. — Чего хотите вы, хочу и я. После той встречи я заболела. А когда выздоровела, отец сказал мне:» — Я привел вам мужа.» И представил мне герцога де Шатофора.
Что я могла поделать? Мой отец был единственным человеком, кого я боялась. После месячного колебания я вышла за герцога. С д'Ассонвилем мы встречались у кормилицы моего ребенка на улице Кассе. Но что поделаешь, я больше не любила его. Я просила его прекратить наши отношения, но он настаивал на их продолжении. Предлагал мне бежать с ним из Франции и жить втроем с нашим ребенком где-нибудь в другой части света. Я отказалась.
— Тогда я заберу ребенка! — воскликнул он.
Это меня страшно напугало и возмутило.
— Этого не будет никогда! — решительно ответила я.
Но на следующий день ребенок исчез. У д'Ассонвиля не было времени на его поиски: началась война во Фландрии и он должен был оставить Париж. Я осталась одна. Мой муж пребывал при дворе. Меня заметили в окружении короля благодаря своей молодости, красоте, обаянию. Мужчины мной восхищались, и это вскружило мне голову. Д'Ассонвиль меня возненавидел. Сколько раз я плакала целую ночь в молельне, как Магдалина у ног Христа! А наутро снова празднества и другие развлечения. Я потеряла голову и катилась по наклонной плоскости, пока не встретила вас. Помните ли вы это, Жак?
— Следы
— Позвольте мне верить, что вы меня простили. Вы глубоко поразили мое сердце, я люблю вас!
— Простите, — сказал Бель-Роз, — я не могу быть вашим судьей и потому не могу ненавидеть.
Женевьева воздела руки к небу.
— Благодарю тебя, Господи, — сказала она, — он меня не отталкивает. Я постараюсь быть достойной вас. Может быть, вы когда-нибудь меня полюбите.
— Но разве я вас не любил? — вскричал Бель-Роз, едва сдерживая чувства.
На лице Женевьевы вспыхнула радость.
— Я была любима. Правда ли это?.. Все-таки, что же это было — ваша жалость или отзыв в сердце? Жак, дорогой, вашу руку! Вашу руку, прошу вас!
Жак взял в руки голову Женевьевы и поцеловал её в лоб.
Этот поцелуй воодушевил герцогиню. Она обвила руками шею Бель-Роза и воскликнула:
— Я больше не страдаю!
ГЛАВА 23. ЗАПАДНЯ
На другой день Бель-Роз, открыв глаза после сна, предался воспоминаниям о вчерашнем. Воспоминание о женских ручках, обхвативших его шею, сменялись обликом несчастной Сюзанны. На душе молодого человека скребли кошки, когда в палатку заглянул Ладерут.
— Вас ждет какой-то человек, — сообщил он.
Бель-Роз оделся и вышел наружу. К нему подошел неизвестный. То был Конрад, действовавший по заданию Вийебрэ.
— Вы лейтенант Жак Гринедаль? — спросил он и, получив утвердительный ответ, сообщил: — Вам письмо.
Вскрыв конверт, Бель-Роз узнал почерк Женевьевы и прочел:
«Следуйте за этим человеком. У меня к вам важное для нас обоих дело.»
Краткость письма несколько удивила Бель-Роза.
— Вы, стало быть, знаете, куда ехать?
— Да, мсье.
— Хорошо. Приготовь лошадь, — велел Бель-Роз Ладеруту.
— Все готово, — и Ладерут привел двух лошадей.
— Эти две лошади неразлучны, — сказал он. — Лейтенант, вы позволите, чтобы серая сопровождала черную?
— Пусть будет, как она хочет.
Тут к Бель-Розу приблизился Конрад и негромко произнес:
— Эта персона настойчиво рекомендовала, чтобы вы ехали один.
Однако у Ладерута был тонкий слух (и добавим, нюх), безотказно действовавший в подобных ситуациях.
— Друг мой, твоя персона ведь не знала, что моя серая очень не любит одиночества. Просто не переносит его, брыкается, дерется и может даже затоптать до смерти, если останется одна в стойле. Так что уж ступай, а мы за тобой. Эй, Гриппар! — обратился он к капралу, — если господин Нанкре будет нас спрашивать, скажи, что мы скоро вернемся. А если будет искать, скажи, что мы…Куда мы едем?
— В Морланвельс, — угрюмо ответил Конрад. Он сообразил, что лживый ответ может по мере их приближения к цели вызвать подозрения.