Белая ночь
Шрифт:
К ней уже деревянными шагами приближались потрепанные бесконечной ночью друзья.
— Чего у тебя тут, Серафима?
Она горящими глазами посмотрела на одноклассников.
— Смотрите,
— Стоит статуя в лучах заката, — тупо отозвался Пономарев. — Да.
— Ну, на руки-то внимание обратите.
— Руки, как руки. Вот пальчик один отломан когда-то был. Надставили. Ну и что такого? Мы бежали, думали, тебя насилуют. Посмотреть хотели…
— Как что? А перстень какой красивый! — удивилась их равнодушию Сима.
— Какой перстень? Нет тут никакого перстня.
Ну, ты напилась, Серафима! Во даешь! — с восхищением посмотрел на нее Парецкий.
— Что значит нет? А это что? — Сима взяла ветку, указала ею на перстень и торжественно оглянулась.
На нее смотрели с недоумением.
— Нет, Симочка, ты не напилась. Ты, скорее всего, обкурилась. И капитально, —
— А я вижу! — вдруг раздался позади них голос Сани. — Вот же оно, кольцо!
— Да где?! С ума вы, что ли, все посходили!
Саня подбежала к статуе, ловко забралась и стала снимать перстень с пальца. Но в этот момент кто-то из девчонок громко завизжал. Стало как будто темнее. Саня оглянулась и готова была потом поклясться, что увидела позади, на аллее, какую-то рябь и промелькнувшее, как рыба на мелководье, чье-то лицо и длинный силуэт.
Перехватив ее остановившийся взгляд, назад тут же обернулись и все остальные.
Через минуту они, как рекордсмены мира, один за другим перелетали через ограду и летели без оглядки вон из сада.
Наступал рассвет. Но утро огибало Летний сад, как остров. В нем, казалось, с восходом стало только темнее.