Белое море
Шрифт:
Курилин тяжело оттолкнулся от земли, подпрыгнув достаточно высоко, но я поняла, что подбросила его вверх не сила резерва, а простой прыжок. Вот и его первая ошибка: во время принятия истинной формы нужно не скакать, а взлетать вверх за счет использования резерва.
Трансформировался он неплохо, но в воздухе держался с трудом, ему явно хотелось пролететь круг, лишь бы не зависать на одном месте. Очевидно, что это было крайне сложно, и я снова восхитилась Ярославой и ее выдержкой.
— Развоплощение!
Он грузно приземлился, и уже не выглядел
— Частичная трансформация!
Снова подпрыгнул, выпуская крылья.
— Трансформация!
Дракон принял полную форму, неловко зависая в воздухе. Теперь нас практически заметало снегом, вздыбленным ветром от его крыльев.
— Развоплощение! Довольно!
Лицо Макара горело напряжением, пока он шел к преподавателю.
— Много ошибок, много! Вы либо плохо слушали меня на занятиях, либо из-за отсутствия практики за последний месяц утратили навыки. В этом-то и проблема, я говорил во время самой первой нашей встречи: нужно хотя бы три раза в неделю принимать истинную форму, чтобы резерв и тело находились в состоянии баланса! Ну ничего, теперь попечители от меня не отделаются, — тише добавил он.
Курилин демонстративно стал подальше от нас, людей, хотя его только что раскатали за плохие результаты. Видимо, хотел самоутвердиться, унизив нас, но Расколов это заметил.
— Сударь, вы куда отошли? Я ведь ясно дал понять, где вы должны были находиться. И вам я сегодня присуждаю только десять баллов, и то с большой натяжкой. Сударь Скуратов, на позицию! — переключился он на Олега.
Бледный от унижения Макар покрылся пунцовыми пятнами, но бочком-бочком приблизился к нам.
— Частичная трансформация! — рявкнул преподаватель.
Олег с легкостью оттолкнулся от земли, задействовав резерв, и выпустил черные крылья с оригинальным болотно-зеленым оттенком. Они были более широкими, чем у Ярославы, и не такими заостренными на перепонках.
— Полная трансформация!
Юношеское тело приняло форму изящного дракона с загнутыми наверх рогами. Он с достоинством поджал передние лапы, зависая в воздухе.
— Частичная трансформация!
Без видимых усилий и ошибок он выполнил приказ Расколова.
— Полная трансформация!
Снова драконий облик.
— Развоплощение! Довольно!
Скуратов легко опустился, и направился к нам, разбрасывая улыбки.
— Не знаю даже, на кого рассчитаны улыбки, на дракониц или сударя Клеверова, — хмыкнул преподаватель, а остальные расхохотались. — Но вы показали вполне достойный результат, сорок баллов. Думаю, вы еще составите сударыне Беломорской здоровую конкуренцию. Подчеркиваю, здоровую! Без интриг и подлости.
Парень бросил взгляд на вышеназванную сударыню, которая никак не отреагировала на слова преподавателя. Кажется, ее равнодушие раззадорило его. Неужели он и правда станет соревноваться с ней за первенство?
— Сударь Клеверов, на позицию!
Демьян проработал ошибки, допущенные им на турнире, и выложился по полной. Глядя на него, я едва сдерживала волнение, которое сначала не осознавала,
Я тоже хотела летать!
Это было в моей крови, крови драконицы Подводных Вулканов, и сила, неспособная пробиться наружу, сейчас клокотала внутри. Вид используемого резерва, трансформации, изящных крыльев и чешуйчатых тел все больше и больше будоражил мое сознание, безостановочно требуя сбросить оковы, и взмыть в небо. Как же я желала этого! Как никогда раньше! Даже на турнире мне так не было трудно, хотя…
Какой глупой я была! Я думала, мне стало плохо на турнире из-за моих метаний между чувствами к Матвею и его вниманием к Ярославе, а ведь на самом деле на меня подействовал сам турнир, постоянно использующийся резерв, который я не ощущала, но к которому потянулась моя собственная пробуждающаяся сила. Несколько раз слышала, что здесь, на месте Академии, когда случился мощный выброс энергии. Могут ли его отголоски так на меня влиять? И как мне с этим разобраться, с кем поговорить?
Ответ пришел сам собой, когда вспомнила, кто помог мне в прошлый раз, когда я осталась одна, ослепшая и обезумевшая от боли. Пора нам уже выяснить отношения: я признаюсь, что подслушала тот разговор в корпусе целителей, и заставлю его раскрыть всю правду.
Вдруг тело само напряглось, будто пытаясь вызвать наружу нечто большее, чем я способна вынести. Откликаясь на чужое применение резерва, моя подавленная сила в очередной раз взбунтовалась, причинив жгучую боль.
Перед глазами поплыло, и в подрагивающем мареве я увидела высокого мальчика: он с разгона прыгал со скалы, и принимал форму дракона прямо над морем. Ребенок рядом хохотал и хлопал в ладоши, глядя, как изящная фигура носится над волнами, то взмывая в небо, то камнем падая к воде.
— Хочу! — кричал ребенок свое любимое слово. — Хочу!
— Ну, не шуми, — мягко улыбалась женщина. — Ты же у нас тихий малыш.
— Хочу! — заливался смехом ребенок. — Ой!
Дракон подлетел очень близко, завис над ними, и упал вниз, на лету принимая частичную форму. Ребенок с восторгом потянулся к крыльям, хватая их слабыми ручонками.
Мальчик вопросительно взглянул на женщину, и, получив кивок, взял ребенка на руки, и вместе с ним взмыл в небо. Малыш восторженно визжал, пока ветер не заставил его плотно сжать губы. Он не боялся скорости и высоты, ибо еще не ведал, какие опасности могут подстерегать. Ребенок не задумывался, что мальчик может его не удержать, или что они слишком близко опустятся к морю.
— Сударыня, сударыня!
Я словно вынырнула из толщи воды, оторопело глядя в лицо Демьяна.
— Все в порядке?
Как оказалось, пока остальные смотрели на трансформацию подружки Ярославы, я пошатнулась, и навалилась на Демьяна, который отвел меня к колонне, и пытался привести в чувство.
— Да, благодарю! — сказала, заикаясь на каждом слове.
— Вы смертельно побледнели, вам нужно в корпус, чтобы вас осмотрели.
— Говорю же, все хорошо. Просто оступилась.
Он покачал головой.