Белокурая удача

Аддамс Петтер

Диллард помедлил, а потом покачал головой:

– Нет.

– А разве не является фактом, что вы быстро выходите из себя? продолжал Мейсон.
– После того, как мужчина в темных очках покинул десятый коттедж, погибший, Харрисон Т.Боринг, заметивший, что вы следите за ним, слегка раздвинув занавески, явился в занимаемый вами коттедж, пригрозил вам, а вы вышли из себя, ударили его, в результате чего он упал. Боринг ушибся головой о камень и остался лежать без движения. Вы поняли, что серьезно ранили

человека, подняли его на руки, отнесли в занимаемый им коттедж, оставили там на полу, полили его одежду виски, вернулись к себе и, пока вы размышляли, что же вам теперь предпринять, увидели, как в коттедж Боринга заходит обвиняемая. Вы прекратили наблюдение, теперь вас волновало только то, как спасти собственную шкуру. Вы услышали звук отъезжающей машины, а вскоре, пока вы все еще сидели за столом и размышляли, звук полицейской сирены, и в это время вы записали в блокнот данные о появлении и уходе обвиняемой - примерные, а не точные данные - и после этого позвонили своему начальнику, Сиду Наю, и попросили его о помощи. Не так ли?

Леланд поднялся с места с высокомерной улыбкой на губах.

– О, Ваша Честь, это полный абсурд...

Окружной прокурор внезапно замолчал, увидев выражение лица судьи Талента, подавшегося вперед и внимательно рассматривающего Муза Дилларда.

Крупный мужчина в свидетельской ложе сжимал и разжимал огромные кулаки. Мускулы его лица исказились, как у человека, который хочет расплакаться и забыл, как это делается.

Диллард вытер пот со лба.

– Отвечайте на вопрос, мистер Диллард, - сурово приказал судья Талент.
– И говорите правду.

– Да, все произошло именно так. Я его ударил. Только он стоял у меня в дверном проеме и оскорблял меня. Он первый бросился на меня, но я его опередил. Он упал назад и ударился об угол крыльца, а потом скатился на землю. Я не знал, насколько серьезны его ушибы, но мне уже и так хватило неприятностей. Я поднял его и отнес в десятый домик и полил его одежду виски. Тут я понял, что он серьезно ранен. Я вернулся к себе и стал обдумывать, что делать. Пока я сидел, приехала девушка.

– Обвиняемая?
– уточнил судья Талент.

– Да, - кивнул Диллард.
– Я не записывал время ее появления. Я сел за стол и схватился руками за голову. Я услышал, как она уехала, а вскоре прозвучала полицейская сирена. Тут я понял, что попал в переделку. Я позвонил Сиду Наю и сказал: "Гей, Руб!". Он понял, что я зову на помощь. Я знал, что вскоре мне пришлют подкрепление. Я собирался признаться во всем Сиду, однако, вместе с ним появился Перри Мейсон. Это меняло дело. До их появления я внес ложную запись в блокнот. Я просто хотел зафиксировать посещение девушки, однако, я точно не знал ни время ее приезда, ни отъезда. Я записал приблизительные данные. Затем я решил скрыться, уехав из города.

Я не думал подставлять девушку. Я пытался спасти собственную шкуру.

Судья Талент посмотрел на Леланда.

Выражение лица окружного прокурора показывало его крайнее удивление. Потом он опустился на стул, словно у него подкосились ноги и не осталось больше сил стоять.

Судья Талент повернулся к Мейсону:

– Объясните, пожалуйста, Суду, как вы догадались, что произошло на самом деле? Очевидно, вы сами не так давно это поняли, мистер Мейсон?

– От меня требовалось только верить словам своей клиентки. Тогда сразу же становилось ясно, что с показаниями этого свидетеля что-то не так. Я принялся искать возможные объяснения. Как только я увидел, как аккуратно в блокноте Дилларда записаны данные о посещение Боринга мисс Алдер, я мгновенно догадался, что подобная запись не могла быть сделана в темноте. Я виню себя в том, что только сейчас понял, что произошло на самом деле.

– Суд хочет похвалить вас за прекрасно проведенный перекрестный допрос и сделать комплимент вашей наблюдательности, - сказал судья Талент и повернулся к окружному прокурору: - Дело по обвинению Дайанн Алдер прекращено, - постановил он.
– Я считаю, мистер Леланд, что необходимо арестовать Дилларда в связи с лжесвидетельством и по обвинению в убийстве. Честно говоря, мне кажется, что он говорит правду, утверждая, что нанес удар в целях самообороны. Объявляю заседание закрытым.

18

Мейсон, Делла Стрит, Пол Дрейк и Дайанн Алдер сидели в спальне номера Мейсона в гостинице.

– Я не в состоянии больше сдерживать журналистов, шеф, - обратилась к Мейсону Делла Стрит.
– Они собрались в гостиной и коктейлей им уже недостаточно. Им нужна информация.

– Что вы решили, Дайанн?
– повернулся Мейсон к своей клиентке.

Дайанн глубоко вздохнула.

– Что касается моего отца - он от меня отказался. Когда-то я его очень любила. Я и сейчас испытываю к нему симпатию, однако, вижу его слабости. Что касается женщины, которая живет с ним... Что ж, она женщина. У нее есть свои проблемы. Она обладает здесь определенным положением в обществе, и я не собираюсь отнимать его у нее.
– Дайанн помолчала, а потом улыбнулась Мейсону.
– Я возвращаюсь в Болеро-Бич, объявила она.
– Я приехала сюда, как Дайанн Алдер, и вернусь в Болеро-Бич, как Дайанн Алдер. Вы можете урегулировать все вопросы с моим... отцом?

– Вы не желаете с ним встречаться?

Девушка смахнула с ресницы слезу.

– Он не хочет видеть меня и, насколько я понимаю, для него это опасно. Я не собираюсь лишать счастья других людей.

Мейсон кивнул Делле Стрит.

– Выходим в гостиную. Сейчас я сделаю заявление для прессы.