Белые волки

Дорохов Павел Николаевич

их, этих большевиков, во... вдрызг!

— Обязательно, — поддакнул Михей.

Крепкий самогон влоск уложил солдат.

Свалился и Михей вместе с ними.

А ночью тихо поднялся, вышел на двор-

От плетня метнулись темные фигуры.

— Што, дядя Михей?

— Готово. Входи.

Тихо вошли в избу, забрали десяток вин-

товок, также тихо вышли, Михей в раз-

думьи остановился.

— Видать, и мне с вами итить. Все одно,

цел

не будешь.

Вернулся в избу, разбудил бабу.

— Пойдем, баба.

— Куда те леший понесет?

— Ребята пришли, ружья у солдат взяли,

не иначе и нам итить.

— О! И то итить надо!

И ушли.

Узнал костинский поп, что на Оксановскую

заимку к Ивану Язеву часто наезжают воору-

женные люди. Решил, что кроме большевиков

быть некому. Сообщил в районную милицию.

Нагрянули на Оксановскую заимку с обы-

ском, найти никого не нашли, а Ивана Язева

с собой увезли.

Как-то к ночи перед домом костинского

попа остановилась ямщицкая пара. Вошел

солдат с ружьем.

— Батюшка, начальник районной милиции

едет, переночевать просится.

Костинский поп —хлебосол. Сам выбежал

просить.

— Пожалуйста, пожалуйста, сделайте одол-

жение!

Начальник милиции высокий, плечистый, с

курчавой черной бородой, попу понравился.

— А мы, батюшка, вчера большевицкую

банду сцапали.

— Господь милосердный, да что вы!

— И самого главаря большевицкого —

Петрухина.

— Слава тебе, господи!

Поп перекрестился.

— Завтра господу богу молебен благо-

дарственный отслужу! У нас тут, господин

начальник, которых пощупать бы надо. Боль-

шевики.

— Да что вы? II у вас есть?

— Полсела прямо.

Начальник позевнул.

— Ну, ничего, батюшка, доберемся до всех.

Петрухина поймали, а остальных переловить —

плюнуть.

Ночью начальник милиции оделся по-до-

рожному и прошел к попу в комнату. По-

трогал попа за ногу.

— Ну-ка, батя, вставай!

— Что такое? Вы собрались уже? Куда

так рано?

— Служи, поп, панихиду.

— Какую панихиду? В чем дело?

— По себе панихиду. Я — Петрухин!
–

Словно ветром сдунуло попа с кровати.

Бросился в ноги Петрухину. Рыдал, цело-

вал сапоги.

— Пожалей! Сдуру болтал! Век не буду!

Петрухин молча поднял револьвер, вы-

стрелил и, не оглядываясь, вышел на улицу.

У ворот стояла ямщицкая пара.

ГЛАВА VII.

КУРЬЕР.

Долгими октябрьскими вечерами, когда

Ми-

ша ложился спать, обе женщины, —мать

Веры, Анна Ивановна, и Наташа Киселева, —

тихо разговаривали. Старушка вспоминала о

Вере, Наташа рассказывала про Дмитрия.

Читали газету, долго останавливались на

известиях о России. Хотелось отделить правду

от лжи. Газета задыхалась от злобы на боль-

шевиков и Болыневизию. рассказывала про

них ужасы, и думалось, что правды в ее сло-

вах не найти. Раз попалось объявление:

КУРЬЕР принимает для доставки во все

города Советской России письма, по же-

ланию, с обратным ответом.

Написать бы. Но куда? Петрухин доста-

вил точные сведения, что Дмитрий успел

отступить в Россию, по Россия велика; где

искать Дмитрия? Написать в комитет пар-

тии, но какой курьер согласится доставить

такое письмо?

— Нет ли, Наташа, в России родственников

Дмитрия? Может быть, можно им написать?

Наташа подумала.

— Есть, есть. В Москве двоюродный

брат Дмитрия.

— Ну, вот, ему и напиши. Может быть,

Дмитрий у него и живет.

Долго раздумывала, прежде чем написать.

Добросовестный ли человек курьер, доста-

вит ли письмо? Вдруг его арестуют или до-

рогой убьют. Прочитают письмо, доберутся

до нее, опять контр-разведка...

Наконец, решилась, написала письмо и по

указанному адресу пошла к курьеру.

Дует ветер. Идет поземка.

По снежному полю напрямик идут двое.

Высокий плотный человек в заячьем треухе,

барнаулке и длинных пимах. Через плечо у

высокого кожаная сумка. Рядом мелким ша-

гом торопится солдат в шинели английского

образца, с ружьем.

На взгорье остановились. Солдат показал

вдаль рукой.

— Видишь, вон кустики. Как к кустикам

спустишься, тут тебе будет полевее долок.

Так ты долом-то, долом-то прямо к деревне

и выйдешь. Там тебе и будет Расея.

Человек в барнаулке вынул бумажник,

отсчитал пачку денег и протянул солдату.

— Спасибо тебе, земляк. Держи!

Солдат взял деньги, отвернул полу ши-

нели и сунул их в карман штанов.

— Счастливого пути!

— Спасибо, земляк!

Высокий повернулся и пошел. Солдат

опустился на колени, вскинул ружье.

Грянул выстрел.

Высокий ткнулся ничком в снег.

Солдат постоял немного, подошел к уби-

тому, повернул его лицом вверх. Открыл