Белый орк
Шрифт:
– Держись давай. Я пойду искать дрова, а ты не вздумай помереть тут! Поняла?
Девушка кивнула, хотя со стороны этот жест был почти неразличим в общей дрожи.
– Не слышу?
– Д-да, - вырвалось из посиневших трясущихся губ.
– Так держать. Я скоро.
На берегу как назло нашлось совсем немного плавника, да и тот большей частью был мокрым. Разжечь угли в своем брюхе Исмаил не мог по понятной причине, иначе бы отогреть потерпевшую удалось бы куда быстрее. А так пришлось довольствоваться крошечным костерком, но даже
Исмаил помог спутнице сесть. Через несколько минут дрожь заметно ослабла, но ночевать без нормального костра - смерти подобно. Где же найти чертову растопку?!
– Т-ты назвал меня д-девочкой...
– И что?
– рыцарь пожал наплечниками.
– Ты же не мальчик.
Тарша сдавленно улыбнулась.
– А т-ты не такая свинья, как я д-думала.
– А ты не такая уж суровая валькирия. Баба как баба, только выпендриваешься. И вообще, хватит меня хвалить, иначе опять свиньей стану.
Где-то на скале заухала сова. Исмаил поднял шлем и увидел высохшую до черноты сосенку, одиноко торчащую на крошечном уступе. Да вот же она, растопка!
– Ты куда?
– Скоро вернусь. Будет тебе костер, не околеешь.
Рыцарь подошел к отвесной стене, по которой бежали тонкие ручейки. Почти вся скала была покрыта трещинами и выщерблинами - есть за что ухватиться. Но уступ находился на высоте не меньше десяти человеческих ростов. Затея опасная, но дать орчихе умереть после всего недавно пережитого - как минимум глупо.
Размяв перчатки, Исмаил ухватился за неровность и покарабкался вверх.
– Н-не упади с-смотри!
– раздалось позади.
– Да что мне будет!
– фыркнул доспех.
– Чай не сахарный.
Подъем шел довольно неплохо. Лишь пару раз пальцы соскользнули, но рыцарь удерживался на одной руке, слыша тревожные вздохи с берега. Оставалось как-то ухватиться за край уступа - и можно сбрасывать дерево вниз. Да только вот расстояние достаточно большое.
Рыцарь вспомнил, как однажды наблюдал за тренировкой имперских тайных убийц. Воины кинжала и капюшона учились взбираться по отвесным замковым стенам, ловко перепрыгивая от одного выступающего камня до другого. Если у них получалась сигать на целый рост - то почему у Исмаила не получится преодолеть расстояние в полшага?
Раскачавшись на одной руке, рыцарь прыгнул и попытался зацепиться за уступ, но пальцы хватанули воздух. Доспех сорвался и рухнул прямо на большой конический валун. Громко лязгнуло, во все стороны полетели куски брони, перегоревшие уголья, закопченные монеты и прочий хлам. Шлем, лихо кувыркаясь по гальке, подкатился почти к самым ногам орчихи.
– Исмаил!
– вскочив, закричала охотница.
Глава 16
– Да не ори ты так, женщина!
Тарша вмиг заткнулась и с ужасом уставилась на лязгающее под ногами забрало.
– Ты... живой?
– Нет, глупая ты баба! Я двести лет как мертвый! Слушай - спрячь меня под камнями, а как найдешь помощь, откопаете
Оправившись от шока, девушка встала и доковыляла до злосчастного валуна. Панцирь рыцаря раскрылся на две части, лишь одно крепление на правом плече уцелело. Поножи и сабатоны валялись порознь, наплечники укатились на добрый десяток шагов. Латные перчатки и наручи двигались, пытаясь уцепиться за гальку и подползти к ржавому опояску, но пока что без особого успеха.
Тарша присела рядом с нагрудником и осмотрела повреждения.
– Да тут просто ремешок порвался. Можно стянуть бечевой.
– Я говорю - оставь меня. Не трать время на то, в чем ничего не соображаешь. А то привяжешь мне гульфик вместо забрала.
– Тебе так даже лучше будет.
Девушка достала из сумки моток веревки и принялась нанизывать части доспеха словно бусы. Исмаил всячески сопротивлялся, даже попытался ущипнуть орчиху за руку перчаткой, но в конечном итоге упорство и старание одержали верх. Теперь рыцарь походил на связку железных баранок, только шлем все еще лежал поодаль, горестно наблюдая за издевательством.
– Ну и что ты дальше?
– надменно фыркнул Исмаил.
Тарша не поленилась - вернулась к шлему и засунула в котомку. Меньше бухтеть рыцарь не стал, вдобавок еще пытался укусить спутницу за лопатку. Закинув конец веревки на плечо, охотница поковыляла вдоль берега. Доспех, к ее удивлению, весил совсем немного. Булава Горрана, которую Тарша «примеряла» в тайне от брата, была гораздо тяжелее.
Вот только волочить это добро с больной ногой не так-то просто. Но бросать Исмаила непонятно где Тарша не собиралась. В конце концов, это из-за нее рыцарь разбился. Позади позвякивало, за спиной дергалось и ругалось, нога нещадно ныла, но орчиха шла вперед, стиснув зубы и опираясь на костыль как на посох.
Стрела, которую хозяйка сперва хотела «запрячь», наотрез отказалась тащить доспех.
– Да что ты надрываешься? Кому тут нужны ржавые железки?
– Заткнись.
– Упертая бабень. Ты хоть из мешка меня вытащи, он весь провонял твоим потом.
– И что с тобой делать? На костыль надеть?
– Себе на голову, овца. Я же шлем!
– А можно?
– после недолгих раздумий спросила Тарша.
– Если осторожно. Голова у тебя небольшая, что само собой разумеется, должен подойти.
Краткая остановка для отдыха пришлась бы очень кстати. Девушка вытащила «голову» Исмаила и надела на свою. Без подшлемника железяка болталась на черепе и натирала макушку. Да еще и мельтешила забралом перед глазами, когда разговаривала.
А разговаривал Исмаил постоянно. Видимо, молчание для него было величайшим из подвигов.
– Замри!
– спустя полчаса ходьбы лязгнул рыцарь.
– Я вижу что-то впереди.
Волчица тоже насторожилась. Остановилась с приподнятой передней лапой и тихо зарычала. Сквозь шум воды Тарша расслышала ржание лошадей и человеческие голоса.