Белый Паук

Кертис Кэмерон

Ноа опускает глаза. Я никогда не видела такого проявления скромной женственности. Она даже близко не похожа на ту горячую цыпочку, которую я встретил вчера вечером в «Джевелкафе».

Нюгард вызывает у меня негодование.

«Синяя команда уже готова?» — спрашивает Торваль.

«Да, всё идёт по плану, и мы начнём работу, как только шторм утихнет», — Найгард кивает подбородком в сторону тренирующихся. «Они наслаждаются этим пространством. Скоро мы запрёмся в подлодках».

Итак, это водолазы Синей команды. Крутые на вид ребята, бывшие военные. Королевский флот, ВМС США, Королевский

флот Норвегии. Наверное, ветераны «морских котиков» и Специальной лодочной службы. Рельефные мышцы, куча татуировок. Выглядят так, будто гоняют железо по шесть часов в день.

«Очень хорошо», — Торваль коротко кивнул Нюгарду. «Брид, и я оставлю вас здесь. Госпожа Ларсон, приятной вам экскурсии».

Торваль резко разворачивается и, не оглядываясь, идёт к двери.

Этот маленький фокусник начинает меня раздражать.

ХАНСЕН ВЕЗЁТ Ноа в библиотеку. Пока они идут в другую сторону, я слышу, как он рассказывает ей об интернете и спутниковой телефонной связи на « Пауке» . Расположенные на палубе библиотеки, они позволяют экипажу общаться с семьёй и друзьями дома.

Торваль подводит меня к переборке, отделяющей жилое пространство корабля от Звёздного бассейна. Там находится тяжёлая дверь, напоминающая банковское хранилище.

На переборке установлена черная пластина датчика безопасности.

«Похоже на Форт-Нокс», — говорю я.

«Я уверен, вы заметили, что на борту есть два вида дверей»,

Торвал рассказывает мне: «Есть удобные двери, такие как в наших офисах и каютах. Они не водонепроницаемые. Есть и водонепроницаемые двери.

Удобные двери оснащены обычными ручками и защёлками. Водонепроницаемые двери, подобные этим, запираются поворотом колеса, которое выдвигает набор рычагов, называемых собачками. Они прижимают уплотнитель двери к плоскому краю дверной рамы. Это делает отсек водонепроницаемым. Запорный механизм не позволяет колесу отпустить собачки.

Я провожу пропуском над сенсорной пластиной, и стальные засовы отодвигаются. Я поворачиваю запорное колесо, отпускаю замки и распахиваю люк. Меня обволакивает влажный, холодный воздух, когда я переступаю порог. Торваль следует за мной и закрывает дверь.

«Холодно», — говорю я.

«С закрытым чехлом-ракушкой бассейн Star Pool защищён от непогоды», — Торваль застёгивает комбинезон до подбородка. «Однако климат-контроля в нём нет».

Он не шутит. Я рад, что на мне куртка с часами. Сейчас на пару градусов выше нуля. На холодном ветру будет казаться холоднее.

Я вдыхаю влажный воздух. В воздухе пахнет солёной водой и мокрой сталью. Мокрая сталь пахнет совсем не так, как сухая. Когда я рос в Монтане, мы мыли пятидесятигаллонные топливные бочки и хранили их за домом, чтобы собирать дождевую воду. Вот так пахнет эта металлическая пещера.

Мы стоим на стальной палубе, окружающей прямоугольный бассейн длиной сто двадцать ярдов и шириной тридцать ярдов. Над бассейном находится три палубы. На нижней палубе размещены гидравлика и карданные подвесы, обеспечивающие устойчивость верхней палубы — палубы управления — при бортовой, килевой и вертикальной качке судна. Палуба управления окружена безопасным мостиком, с которого рабочие обслуживают подъемное оборудование. Стальной защитный барьер на высоте груди

защищает рабочих от падения с высоты трех этажей. Самая верхняя палуба поддерживает крышку-ракушку и вмещает ставни, когда они открыты. В закрытом состоянии ставни имеют круглое отверстие посередине диаметром два метра. Вышка опускает поток трубы через это окуляр.

Мощные прожекторы освещают операционную палубу и воду бассейна. Отблески прожекторов мягко рябят в чёрной воде. Я смотрю на океан звёзд. Это прекрасно.

«Корабль пустой», — выдыхаю я.

«Да», — улыбается Торваль. «Створчатая крышка не позволяет самолётам и спутникам шпионить за нашей работой. Звёздный бассейн имеет глубину в шесть палуб, от уровня главной палубы до днища корабля. Есть гидравлические затворы, которые можно открывать и закрывать. Когда затворы открыты, вода поднимается до середины бассейна, до третьей палубы. Когда они закрыты, воду можно откачать, и пространство превращается в плавучий сухой док. Бассейн вместит « Маршала Жукова ».

Справа от нас, по левому борту корабля, в люльках на палубе стоят три жёлтые миниатюрные подводные лодки. Их можно опознать по чёрным буквам и цифрам, нанесённым трафаретом на их приземистые боевые рубки. Два жёлтых крана закреплены на вращающихся опорах по обоим бортам. Их стрелы сложены и упираются в высокую переборку. Краны используются для спуска мини-подлодок в бассейн и их подъёма на палубу. Мини-подлодки большие, на двадцать пять процентов больше декомпрессионных камер.

«Мини-подлодки?» — спрашиваю я.

«Подводные аппараты, — говорит Торваль. — Наши дайверы проводят в них длительное время на дне».

Мой взгляд привлекают три сигарообразных предмета, покоящиеся на стальных опорах.

Они сидят на палубе рядом с бассейном, нос к хвосту. Их кожа эмалево-белая. Идеальные цилиндры, двадцать пять футов в длину, их носовые обтекатели сияют ярко-красным.

Сбоку каждой трубы имеются две тонкие прорези: одна — посередине её длины, а другая — сзади. Ракеты запускаются из трубы. Их стабилизирующие рули

выдвигаются из прорезей, как только сигары покидают трубки.

«Пустельги», — говорю я.

«В самом деле», — Торваль медленно и размеренно идет к ракетам.

«Пойдем посмотрим».

Фокусник ведёт меня к «Пустельгам», словно демонстрируя своё сценическое оборудование. Он идёт так, словно Паук и всё, что в нём, принадлежит ему.

И снова меня поражает чувство превосходства, которое царит в этом человеке.

Торваль протягивает руку и гладит гладкую эмалированную поверхность пустельги. Это чувственное прикосновение. Пальцы фокусника, длинные и чувствительные, сужаются к кончикам. «Как красиво», — говорит он. Не мне. Себе.

Палуба скользкая, с небольшими лужицами стоячей воды. Водонепроницаемые двери равномерно распределены по всему бассейну. Они обеспечивают доступ из других зон корабля. К борту бассейна, рядом с ракетами, прикреплены толстые деревянные балки. Четыре в глубину, они уходят в Звёздный бассейн, словно импровизированный док. Гора запасных балок сложена у переборки отсека и надежно закреплена металлическими стяжками.

«Для чего нужны балки?» — спрашиваю я.

Торваль отпускает «Кестрел» и снова полон дел.