Береника
Шрифт:
Чьи слезы осушил? И в чьих глазах узрел
Признательность за все, что совершить успел?
Где новые решил я проложить дороги?
Кто знает, сколько жить ему судили боги?
А я из дней, что мне отмерили они,
Быть может, лучшие потратил даром дни! {28}
Пора же дать ответ на чести голос властный
Порвать решительно...
ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
Тит, Береника.
Береника
(выходя из своих покоев)
Нет, доводы
Советов не хочу, и надо мне самой
Скорей бежать к нему. Ах, здесь ты, цезарь мой!
Так что же? Правда ли, что Тит меня бросает,
Что нас разлука ждет, и сам он так решает?
Тит
Несчастен цезарь твой, не добивай его.
Нам закалить сердца сейчас нужней всего.
Терзают душу мне и жгут такие грозы,
Что не достанет сил твои увидеть слезы.
Но пусть воспрянет дух, что помогал тебе
Меня поддерживать в сомненье и борьбе.
Заставь любовь молчать, чтоб взором просветленным
Увидеть, под каким безжалостным законом
По долгу тяжкому живет такой, как я.
И одолей себя, чтоб укрепить меня.
Слабею, несмотря на все мои старанья
Будь сильной, помоги мне удержать рыданья.
А если с горем мы не можем совладать,
Высокий наш удел нам так велел страдать,
Чтоб весь увидел свет, сказала вся столица:
"Они и слезы льют, как цезарь и царица".
Да, нам с тобой - увы!
– разлука суждена.
Береника
И это от тебя услышать я должна,
Я, так привыкшая считать себя любимой?
Моя душа к тебе влеклась неодолимо
И лишь тобой живет. Зачем закон отцов
Ты позабыл, когда мой первый нежный зов
Разжег в слепую страсть? Зачем твоим ответом
Мне не были слова: "По дедовским заветам
Тебя, несчастная, нельзя мне полюбить.
Так не стремись к тому, чего не может быть".
Тогда ты все забыл, а нынче стал мудрее.
Ты возвращаешь мне то сердце, что тебе я,
Лишь, одному тебе вручила навсегда.
Расстаться легче, друг, нам было бы тогда.
Во многом я найти могла бы облегченье:
Пускай согласья нет на наше обрученье,
Пусть против нас сенат, народ, родитель твой,
Пусть нанесен удар - но не твоей рукой.
Их нелюбовь ко мне давнишняя недаром
Тогда меня к любым готовила ударам,
И я бы все снесла тогда, но не теперь,
Когда к блаженству мне открылась настежь дверь;
Когда способен ты, носитель высшей власти,
Расчистить от преград дорогу нашей страсти;
Когда у ног твоих весь мир, и Рим молчит,
И мне лишь
Тит
И ждать лишь от себя могу суда и казни.
В те дни я мог не знать заботы и боязни,
Не помышлять о том в счастливый миг и час,
Что станет роковым когда-нибудь для нас.
Я жил, сочтя судьбу во всем себе покорной,
На невозможное надеждой смехотворной,
Да, наконец, на то, что, рать ведя на бой,
Погибну до того, как разлучусь с тобой.
И все препятствия, и суд молвы лукавой
Мой пламень разожгли. Но гордый голос славы
Еще мне не звучал, не говорил тогда,
Как сердцу цезаря он говорит всегда.
Я знаю: выбор мой обрек меня на муки,
И долго не смогу я жить с тобой в разлуке.
Все кончилось, чем мог я в жизни дорожить.
Но царствовать теперь мне должно, а не жить.
Береника
Что ж, царствуй, побеждай, своей покорный славе.
Я прекращаю спор - я говорить не вправе.
Я одного ждала: чтоб здесь уста твои,
Всегда твердившие, что нет конца любви,
Что не придет для нас минута расставанья,
Мне вечное теперь назначили изгнанье!
Я все услышала, жестокий человек,
Не надо больше слов. Итак, прощай навек.
Навек! Подумай же, как страшно, как сурово
Для любящих сердец немыслимое слово!
Да сможем ли терпеть неделю, месяц, год,
Что между нами ширь необозримых вод,
Что народится день и снова в вечность канет,
Но встречи нашей днем он никогда не станет
И нас соединить не сможет никогда?
Ах, сколько трачу я напрасного труда!
Ведь ты меня, простясь, так быстро позабудешь,
Что проходящих дней отсчитывать не будешь!
Лишь для меня они окажутся длинней...
Тит
И не придется мне считать так много дней.
Известье скорбное дойдет к тебе из Рима,
И ты поймешь тогда, что ты была любима,
Что Тит не перенес, тоскуя и любя...
Береника
Но если так - зачем мне покидать тебя?
Пусть ты не властен дать мне брачного обета.
Но видеться, мой друг, - на это ж нет запрета?
Хоть воздухом одним дышать бы нам с тобой!
Тит
Пусть так. Ты можешь все. Увы! Я не герой.
Но знаю, что сулит мне слабость роковая:
Борьбу с самим собой, с тобою, дорогая,
К тебе, к твоим рукам, по следу ног твоих.
Да что там? И сейчас я сердцем не владею,
И в нем - одна любовь, все крепче, все сильнее.