Бермуды
Шрифт:
– Понимаешь, людей перестал любить, всю душу они мне изгадили, - после второй бутылки жаловался другу Опанас.
– Душу мы тебе подлечим, - обнадежил его друг Тарас. Завтра начинаем.
Утром они пошли на базар за мясом и за лекарством для души.
Опанас, не успевший за ночь полностью протрезветь, с трудом вникал в премудрости местного диалекта.
– Кіко?
– указывая на ошеек, спрашивал Тарас.
– Двіста, - отвечала хозяйка.
Тарас крутил кусок, внимательно его рассматривая.
– Как звали кабана?
– получив покупку, спросил торговку Опанас, настроенный элегически.
–
– Ты хочешь лечить меня шашлыком из Панаса?
– загрустил Опанас.
– Мой друг, не нужно копать так глубоко, - философски заметил Тарас.
«Ненормальные какие-то», - пересчитывая деньги, подумала женщина.
Позже, потушив тлеющие угли, они сидели с водкой в Яремче на горе, с видом на другую гору. В конце сентября южные склоны еще зеленели. А северные - уже желтели, оранжевели и краснели. Красиво, тихо, спокойно.
– Ну, как душа?
– спросил Тарас.
– Стало попускать, - обрадовался Опанас.
– Красота спасет мир! Только вот водочка заканчивается.
– За это не волнуйся, - успокоил друг Тарас.
Кочуя по Карпатам, они очнулись на балконе номенклатурного дома через два месяца. Под балконом шла демонстрация трудящихся.
Первой ползла гигантская карта Ивано-Франковской области. Ее везли на двух грузовиках. На макете Ивано-Франковщины выделялась Говерла, верхушку которой покрывал ватный снег. Флора, сделанная из мочалок, веток хвои и пенопласта, была ярко раскрашена гуашью. Из флоры выглядывали, поблескивая стеклянными глазами, чучела местной фауны от зяблика до лося. На Говерле возле искусственного медведя стоял настоящий гуцул и дул в трембиту, извлекая из нее звуки, заглушавшие лозунги громкоговорителей.
Замыкавшая колонна просто потрясла Опанаса. После того, как прошли все демонстранты, появился черный прямоугольник, состоявший из ста баянистов, одетых в одинаковые костюмы. Четко отбивая шаг, они играли в маршевом темпе песню «Край, мій рідний край». Опанас так и не понял, что именно его тронуло. То ли количество баянов и их синхронное подпрыгивание, то ли строевой шаг колонны. Перегнувшись через балконные перила и помогая колонне, он заревел: «Черемоша й Прута!» – пробуя перекричать сто музыкальных инструментов. Зрители, стоявшие вдоль движения колонны, задрав головы, отметили его вокальное выступление бурной овацией и смехом.
– Хорошего понемногу, - сказал Тарас, втягивая Опанаса обратно.
– Сейчас менты без баянов припрутся.
Домой Опанас Охримович возвращался с исцеленной душой. Вера в человечество вернулась. В поезде ему пришла в голову мысль как использовать скульптуры пионеров. «В гараже поставлю!», - засыпая, решил он. Так Опанас, принял самое главное в жизни решение. Судьбоносное для всех фигурантов нашего повествования.
P. S. к первой части
К этому времени обвалились глиняные, раскрашенные под гранит, столпы, на которых держался социализм. Обрушение произошло в результате нежелания народов СССР ходить хороводом под одну балалайку.
Социализм гигнул и ушел в небытие, оставив после себя атавизм - с десяток вождей, разъезжавших по постсоветскому пространству на черных «Мерседесах»,
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
На «Бермуды» едут шведы
Когда царь Петр победил войско шведов под славным городом Полтавой и превратил влиятельное европейское государство в политического карлика с очень высоким жизненным уровнем, он очень вдохновился - заложил основу империи. Петр, в творческом порыве, приказал народу посбривать на хрен бороды, не носить летом шапок, пить кофе и учиться у иностранных специалистов. Девятый вал умельцев и знатоков, мелькая напудренными париками, хлынул в Россию - проводить мастер-классы. И увяз в бесконечных просторах. Но подданые монарха вяло реагировали на приказы. Московиты любили сёрбать брагу, закусывать тюрей с квасом, бить друг другу морды и с умилением слушать сказки юродивых, романтизировавшие бедность и убогость.
И как не старался самодержец, а после него все Романовы, империя получалась у них какая-то угрюмая и диковатая. «Малые народы» с тревогой следили за огромной «соседкой», страдавшей одновременно манией величия и комплексом неполноценности. За дружбу с ней, кроме всего прочего, приходилось расплачиваться душой, заполняя пантеон российской славы знаменитыми фамилиями: Гоголь, Глинка, Семирадский, Кандинский, Сикорский, Кибальчич, Довженко, Архипенко, Пиддубный…(подобные списки есть у всех народов, входивших в состав Российской империи).
Народы великой России с завистью поглядывали на прагматичный предсказуемый Запад. Такие тенденции очень обижали интеллигенцию. «Не любит нас никто», - плакала одна часть, растирая по лицу слезы. «Причем нигде не любят», - всхлипывая, соглашалась другая часть.
– «Это всё из-за народа, из-за его непонятной души». Загадка русской души стала краеугольной проблемой, которую несколько столетий пытались решить религиозные философы, писатели и специалисты по психоанализу. Чтобы острее ощутить проблемы отечества и, наконец, раскрыть волнующую всех тайну своего народа, они разъехались по городам Европы и принялись за работу. Их встречали возле источников Баден-Бадена, в пивных Мюнхена, в кофейнях Вены, в ресторанах Парижа, в отелях Ниццы, в борделях Неаполя, у венерологов Лондона, в финансовых учреждениях Женевы. Из проделанной работы следовал эпохальный вывод:
1. Праматерик Гондвана - это древнее название России.
2. Первые россияне появились в меловом периоде. Они вели нравственный образ жизни, питались мелом и, дружно отбивая атаки динозавров, формировали дух супернации.
3. Россияне значительно лучше других народов, поэтому против них постоянно плетут интриги нации-лузеры.
4. Россия окружена врагами, которые во главе с бандами агрессивных эстонцев только и ждут момента - отхватить себе по куску исконно российских земель. Поэтому Россия всегда должна быть начеку.