Беседа с бризом
Шрифт:
– Да, ты прав. Пора идти, а то уже опоздал на очередное заседание общественной палаты умников-активистов из будущего электората. У меня отпуск, а приходится отмечаться на заседании. Во вторник белые вещи мы называли белыми, а сегодня в четверг те же белые вещи стали в наших изречениях чёрными. Работа сложная, но важная.
Лихо отсчитав денежные купюры и оставив щедрые чаевые, гость отряхнулся
***
КОНСКИЙ НРАВ
Порой людей сбивает с толку научный нигилизм. Не всегда существование остаётся таким, как есть, независимо от того, что мы думаем и читаем. В маргинальном мире мы можем делать то, что хотим. Каждый из нас желает большей красоты, большей эффектности, большей правды и справедливости. Это приводит к конфликту.
Дерево, незаметно падающее в лесу, издаёт звук. Лес не может распознать его как звук, потому что лес являет собой сложную систему взаимодействия многих форм жизни, а не организованность некоторого центрального организма. Без заинтересованности в решении той или иной проблемы каждый делает то, что делает.
Точно так же звучание Восьмой симфонии Франца Шуберта не вызывает интереса у тарелки с мюсли. Бесчувственность и безразличие характеризуют невнимательность, как на уровне отдельного индивидуума, так и всей Вселенной.
Задумавшись об этом, я решил что-нибудь почитать, дабы не погрязнуть в этом самом научном нигилизме. Первая статья, попавшаяся на мои глаза в мировой паутине, была посвящена одной из родоначальниц казачьих поселений на Дону – станице Раздорской. Это и легло в основу очередных записей коллекции рассказов от бармена кафе-бара «Бриз».
В начале случайно выбранной статьи говорилось о том, что от Дуная до восхода Солнца простиралось Дикое поле. Здесь на протяжении веков пересекались оживлённые торговые пути, а крупнейший из них был Аланский шлях. В этом благодатном крае лошади не испытывали недостатка в пище, в избытке водилась всякая дичь, реки изобиловали рыбой. В схватках за Дикое поле в разное время сталкивались скифы, сарматы, готы, гунны, авары, хазары, половцы, печенеги, татары и казаки.
Далее мне запомнилось, что в смутные времена, когда новая волна кочевников сметала прежнюю,
Следующим в статье следовала самая интересная информация. Первые известные укреплённые поселения казаков возникли в этих землях во второй половине XVI века. Их объединяла постоянная готовность к захвату всего, что попадалось им на пути. Со временем разрозненные отряды казаков объединились в Войско Донское, включавшее конницу, разведку, пехоту и гребной флот. Первым местом проведения войскового круга был Раздорский городок.
В 1644 году после атаки турок, показавшей уязвимость Раздорского городка, казаки перенесли столицу «главного войска» в Черкасский городок. Это место выглядело одинаково удобным и для жизни, и для торговли, и для походов, и для обороны.
Не так давно, в 1920 году, с началом установления на Дону советской власти, Новочеркасск, разорённый и лишённый столичного статуса, стал «приютом вдов» и «столицей беспризорников». Территория Области Войска Донского окончательно вошла в Донскую область, центром которой стал купеческий город в устье реки Темерник – Ростов-на-Дону.
Если вернуться к Раздорской станице и первой казачьей столице, то более всего меня заинтересовала художественно-публицистическая сноска с ироничной историей. Она напрямую касалась темы статьи, но снижала нагрузку на активизацию деятельности серого вещества.
Однажды решили казаки восстановить традиции коневодства в Раздорском городке. Начали выезжать в совхзозы и колхозы, арендовать на летний туристский сезон лошадей рыжей донской масти. Председатели колхозов, как хорошие хозяева, тяжело расставались с тягловой рабочей силой, особенно летом, когда была страда. Если отдавали коней в аренду, то самых никудышных: старых и больных, молодых и необъезженных.
Конец ознакомительного фрагмента.