Шрифт:
Джордж Локхард
Бесконечная игра - 2
Я пробудился во тьме логова и вздрогнул. Война. Вновь война, вновь мне предстоит сражаться и убивать, сжигать фермы и укрепления, кричать от боли и умереть. Вновь мне предстоит смотреть на смерть друзей, не имея сил спасти их... Вновь.
– Держи, Чернокрыл.
– орк протянул мне мешок с 2500-ми золотыми монетами. Я не стал их считать.
– Как дела?
– и хотя мы оба знали, что именно он ответит, он ответил:
– Как всегда.
Я вздохнул, обдав орка горячим воздухом.
– Я... Я должен лететь. Она подошла ко мне.
– Ты не вернёшся, Крыл. Я обнял её, стараясь не смотреть на изумруды слёз.
– У нас нет выбора, любимая. Нет никакого выбора.
– Когда-нибудь, Крыл... Когда-нибудь мы доберёмся до богов!
Мне не хотелось нарушать счастье последних минут. И я промолчал. Но отчаяная надежда, что её слова имеют смысл, наотрез отказывалась исчезнуть. Я знал, что надежды не могло быть. Не должно было быть. Я не имел права ослаблять себя надеждой на несбыточное!
Но я надеялся, что когда-нибудь я смогу убить единственное живое существо, о смерти которого я не стану скорбеть. Я мечтал убить своего бога. О боги, как же я мечтаю вас уничтожить!
– Пора.
– орк указал на Линию, висевшую в воздухе над логовом. Она почти полностью стала зелёной. Я последний раз поцеловал Гекату.
– Принеси мне достойного сына.
– Он будет гордится отцом, Крыл... Будет... Будет...
– она не смогла продолжить. Я стиснул зубы и покинул логово.
Неумолимый закон заставил меня издать вопль проснувшегося дракона, которым я извещал бога о своей готовности служить ему. Крылья равномерно били о воздух, удерживая меня на низкой высоте. Я осмотрелся.
Логово стояло неподалёку от живописного леса, и оркам приходилось лавировать между ним и казармами, когда они тащили дерево троллям. Совсем рядом распологался Храм Проклятых, вдали синее небо разрывали острые клыки дворцовых укреплений. Чёрная Крепость была с трёх сторон окружена лесом, а спереди её защищали несколько башен. Я с удовольствием заметил, сколь сильна позиция нашего войска. Лагерь был разбит в самом углу Мира, и скалы оставляли для противника только узкий проход, уже перекрытый баллистами и башнями. В этом Мире были моря, и хотя я не мог их видеть отсюда, я знал об этом. Чтож, не самый худший расклад.
В самом лагере солдат было немного. Десяток грунтов, несколько берсерков. Около леса тесной группой стояли восемь огров, негромко обсуждая какие-то события. Четыре баллисты распологались у скал, простреливая проход. Я вздохнул полной грудью.
– Наконец тебя вызвали, Крыл!
– молодой грунт с улыбкой повернулся ко мне, закинув на спину большой топор. Судя по топору и щиту, он был уже на шестом уровне силы. Значит, война в самом разгаре.
– Приветствую всех!
– мой голос пророкотал над лагерем, заставив воинов обернутся. На лицах у многих проступили улыбки, маленькие гоблины принялись прыгать от радости. Мне пришлось
Потому что я не мог смотреть на них. Закон запрещает нам рассказывать гоблинам об их участи. Они веселятся, они смеются и подшучивают над всеми. Даже над богом. А боги никогда не понимают шуток. Гоблины, эти малыши... Они думают, что их бомбы - самая смешная игрушка. Они со смехом бегут к укреплениям врагов, они горды, что никто не в силах догнать их... И они никогда не успевают понять всё коварство богов. Взрыв, который разносит вражеские бастионы в пыль, дарит им быструю смерть. А в лагере уже смеются их преемники, не подозревая о судьбе предшественников.
Я с горечью подумал, что они счастливее всех нас. До самой смерти они верят, что живут. Да и в смерти не успевают осознать ничего. Не то что мы. Они свободны от мыслей, подобных этим...
– Что пригорюнился, змей?
– страшный голос заставил меня обернутся. Возле Храма Проклятых, на скелете коня, сидел Рыцарь Смерти в чёрной рясе. Я вздохнул.
– Думаю.
– Это твоя привелегия - ты герой.
– Как и молчание - я марионетка.
– Нет. Молчание - судьба всех, а размышления - дар героям, имеющим имена.
– Возможно ты прав.
– Какая разница, Чернокрыл? Ни ты ни я не властны над миром.
– Мы познаём этот мир, значит мы существуем.
Он мрачно усмехнулся, но не успел ответить. Послышался грохот, и все орки замерли как вкопанные. По лагерю как ураган пронеслись страшные слова:
– Рухнула шахта! Последняя шахта!
Я моментально понял, почему нам досталась такая удобная позиция. В этом Мире было очень мало золота. Значит нам предстоит сражаться и победить (или проиграть) только теми силами, которые уже успел призвать бог.
И ещё это значит, что мой ребёнок, уже родившись в логове, так и не вырастет. У бога не хватит золота. Я заскрипел зубами.
– Эй! Сколько золота в Крепости? Ближайший орк повернул ко мне бледное лицо.
– Ничего! Бог запустил исследования корабельной брони последнего уровня. И как раз рухнула шахта!
О небо, как он глуп! Он не проверил сколько золота в шахте, и заплатил 4000 монет инженерам! Мы переглянулись.
– Нам конец.
– мрачно заметил Рыцарь.
– Ну, не так всё плохо...
– один из грунтов напрасно пытался сделать вид, будто всё в порядке. Я резко оборвал его:
– Плохо. Бог не умеет управлять ресурсами - значит, он не умеет сражаться. Нам конец.
Ответить не успели. Небо потемнело, когда Квадрат Бога завис над лагерем. Рука Повелителя коснулась деревьв, и резким движением растянула зелёную Рамку, в которую попали все огры и десяток грунтов. Мгновением позже послышался голос их командира:
– Как прикажете, Хозяин.
Я проводил взглядом отряд уходивших на смерть друзей. В груди что-то болело, но я не успел ничего пожелать им на прощание. Рука коснулась меня.