Бесков
Шрифт:
Однако и динамовцы потеряли очко. Ко всему прочему — с «Даугавой», отнюдь не корифеем советского футбола. Подобных потерь по ходу турнира набралось немало. При этом конкуренты, главным образом всё те же армейцы (выступавшие вовсе без центрфорвардов — вариант сборной Испании на Еиго-2012!), своего не упускали. Динамовцы же на финише первенства 1951 года стали особенно остро ощущать отсутствие М. И. Якушина. Зато присутствие Михаила Иосифовича замечательно ощутили одноклубники из Тбилиси, завоевавшие серебро. Правды ради скажем, что отрыв от первого места великоват — семь очков.
Хотя у В. И. Дубинина в московском «Динамо» на второй год вышло много хуже. Обозреватели отмечали неважную физическую форму, ухудшение
А наша тема — противостояние двух великих клубов — исчерпана. Итоговый перевес на стороне красно-синих — у них пять чемпионств, при двух у «Динамо». Но не забудем, что Аркадьев все эти годы продолжал руководить коллективом, в то время как основные конкуренты в первой половине 50-го года опрометчиво расстались с Якушиным.
Глава пятая
ОЛИМПИАДА 1952 ГОДА
Год 1952-й — особенный для советских спортсменов. Наша страна решилась на участие в Олимпийских играх. Не прошло, как говорится, и сорока лет.
До Второй мировой войны Олимпиады относили к буржуазным пережиткам. В противовес общемировым тенденциям СССР, оставаясь «осаждённой крепостью», делал ставку на так называемые олимпиады рабочих-спортсменов, хотя показался на единственной из них — в Антверпене (1937).
Однако после Победы отечественные федерации по разным видам спорта пожелали видеть в международном сообществе. Наши выступили (пусть с перерывами и необязательно триумфально) в ряде чемпионатов Европы и мира. Дебют в первой послевоенной Олимпиаде, проходившей в 1948 году в Лондоне, выглядел вполне естественным для государства победившего социализма. К огромному сожалению, власти решили не рисковать. Возможно, более всего это повредило советскому футболу.
Конечно, гарантировать успех в олимпийском состязании, где игра идёт на вылет, никто не может. Но ведь футбольное золото взяли тогда шведы. Те самые — из «Норчёпинга» и «Гётеборга», — что боялись Константина Бескова как огня. И те самые, которые могли попасть под обстрел не только Константина, находившегося в расцвете сил, но и 25-летнего Боброва, и ещё вполне боеспособного Федотова, и супербомбардира Пономарёва. Не случилось. Жаль.
Зато к 1952 году настроение начальства кардинально изменилось. В газетах вспомнили, что Олимпиады — праздник спорта, дружбы и мира между народами. Вспомнили и Древнюю Грецию, и барона Пьера де Кубертена. В общем, рядовые граждане узнали о будущей поездке в Финляндию весной. А советские «любители», и прежде всего футболисты, начали тренироваться сразу после Нового года.
С 15 января команда, которую со всем основанием можно было назвать сборной СССР [13] , вела подготовку в Москве на закрытых теннисных кортах стадиона «Динамо». А 4 марта тбилисские динамовцы уступили сборникам свою базу в Леселидзе для полноценных занятий. Которых не получилось из-за омерзительной дождливой погоды, приведшей поля в ужасное состояние. Назначенный старшим тренером формирующейся команды Б. А. Аркадьев, его помощники М. П. Бутусов, Е. И. Елисеев вместе с игроками делали что могли. Но природные условия не позволили отладить тактические взаимодействия.
13
Национальная команда, выступавшая с 1924 по 1935 год, провела более сорока международных матчей. Однако в официальный реестр они не занесены, так как Советский Союз не входил в Международную федерацию футбола (ФИФА).
Между тем ради Олимпиады был фактически принесён в жертву внутренний чемпионат. Его основательно изуродовали и в результате провели в один круг (все матчи, кроме двух, состоялись в Москве).
Впрочем, первенство страны начнётся лишь 8 июля. Пока же обратимся к делам возрождённой сборной, которая именовала себя поначалу (для конспирации) командой Москвы, а затем выходила на поле под кодовым названием ЦДСА (так с сезона-51 стал именоваться ЦДКА).
Важное добавление. Руководство постановило провести всесоюзный турнир на приз Комитета физической культуры и спорта. Клубы высшего дивизиона были разбиты на четыре подгруппы (Харьков, Киев, Баку, Тбилиси), где в состязаниях по круговой системе определяли двух сильнейших для следующего этапа (он прошёл в столице СССР в мае—июне и завершился победой ЦДСА). Сборная же поначалу проводила по выбору товарищеские встречи с участниками турнира.
19 марта «москвичи» с Гагнидзе и Гогоберидзе в составе разгромили «Даугаву» — 6:0. Бесков появился в следующем спарринге — 28 марта против минских динамовцев, заняв позицию центрального нападающего. Единственный мяч на счету Сергея Сальникова. А 3 апреля наставники олимпийской команды совмещают на поле Никиту Симоняна и Константина Бескова. Первый занимает место центрфорварда (№ 9), второй — левого полусреднего (№ 10). Обыграны куйбышевские «Крылья Советов» — 2:1, у победителей отличились девятый и десятый номера. Кажется, намечается перспективная связка. Однако 11-го числа сборная с Бесковым в центре уступает столичному «Динамо» (0:1).
16 апреля Симонян возвращается на родную позицию в атаке и проводит победный гол в матче с ВВС (1:0). Через четыре дня там же, в Тбилиси, встреча с «Зенитом» — 3:2. «Девятка» — вновь Бесков, отметившийся дублем. Однако 24-го на его месте — опять Симонян. Зато тбилисское «Динамо» разгромлено — 3:0. Быть может, тренерский штаб не устроило, что Симонян в той игре не забил? Так как далее на острие атаки целых три матча подряд действует Бесков.
Спартаковец в окончательный олимпийский состав (20 игроков) так и не попадёт. В мае Аркадьев привлечёт в сборную Боброва. Ту же позицию в центре мог качественно закрыть и Бесков. Выходит, Симонян оказывался третьим лишним? А о возможных травмах задумываться было не принято.
Победы над армейцами и куйбышевцами (дважды — 2:0) были расценены как само собой разумеющееся. А вот поражение от сборной Польши (0:1) довело до нервной дрожи не только собственно футбольный чиновный люд, но и всех тех спортивных сановников, кто курировал советский дебют на Олимпиаде. Победа на зелёном газоне являлась задачей государственного значения. А к чему могла привести неудача — и думать не хотелось. Оттого столь трудно определялся окончательный состав. Причём «чехарда» (как позже небрежно будет замечено) существовала на каждой позиции в нападении.
Причина тому, помимо прочего, — в неочевидности выбора. Не секрет: смена поколений неумолимо настигла отечественную футбольную атаку. От культовых пятёрок форвардов динамовцев и армейцев к 52-му году у одних на уровне остались Бесков и Трофимов (плюс подтянулись Александр Тенягин и Сергей Сальников), у других — Валентин Николаев и Владимир Дёмин. Всеволод Бобров с 1950 года — игрок ВВС. Вместе с тем в стране появился отменный бомбардир Симонян, который в своём «Спартаке» очень прилично взаимодействовал с ветераном Николаем Дементьевым и молодым крайком Анатолием Ильиным. А Михаил Якушин в Тбилиси подготовил для главной команды Константина Гагнидзе и Автандила Чкуасели (тёзка последнего Гогоберидзе к тому моменту являлся уже сформировавшимся нападающим). Наконец, в «Зените» заметно прогрессировал Фридрих Марютин.