Беспредел
Шрифт:
Но что меня поразило еще больше, это то, что сбоку от Андропова, развалясь в кресле, сидел Миша Еремеев без пиджака и с развязанным галстуком. Он и Андропов говорили о чем-то по-английски, прервав разговор при нашем появлении. При этом Еремеев сказал по-русски: "Очень неплохо, Юрий Владимирович. Совсем неплохо. У вас еще есть небольшой акцент, напоминающий латиноамериканский. Но с таким акцентом живет половина Америки, особенно на юге и юго-западе. Так что вас можно прямо завтра забрасывать в тыл противника".
Андропов засмеялся тихим, сухим смешком, не вставая, подал руку Климову и указал ему на кресло. Климов, прежде чем сесть в кресло, обменялся рукопожатием с Еремеевым.
Не дожидаясь ответа, он взял сифон с газированной водой, налил стакан и подал мне.
— Спасибо. Не надо, — прошептал я пересохшими губами.
Еремеев пожал плечами и выпил стакан сам.
— Это кто? — спросил Андропов, указывая пальцем на меня.
Я вскочил на ноги и доложил:
— Капитан Беркесов.
— Из Ленинградского Управления? — водянисто-серые глаза Андропова прощупали меня, как мне показалось, до самого нутра.
— Так точно. Из Ленинградского Управления. Старший следователь, — отрапортовал я.
— Он что, у тебя пехотное училище окончил? — повернулся Андропов к Климову. — "Так точно!", "Капитан Беркесов". Того и гляди сейчас строевым пойдет по кабинету.
Он снова посмотрел на меня:
— Ты человеческим языком говорить умеешь?
Я молчал. Лицо у меня пылало.
— Волнуется человек, — ответил за меня Климов. — Увидел вас первый раз не на портрете и волнуется. Что в этом необычного? Товарищ молодой еще, а вы прямо на него, как танк… Да, я танк, — снова засмеялся Андропов. — Только вот мотор у этого танка уже не тот. Шалят мотор, — он приложил руку к груди, затем согнал с лица улыбку. — Он проинструктирован?
— В общих чертах, — ответил Климов. — Книгу прочел, и я лично с ним несколько раз побеседовал. И товарищ Еремеев тоже.
— Он готов участвовать в мероприятии? — голос Андропова был сухим и жестким.
— Ты готов? — переспросил Климов, повернувшись ко мне.
— Так точно, — ответил я, продолжая стоять.
Хотя Андропов уже сделал мне замечание за "так точно", но никаких других слов в данной ситуации я найти не мог.
— У него лексикон, как у маршала Куликова, — более добродушно заметил Андропов. — Кроме мата, только "так точно" и "никак нет". Какое он у тебя училище закончил? — обратился генсек к Климову. — Рязанское? Могилевское?
— Да никакого училища он не кончал, — с обидой в голосе ответил генерал Климов. — Университет он закончил. ЛГУ, юрфак.
Можно было подумать, что Андропов этого не знал.
— Быть не может, — изумился Андропов. — Я уже и раньше замечал, что юрфаки Университетов выпускают прямо готовых воздушных десантников. Юристы выходят, как после курсов спецназа. Это хорошо или плохо? Как ты, Климов, думаешь?
— Мне думать не положено, — отшутился генерал. — Да и кончал я, как вы знаете, Сельскохозяйственный институт в Ставрополе.
— В Краснодаре, — подсказал Еремеев.
— Да, правильно, — согласился Климов. — В Ставрополе я учился в филиале. В филиале одного хитрого института.
— Ладно, — проговорил Еремеев. — Пошутили и хватят. Давайте, Юрий Владимирович, о деле поговорим, а то у Василия Викторовича скоро поездка Ленинград.
Я лично понятия не имел — уеду я сегодня домой или нет.
Наступила тишина.
— Капитан Беркесов, — сухо и отчетливо начал говорить Андропов, — среди многих офицеров вашего управления вы отобраны по комплексу качеств как личного, так и служебного характера для проведения мероприятия, с сутью которого вас познакомил генерал Климов. Главное в этой операции, как и во всех
Я чуть было снова не ляпнул "так точно", но пересилил себя и ответил: "Задача ясна, товарищ генеральный секретарь".
— Толковый парень, — сказал Андропов. — Раз задача ясна, тогда все. Особые приказы будешь получать через голову своего руководства от меня лично или от генерала Климова… — он помолчал, а затем добавил, показывая на Еремеева. — Или от него. Можешь идти.
— Подожди меня за дверью, — сказал Климов.
Я уже повернулся, чтобы идти, когда услышал голос Андропова: Майор Беркесов!
Я снова повернулся к нему лицом.
— Ты будешь генералом, — произнес Андропов, буравя меня глазами. — Поверь моему слову. Иди!
Окончательно я пришел в себя, только вернувшись в кабинет генерала Климова.
— Ты молодец, — сказал генерал. — Правильно себя вел. И явно понравился товарищу Андропову. Как он с тобой пошутил, даже я удивился.
"Ничего себе шутки, — подумал я. — Немало, наверное, он довел своими шутками до инфаркта”.
— Товарищ генерал, — спросил я. — Разрешите вопрос?
Климов кивнул головой.
— Книга эта, которую вы приказали прочесть, может ли она действительно служить какой-то методикой? Может быть, есть способ прекратить эту войну. Сейчас у меня в голове все, что я прочел, постепенно откладывается, и я думаю, может, какие исследования по этому вопросу провести, институты подключить соответствующие. В общем, найти выход.
— Не умничай, — приказал генерал. — Можно подумать, что мы голову не ломали над этим вопросом. Ничего не выйдет. Стоит нам сейчас превратиться в либералов, объявить все свободы и тому подобное, как тут же нас всех разорвут на куски, а страна впадет в хаос, инстинктивно стремясь вернуться в доваряжное состояние. Это автор точно подметил. То, что мы сейчас задумала — тоже риск огромный. И больше всех сам Юрий Владимирович рискует. Столько дерьма накопилось в партии. Многие чуют конец и так гребут под себя, что дай им волю, все принадлежащее партии по норам растащат. Юрий Владимирович сейчас приказал все наворованное сдать или плохо будет. Так что они засуетились, как крысы, и еще неизвестно, как дело обернется. Но ты действуй, как приказано. Внутри мы разберемся. Нам бы никто извне не мешал.