Шрифт:
Святослав Логинов
Беспризорник
– Ваши документы?
Ко всему был готов Лиходеев, но только не к этому. Откуда эта фигура в синей форме, с жезлом и погонами появилась здесь, в кабине первого звездолета, отправленного в пробный рейс, к ядру Галактики?
– Документы, - настойчиво повторил милиционер и добавил: - Надеюсь, мне не придется перечислять все правила, которые вы нарушили за последние пять минут.
– Какие документы?
–
– Значит, нет документов, - с некоторым даже удовлетворением констатировал милиционер.
К этому времени тренированная психика пилота справилась с первым шоком и Лиходеев начал действовать. Он резко шагнул вперед. Рука его не встретила преграды, изображение милиционера качнулось и лопнуло, как мыльный пузырь, проткнутый пальцем. Так и должно быть; но того, что последовало, быть не должно: милиционер появился в другом углу рубки. И, появившись, сказал скучным голосом:
– Попытка препятствовать инспектору при исполнении служебных обязанностей отягчает вашу вину.
Лиходеев решил не обращать внимания на плод взбунтовавшейся фантазии и вернулся к своим делам. Но тут оказалось, что звездолет не слушается управления. Мыльный пузырь сочувственно наблюдал за манипуляциями Лиходеева.
– Что меня всегда удивляло в наиболее злостных нарушителях, - сказал призрак, - это какое-то детское упорство. Не пытайтесь скрыться, двигатель блокирован.
Сомневаться в реальности призрака больше не приходилось. Лиходеев напряг мозг - и нашел верный ответ.
– Эй, - окликнул он инспектора, - вы же на самом деле где-то в другом месте, а здесь только ваше изображение, приспособленное к моей психике. Так?
– Ну...
– заколебался призрак.
– Я понял!
– возликовал Лиходеев.
– Вы представитель высокоразвитой цивилизации, а я, наверное, влез в середину какой-нибудь галактической трассы...
– Межгалактической, - поправил представитель.
– Тем более, - подхватил Лиходеев.
– Вы меня приняли за нарушителя, а на самом деле все не так. Мы, человечество, только начинаем выходить в дальний космос. Собственно говоря, это первый сверхсветовой полет.
– А где инструктор?
– Кто?
– изумился Лиходеев.
– Тот, кто обучает вас вождению. С дублирующим управлением. Тормоз, сцепление, локатор и все такое.
– Я же сказал, - мягко ответил Лиходеев, решив защищаться до последнего, - что это первый испытательный полет, который...
– Сколько вам лет?
– перебил его инспектор.
– Мне? Тридцать два.
– Да не вам, а вашей планете. Галактических
– Не знаю, - растерялся Лиходеев.
– Смотря откуда считать. Года два-три. Не знаю.
– Что?
– возопил милиционер.
– Цивилизациям, которые не достигли четырнадцати галактических лет, вообще запрещается выход на трассу без сопровождения взрослых! Даже на велосипеде. Нет, я этого так не оставлю. Кто у вашей цивилизации родители?
– У нас нет никаких родителей, - запротестовал Лиходеев.
– Мальчик, не надо отпираться, - укоризненно сказал милиционер.
– Врать - это очень нехорошо. Сейчас мы поедем к тебе домой и я поговорю с твоей мамой. Твою машину я возьму на буксир, ты не бойся.
Звезды на экране дрогнули и начали смещаться. Через полчаса они приняли знакомые очертания - звездолет вошел в Солнечную систему.
– Боже мой!
– причитал галактический инспектор.
– Кто бы мог подумать? В наше время, посреди густонаселенной галактики - и вдруг беспризорник! Бедный малыш, - обратился он к Лиходееву, - я представляю, как трудно тебе было без папы, без мамы. Но ты не волнуйся, мы тебе поможем. Скоро сюда приедут лучшие специалисты по воспитанию. Они очень умные. А я подарю тебе от автоинспекции симпатичный манежик.
Звездолет достиг Земли. Лиходеев, еще недавно пытавшийся победоносно доказать свое право на межгалактические перелеты, увидел, как планета задрожала, неестественно вытянулась и распласталась огромным плоским блином. Над земным кругом воздвиглись хрустальные сферы, а из-за края преображенной Земли выметнулся устрашающий хвост китообразного и с шумом ударил по заплескавшейся вокруг воде.
– Кажется, неплохо вышло, - удовлетворенно сказал инспектор.
– Иди, малыш, играй. Хотя погоди, ты же, наверное, голодный...
Земля еще раз преобразилась. Ее прочертили молочные реки, текущие среди зыбких кисельных берегов. На уединенных островах воздвиглись печеные быки, обильно приправленные толченым чесноком, в полях, под открытым небом, выросли русские печи, готовые испечь пирог всякому, кто не поленится подбросить дров.
– Теперь совсем хорошо, - сказал инспектор онемевшему от изумления Лиходееву.
– Ты, детка, поиграй пока один, дядя скоро вернется, - добавил он и исчез.
Звездолет приземлился на центральном космодроме. Никто, впрочем, не обернулся в его сторону. Все локаторы были развернуты к лесу, туда, где на поляне у ручья, среди мотыльков и стрекоз, тихо кружился хоровод русалок.