Бессердечный
Шрифт:
Я окончательно потерял ее интерес.
Ей все равно.
В любом случае, я уверенный в себе мужчина. Я не тот мужчина, которого волнует, что думают другие, или мужчина, который судит о своей сексуальности по тому, скольких девушек ему удастся уложить в постель за месяц. Но будь я проклят, прямо сейчас мое эго слегка пострадало.
Это был... секс из жалости?
Я зарываюсь пальцами в свои волосы. Боже. Держу пари, она знает, кто я. Бьюсь об заклад, она знает все о том, что произошло.
— Все в порядке? — Эллисон вернулась. Ее глаза выглядят немного остекленевшими, она слегка воспрянула духом, что подтверждает небольшая улыбка на ее лице. — Алкоголь начинает действовать. Думаю, это была не такая уж и плохая идея.
— Эллисон, дай мне секунду. Я скоро вернусь.
— Конечно. — Она дарит мне снисходительную улыбку и поднимает бокал ко рту.
Спустя секунду я уже пересекаю бар, сфокусировавшись на своей цели.
Глава 10
Айла
— Айла. — Его голос прерывает нашу девчачью болтовню, и Бостин хмурится.
Поворачиваясь к нему лицом, я стараюсь не злорадствовать, потому что чувствую что-то вроде победы. Он подходит ко мне. Он преследует меня. Он хочет меня.
— Да? — отвечаю я.
Он хватает меня за локоть и, словно неандерталец, тащит прочь от бара, в укромное местечко между двумя пустыми столами с мерцающими свечами.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я.
— То, что произошло между нами утром, было из жалости, ведь так? — интересуется он.
Я в бешенстве.
— Я не трахаюсь из жалости, так что нет.
Он изучает мое лицо. Кажется, мой ответ его устраивает.
— Это все из-за этого? — спрашиваю я.
Ретт выдыхает, но молчит. Видимо, он проглотил язык.
— Я хочу снова встретиться, — говорит он после молчания.
Бросаю взгляд на серую мышку, которая сидит в другой стороне бара и мелкими глотками попивает лимонный мартини, и сжимаю зубы.
— Серьезно? — спрашиваю я, скрестив руки. — Ты вот так просто бросил девушку, с которой у тебя свидание, чтобы пойти и сказать мне, что хочешь снова трахнуть меня... и ожидаешь, что я соглашусь?
Уголок его полных губ приподнимается, и он тихо смеется.
— Я не на свидании.
Закатив глаза, я говорю:
— Конечно. Как скажешь. Но я не собираюсь снова с тобой встречаться, так что не трать свое время.
— Она моя помощница, — говорит он, его слова пропитаны отчаянием. — Ее бросил парень. Я пригласил ее выпить по стаканчику, спаиваю ее и даю пару выходных.
— О. — Я снова оглядываюсь. Я пока не видела ее лица, но смутно вспоминаю, как утром наткнулась на девушку, похожую по комплекции на нее, когда
— Да-да. — Он делает глубокий вдох. — В любом случае, как я уже говорил, я хочу снова увидеть тебя.
— Зачем?
Он смеется.
— Ты спрашиваешь зачем?
— Да. Зачем?
— Что, черт возьми, я должен ответить?
— Я не ищу парня, — выпаливаю я.
— Я и не хочу быть чьим-то парнем.
— Тогда что ты от меня хочешь?
Он подходит ближе, сокращая расстояние между нами, и едва касается ладонью моей щеки.
— Мне было хорошо с тобой этим утром, — говорит он, опуская руку. — Я просто хочу еще немного... этого.
— Значит, ты хочешь подругу для секса.
— Что-то вроде того. Да, — говорит он. — Никаких условий. Никаких ярлыков. Никаких обязательств. Просто секс.
— Ты говоришь, как чистокровный американец, — говорю я, вздыхая.
Ретт закатывает глаза.
— Ладно, так зачем тебе это? Я всего лишь девушка, с которой еще двадцать четыре часа назад ты даже не был знаком, — говорю я.
Он потирает ладонью свою щетину и выдыхает.
— Ты напоминаешь мне меня.
У меня отвисает челюсть.
— Не обижайся, но я не похожа на тебя.
Ретт смеется.
— Ты точно такая же, как и я, и поэтому это должно случиться. А теперь дай мне свой телефон.
— Не знаю, как ты это делаешь.
В среду утром я вылезаю из постели, воспоминания о прошедшей ночи очень туманны. Помню лишь, что пошла с Бостин в клуб «Прескотт», уединилась с Реттом, а затем разрешила ему забить свой номер в телефоне, тем самым согласившись стать его секс-подружкой.
Я написала ему, когда возвращалась домой, чтобы у него был мой номер, и он ответил через несколько минут, пригласив к себе.
И я пошла.
Как последняя дура.
— Делаю что? — спрашивает он, ворочаясь, пока простыни обвиваются вокруг его талии.
Бьюсь об заклад, мы спали максимум три часа, в крайнем случае, четыре, и сегодня я чувствую сладкую боль между бедер, но я не жалуюсь, ведь это того стоит. Ретт трахал меня в таких позах, о которых до прошлой ночи я даже не подозревала, и из-за этого я ощущаю себя совершенно новой женщиной.
— Втягиваешь меня в это, — говорю я, стоя перед раковиной. Дверь открыта, и я чищу зубы. Я, как идиотка, принесла сумку с вещами для ночевки, но понимаю, что мы не встречаемся, это никогда не перерастет во что-то большее, и мне не нужно, например, постепенно переносить свои вещи, поэтому пусть все идет своим чередом. — У меня никогда в жизни не было секс-приятеля, хотя такие предложения поступали. Это не мое.
— Ты пытаешься сказать, что мне повезло?
— Да. Типа того. — Я выплевываю зубную пасту в раковину и поворачиваюсь к нему, впитывая его красоту в теплом утреннем свете. — И еще, чтобы ты не запорол свой шанс.