Бессердечный
Шрифт:
Джастин вечером уйдет, и, возможно, это к лучшему. Ей следовало выяснить отношения с Филиппом и разом покончить с этим.
– Хотите, чтобы я отнесла ответ? – спросила Сильви, заставив Эриел обратить на себя внимание.
Погруженная в свои мысли, она совсем забыла о присутствии горничной.
– Да. Может быть, это будет лучше всего.
Снова сев за письменный стол, она быстро набросала ответ, в котором сообщала Филиппу, что вечером придет на свидание. Она запечатала записку, капнув на нее воском, и отдала горничной.
– Я прослежу, чтобы
– Спасибо, Сильви.
Она смотрела вслед девушке, скрывшейся в холле, и гадала о том, что та думает о ней. Эриел тешила себя надеждой, что Сильви не верила в существование любовных отношений между ней и Филиппом. Она подумывала о том, чтобы все объяснить ей, но, в сущности, это не касалось Сильви, да она и не знала, что сказать. После сегодняшнего свидания вопрос будет решен, и это уже не будет иметь никакого значения.
Эриел вздохнула. Ей вовсе не хотелось огорчать Филиппа. Стараясь выбросить из головы их предстоящую встречу, она снова села за письменный стол и продолжила работу.
Теплое утреннее солнце омывало розовым светом цветные стекла витражей в городском доме Клэйтона Харкорта. Он поцеловал роскошную, откровенно чувственную молодую женщину и проводил ее до подножия лестницы. Теперь она собиралась уйти. Потянувшись к ней, он слегка похлопал ее ниже спины.
– А теперь, Лиззи, будь хорошей девочкой и отправляйся домой. Прошлой ночью ты чуть не прикончила меня. Еще несколько таких схваток, и я уже не оправлюсь.
Элизабет Уоткинс, недавно овдовевшая графиня Мэй, весело рассмеялась:
– Да у тебя силы быка, Клэйтон Харкорт! Думаю, я просто надоела тебе.
– Разве ты можешь кому-нибудь надоесть, радость моя? У тебя груди как спелые дыни, рот как бархат, а…
Стук в дверь прервал его скабрезную речь на самом пикантном месте. Так как он отпустил дворецкого и бльшую часть слуг, чтобы обеспечить себе уединение с графиней на всю ночь, он сам поглядел в глазок на двери. К своему изумлению, он увидел Джастина Росса, стоящего на крыльце рядом со статуей льва.
Клэя охватило беспокойство. Для обычного светского визита было слишком рано. Что же касалось деловой встречи, то она не была запланирована на сегодняшнее утро. Дело могло подождать до вечера. Какова бы ни была цель Джастина, его визит означал, что случилось нечто серьезное.
Клэй повернулся к Элизабет, черные локоны которой были всклокочены, одежда помята, потому что вчера вечером она небрежно бросила ее на пол возле кровати. Клэй улыбнулся ей.
– Если ты не хочешь повстречаться с моим другом лордом Гревиллом, я предлагаю тебе воспользоваться черным ходом вместо парадного. Я скажу кучеру, чтобы он подождал тебя на дорожке. – Клэй беспокоился не о том, что его друг может проявить нескромность. Он старался пощадить чувства дамы.
– Может быть, мы увидимся с тобой на этой неделе? – предложила Элизабет, одаривая его прощальным поцелуем в щеку.
Клэй ничего не ответил, а только кивнул, и она поспешила в заднюю часть
Джастин снова постучал, и Клэй открыл ему дверь.
– Прости, что заставил ждать, – сказал он. – Я прощался с… другом.
Джастин только поднял бровь, когда Клэй давал инструкции кучеру найти и усадить в экипаж даму, вышедшую из задней двери дома. Потом он вернулся и закрыл дверь, как только они вошли в холл.
– Я думал, мы встретимся сегодня вечером, – сказал он Джастину, делая другу знак последовать за ним дальше.
Его туалет был в беспорядке. Он поспешно натянул бриджи, беспечно брошенные накануне возле кровати. Ноги его все еще оставались босыми, а мятая белая рубашка не застегнута. Но Джастин не замечал этого.
– Наша договоренность в силе, – подтвердил Гревилл, но вид у него был смущенный и встревоженный. – Я пришел по личному делу и надеялся получить твой совет.
– Значит, это связано с женщиной.
Только тут Джастин обратил внимание на некоторый беспорядок в одежде друга.
– Одно я знаю наверное, – сказал он, – ты эксперт в этой области. Надеюсь, что эта постарше той, что была до нее.
Лицо Клэя выразило испуг.
– Я не знал, что ей всего шестнадцать. Она выглядела на двадцать с гаком, к тому же не была девицей. – Он усмехнулся и распахнул дверь в столовую. – Она вдова. Сообщаю, чтобы успокоить тебя. Очень красивая и покладистая вдова.
Джастин улыбнулся. Он последовал за Клэем в комнату, окнами выходившую в сад и полную солнца. Они уселись за полированный дубовый стол. Кухарка, крепко сбитая седовласая женщина, служившая у Клэя последние четыре года, появилась через несколько минут, чтобы приготовить завтрак. Так как лакей еще не вернулся, она налила мужчинам по чашке кофе и поспешила на кухню.
Клэй принялся пить кофе маленькими глотками.
– Ладно, что произошло столь важное, что ты не смог дождаться вечера?
– Я подумываю о том, чтобы жениться, – выпалил Джастин.
Клэй резко выпрямился:
– Жениться? Ты? Я думал, что ты навсегда отказался от этой мысли.
– Да, я так считал. Впрочем, и считаю. – Он вздохнул. – Я так считал до прошлой ночи. Но недавно я стал размышлять об этом. Как ты полагаешь, такой человек, как я, может жениться и быть счастливым?
Клэй изучал его лицо из-за края чашки.
– Счастье редко дружит с браком, – ответил он, думая о своей бедной усопшей матери и ее безответной любви к уже женатому отцу. – По большей части люди вступают в брак из-за денег или ради положения в обществе. Но если ты говоришь об Эриел, то я не исключаю, что такое возможно. А почему ты этого хочешь? Девушка едва ли уже беременна. Она что, разыграла роль оскорбленной девственницы? И потребовала, чтобы ты исправил зло?
– Скажу тебе по правде, что мысль о браке, кажется, и не приходила ей в голову. Видишь ли, я – граф, а Эриел – дочь бедного фермера-арендатора. Она безупречно играет роль леди, но не забывает о своем низком происхождении.