Бессмертные

Ковальчук Игорь

Короткие локоны челочки обрамляли правильное лицо с глазами синими, как небосвод, с прямым носиком, с тонкими губами, будто очерченными пером. «Совершенство» — подумал Руин.

— Я — сын местного властителя, — небрежно сказал он.

— А, монаршья особа, — улыбнулась пленница. Без издевки или пренебрежения, но так легко, как на памяти принца еще никому не удавалось. Впервые титул показался ему совершенно незначительной вещью.

— Да. В определенной степени, — сострил он (странно, откуда в нем эта скованность?). — Как тебя зовут?

— Реневера, — представилась она. — Реневера Мортимер.

Можно Райнивер.

— Красивое имя, — медленно произнес Руин, при саживаясь на край кровати, в стороне от рассыпанных белокурых локонов.

— Нравится? — Она сверкнула глазами.

И принц понял, что его отец эту девушку не получит. Прелестница, наверное, просто не понимает, в каком опасном положении оказалась. По воле властителя живой она отсюда не выйдет. В самом лучшем случае, насытившись девушкой, Арман-Улл подарит ее кому-нибудь из своей свиты. Нет. Даже если придется испытать на себе гнев отца — кстати, неплохого мага — Руин все же решился выручить пленницу.

Она стоила усилий.

— Да, — ответил он.

Ответ получился неоднозначный, но Реневера почти не смутилась. Правда, и игру, похоже, не собиралась продолжать — взгляд девушки стал холодным, отстраненным: дескать, шутки неуместны.

— Это ты вместе с каким-то молодым человеком проникла во дворец?

— Сидела бы я тут иначе.

— А зачем вам это понадобилось, можно спросить? Ведь не в сокровищницу же вы лезли.

— Нет. Наше появление здесь — случайность.

— Странная случайность. Можно узнать, чем она обусловлена?

— Нельзя. — Ответ мог бы показаться грубым, но прозвучал нейтрально, и Руин отдал должное ее дипломатичности.

— Жаль. А то мне стало очень интересно, ради чего можно пойти на подобную авантюру. — Он ста рался тоном смягчать то, что говорил.

— Почему ты считаешь, что это было ради чего-то?

Руин поднял бровь.

— Так для чего? Не ответишь? Ну ты разжигаешь мое любопытство.

— Это допрос? — спокойно спросила Реневера. Принц слегка помрачнел.

— Нет, конечно. Я — не мой отец. Прости, если сказанное мной так прозвучало… Меня, честно говоря, привело сюда чистое любопытство. Никогда еще я не видел девушки, которая решилась бы на подобные эскапады, да еще в чужом мире, к тому же в самом охраняемом дворце этого мира… — Он бросил мимолетный взгляд на ее запястья. Их охватывали широкие браслеты магических блоков, вернее, блоков магии. — Кроме того, девушку, владеющую магией, тоже вижу впервые в жизни. Девушку отменно мужественную и такую безрассудную.

— Таковы уж мы, Мортимеры, — улыбнулась она.

— Мортимеры? Кто это?

— Это клан, к которому я принадлежу.

— Клан?

— Ты не знаешь, что такое клан?

— Знаю… Огромные семейства у диких кочевников.

Реневера залилась смехом.

— Не только у диких кочевников. Еще и у вполне цивилизованных центритов. Но в остальном ты прав. Клан — большая семья, где каждый держится друг за друга и друг другу помогает. Огромный род.

— И сколько в вашем… клане человек?

— Чуть больше четырехсот.

— Сколько?! Как вы все не передеретесь?

— Я же говорю — семья. Большая семья. Мы друг друга любим.

— Хм. — Руин смотрел на Реневеру напряженно и испытующе. — Твой клан правит этим самым Центром?

Это мир?

— Не совсем так. Это, конечно, мир. На самом деле он называется Асгердан, «Центр» — вроде как прозвище, для простоты. Но наш клан им не правит. У нас есть свои владения как в этом мире, так и в других. Асгердан — что-то вроде грандиозной столицы большой Системы Миров, где правит Совет Патриархов.

— Патриархов? А, так у вас называются главы кланов.

— Вспомнил?

— Нет. Угадал.

— Догадливый.

— Расскажи еще о своем родном мире.

— Он расположен на Белой стороне. — Она заметила удивленный взгляд собеседника и уточнила: — Ты что же, не знаешь, что такое Белая сторона?

— Нет, я, конечно, знаю, что миры во Вселенной делятся по черному и белому типу, просто не думал, что девушка с Белой стороны решится… Это же так далеко. Слишком опасно. Ты рассчитывала на свою магию? Но говорят, ваша магия построена по совершенно иному принципу, чем наша.

— Не совсем так.

— А как?

— Долго рассказывать.

— Кроме того… Говорят, на Белой стороне все иначе. Какой тебе был интерес заглядывать к нам, на Черную? Искала приключений?

— Ну сказать, что у нас все совсем иначе, нельзя. Да, у нас больше техники, более упорядоченная магическая система.

— Какую технику ты имеешь в виду?

— Автомобили, компьютеры, магнитофоны.

— Что это такое? Реневера улыбнулась.

— Технические приспособления. Насколько я знаю, у вас, на Черной стороне, водятся гремлины, верно? Я тут видела парочку. Так вот, техника — как раз то, что гремлины обожают пожирать. У меня был с собой мобильный телефон. Один из местных мордоворотов отнял, стал вертеть — так какой-то гремлин из-под стола как дикий зверь кинулся, выхватил, вмиг сожрал…

— Да, они это любят, — усмехнулся Руин. — Им нечасто перепадает. Из техники они, по-моему, только лампочки не едят.

— У вас здесь есть лампочки?

— Есть. Но только в парадных залах, бальных и жилых покоях. И то не во всех. Вокруг генератора я лично ставил защиту от гремлинов. Отцовские маги не смогли с ними справиться.

— Да, существа пронырливые.

— Но зато отличные слуги. Как вы без них обходитесь…

— Слава Творцу, у нас гремлинов нет. Не водятся. В качестве слуг мы используем демонов. Тоже удобно. Подпитываешь магией, не нужно кормить мобильными телефонами.

Руин и Реневера посмеялись. Она — довольно напряженно. Он лихорадочно продумывал план спасения девушки, а она пыталась догадаться, чего можно ожидать от этого молодого человека. Провальский принц в первые минуты ухитрился расположить ее к себе, хотя сейчас ей меньше всего хотелось кому-то излишне доверяться. Гордость и надежда на то, что она так или иначе вывернется, поддерживали присутствие духа пленницы, но в глубине души она мечтала о том, чтоб кинуться на кровать, зарыться головой в подушки и сделать вид, что ее тут нет. Властитель уже приходил смотреть на нее, его внешность вызвала у Реневеры отвращение. Щуплый, жилистый, горбится… а эта омерзительная жиденькая бородка, маленькие глазки, в которых вспыхивают желтые искры… Кажется, коснешься его — и по телу пойдут мурашки. Не надо обладать особой проницательностью, чтоб понять — он более чем опасен.