Бессмертные
Шрифт:
В темных уголках моих мыслей зародилась фантазия.
Я подбегаю к нему, обнимаю руками за шею, а он обхватывает руками мою талию и придвигает ближе к себе. Порывисто дышу, мускатный запах наполняет легкие, а от близости его тела становится тепло. Он говорит, что любит меня, голос проходит сквозь меня, разнося по телу волны желания. Я слышу, как громко бьется его сердце, в такт моему. Он наклоняет голову, мои губы покалывает от предвкушения. Но он не целует, заставляет меня ждать, желать большего. Наглый и дерзкий, он
До слуха начали доноситься смешки, и реальность подкралась так же незаметно, как вор в ночи, унося с собой мою фантазию. Только это мне и осталось. Фантазировать о том, что могло бы быть. Две хихикающие девушки чуть не споткнулись, уставившись на Торина, сидящего на байке. Он поднялся. Двухметровая мечта любой девушки.
Мне хотелось прикоснуться к нему, поцеловать его снова, сказать, что он мой, как сделал он, когда Норны еще не вмешивались. Как я могу уступить им? Отказаться от Торина? От нас?
Нет, ни за что. Не тогда, когда речь идет о Торине. Даже если мне придется напомнить ему обо всем, что между нами было, каждое прикосновение, поцелуй, я заставлю его вспомнить.
Как будто почувствовав мой взгляд, он обернулся и посмотрел прямо на меня.
Я резко опустила голову и выронила из рук папку, которая с глухим стуком упала на сырую землю. Я крепко зажмурилась и нагнулась, чтобы поднять ее.
«Так держать, Рейн. Это самое глупое, что могло случиться. И как я собираюсь помочь ему вспомнить, если даже не могу смотреть ему в глаза?»
Трусость не была закодирована в моей ДНК, но что мне еще оставалось делать, если последний раз, когда мы с ним виделись, я по-крупному облажалась? Я кинулась ему в руки и поцеловала, счастливая, что он вернулся, что снова могу видеть его, когда думала, что потеряла навсегда. Я не заметила его первую реакцию- сомнение - слова, по которым я должна была понять, что он забыл меня. Но он поцеловал меня в ответ, незнакомую, глупую Смертную девчонку, которая сама бросилась к нему - к Валькирии.
Как же стыдно...
Но это было две недели назад. Сейчас же у меня был безотказный план, который поможет все исправить. Точнее, два плана, чтоб наверняка. Мой папа всегда учил меня, что должен быть запасной вариант. В итоге Торин либо вспомнит, что мы предназначены друг для друга, либо снова влюбится в меня.
Я медленно поднялась и выглянула из-за капота.
Наши глаза встретились, и я снова зажмурилась. Он стоял позади моей машины в высокомерной позе, к которой я уже привыкла, со свисающим с плеча рюкзаком, спрятав руки в передних карманах джинс и изучая меня пристальным взглядом сверкающих глаз. Через меня будто прошел разряд. Этот блеск все еще имел надо мной силу, от которой подкашивались коленки.
–
– спросил он низким гипнотическим голосом, и мое тело тут же отреагировало на этот сексуальный тембр. Мне хотелось наслаждаться этим чувством вечность.
– Нет. Не видишь, папку уронила, - я очистила красную обложку от грязи. Он улыбался так сексуально, что мое предательское сердце чуть не выскочило из груди. Я слишком хорошо знала эту улыбку. Она говорила, что он знает, что я лгу, но я решила оставить все, как есть.
– Откуда ты знаешь мое имя?
– Миссис Ратледж сказала.
Мне всегда не нравилась наша болтливая соседка, но в этот раз я была готова ее простить. Я была все еще зла на нее из-за сегодняшнего утра. Стоило ей только увидеть меня, как она перекрестилась и побежала домой, словно я была порождением дьявола. Видимо, о том, что произошло в тот злосчастный день, знает уже весь город. Надеюсь, они не начнут охоту на ведьм. Сожжение у столба как-то не входит в мои планы.
Затем до меня дошел смысл слов, сказанных Торином.
– Что ты имеешь в виду под «снова прячешься от меня»?
– Ты исчезла сразу после того, как поцеловала.
К лицу прилила кровь. Надо, чтобы он продолжил эту тему.
– Думаешь, я ушла, потому что мы... эм... поцеловались?
– Ты поцеловала, - поправил он. Теперь мое лицо было красным, и он, видя это, расплылся в своей сногсшибательной ухмылке.
– Мы с семьей уехали тогда в круиз, чтобы оказаться подальше от...
– Меня?
– От всего, - я посмотрела на него. Мама решила, что нам нужен перерыв от Кейвилля и бесконечных трагедий, поэтому мы уехали в десятидневный круиз на Гавайи.
– Это никак не связано с тобой.
– Да. Конечно.
Разумеется, он не поверил мне. Я ждала следующего вопроса. Давай же. Спроси, почему я поцеловала тебя. Он продолжал изучать меня взглядом, теперь на его лице читалось не самодовольство, а любопытство, но он так и не спросил.
– Пойдем?
– спросил он, показывая на вход в школу.
Мне понравилось, как старомодно это звучало, в его голосе послышался британский акцент.
– Не спросишь меня почему?
– спросила я, подходя к нему ближе.
– Что почему?
– Почему я это сделала, - мое лицо горело, но надо было продолжить разговор. Слишком многое на кону.
– Почему я поцеловала тебя.
Торин моргнул, будто его удивила моя дерзость. Он тихо засмеялся.
– Нет, я уже знаю почему. Женщины всегда находят предлог, чтобы накинуться на меня. Меня больше интересует, почему ты заплакала. Никто не плачет после поцелуев со мной.
Иногда его высокомерию нет предела.
– Ладно, я, эм, я заплакала, потому что была зла.
Его брови поднялись так высоко, что чуть не исчезли за, спадающими на лоб, прядями волос.