Бесстрашные
Шрифт:
День за днем проходили в прежней неизвестности. Марлен вообще больше не показывалась, не слышно было и ее игры на рояле. Когда он снова хотел поговорить с ней и сказал об этом слуге, тот принес ему записку.
«Я сказала тебе все, что могла, и не могу прибавить больше ничего. Сегодня ночью я приду к тебе, чтобы получить ответ. Подумай хорошенько».
– Вы принадлежите к касте? – неожиданно спросил Швиль слугу. Швиль нисколько
– Синьор говорит о вещах, которые мне совершенно непонятны, – коротко сказал он и ушел, не дожидаясь ответа.
«Значит, сегодня вечером», – подумал Швиль, когда он остался один. Сегодня он должен принять решение. Марлен или палач? Какой странный выбор! Время до прихода Марлен Швиль провел в странном состоянии. Его охватило удивительное равнодушие. Он не мог ни думать, ни читать: перелистывал страницы книги, не понимая ее содержания. Лежал в шезлонге, жмурясь от солнца, в десятый раз делал попытки прийти к какому-нибудь решению, но снова терял нить и должен был начинать снова. Наконец он отказался от дальнейших попыток. Когда наступил вечер, он сел против двери и сидел до тех пор, пока она не отворилась.
В дверях показалась Марлен. На ней было белое кружевное платье, а на ногах красные сафьяновые сандалии, застежки которых представляли собой розы из чеканного золота. Во рту она держала малахитовый мундштук с сигареткой. На тонких пальцах сверкали кольца, от которых шли тонкие золотые цепочки к браслетам. Она казалась сегодня серьезнее, чем обычно: между бровей то появлялась, то исчезала складка.
– Ты хотел говорить со мной, мой друг? – спросила она с хорошо разыгранным безразличием.
– Мне кажется, что нам обоим надо поговорить, – ответил Швиль.
– Как хочешь, дело не в этом. Что ты можешь мне сообщить?
– Я узнал от слуги…
– Я знаю, и что же?
– Я решил… – он замолчал.
– Что ты решил, милый?
– Что я ничего не буду делать, пока не узнаю задачи и цели «Бесстрашных».
– У нас никто не может ставить условий. То, что я приказываю, исполняется беспрекословно – и баста.
– А если дело идет о преступлении?
– Даже тогда. Я могу только уверить, что никакой закон не охраняет так жизнь и имущество граждан, как «Бесстрашные». Я не жалею ни времени, ни денег, чтобы охранять своих людей.
– Довольно, Марлен, я понял.
– И как гласит твой ответ?
– Я отказываюсь.
– Ты с ума сошел!
– Может быть.
– Тогда прощай. – Она протянула ему руку.
– Прощай, Марлен. Я больше не буду тебе в тягость.
Она не ответила и ушла, даже не посмотрев на него.
Швиль бросил последний взгляд на обстановку, в которой он провел столько мучительных, но безопасных дней. Он сразу же покинул дом. Отойдя довольно далеко, он вынул из кармана карточку, которую дала Элли. Теперь
Дом, который он искал, лежал в стороне, в грязной и пустынной местности. Он не нашел звонка и должен был постучать в занавешенное окно. Женщина с седыми волосами и большими черными глазами посмотрела на него. Вместо того, чтобы сказать что-нибудь, он показал карточку Элли. Женщина отодвинула засовы и провела Швиля через маленькую белую кухню по узкой лестнице наверх, в маленькую комнату. Там она зажгла лампу, завесив окно скатертью. Затем, не говоря ни слова, вышла.
Спустя четверть часа Элли вошла в комнату. Ее глаза сердито сверкали и в движениях сквозило нетерпение. Швиль встал.
– Послушайте, господин Швиль, если бы я знала, что вы так скоро прибегнете к моей карточке, то вы не получили бы ее, – воскликнула она.
– Но, фрейлейн Элли, разве я мог знать, что уже сегодня буду в безвыходном положении?
– Если бы вы знали, – ответила она спокойнее, – с какой опасностью сопряжена для меня подобная встреча!
– Об этом я не подумал, фрейлейн Элли: иначе я бы не поступил так. Но в чем заключается для вас опасность?
– Ах, оставьте лишние вопросы, я не могу долго задерживаться. Итак, что случилось?
– Я оставил Марлен во второй раз, и это уже навсегда.
– Вы с ума сошли! Разве вы не знаете…
– Я все знаю, фрейлейн Элли, – перебил он ее, – и именно поэтому я не хочу принадлежать к «Бесстрашным».
– Вот как, вы знаете уже все?
– Да, я знаю довольно много и меня удивляет только…
– …Что я принадлежу к касте?
– Да, вы правы. Все эти дни я много… и с большой печалью думал о вас.
Она ласково взглянула на него и вздохнула.
– Я вас тоже не забыла, – ответила она. – Я приготовила вам паспорт…
– Фрейлейн Элли! На самом деле?
– Да, но человек, изображенный на фотографии, носит короткую бородку. Вы должны отрастить ее прежде, чем сможете перейти границу.
– Но где же мне найти убежище так надолго? Я ведь не могу оставаться здесь…
– Вы поедете к озеру Гарда в Санта Феличе: там есть у меня в деревне знакомая, где вы можете пожить некоторое время.
Он с восхищением пожал ей руку.
– Фрейлейн Элли, я чувствую, что вас давит страшная тяжесть – поедемте вместе.
– Нет, нет, еще нельзя. Вы должны найти на земле такое место, где мы были бы в безопасности. «Бесстрашные» распространены по всему свету, и если они нас найдут…
Она внезапно замолчала и потушила свет.
– Тише, – прошептала она и осторожно отодвинула с окна скатерть.
– Что-нибудь случилось?
– Нет, мне только показалось, что я слышу шаги, но я ошиблась. Не зажигайте огня. Через час приходите к палаццо Лазурного Берега. Оставайтесь на северной стороне, где темнее всего. Там я дам вам все, что вам нужно. Теперь я пойду, но вы выйдете из этой комнаты только через десять минут.