Бейссел
Шрифт:
И вот на том месте, где доктор рассказывал ящеру про вживление мне имплантанта, телепат попытался узнать, все по этому поводу. То есть про имплантант. Причем сделал это в очень грубой форме, ощущения были, будто мне в мгновение бульдозером перепахали все мозги… В сознании заорал имплантант о незаконном проникновении, и что выставленная защита не справляется… Ох, как это меня взбесило… И вся накопленная мною ярость, что копилась на моих мучителей выплеснулась на него как в ментальном, так и физическом поле.
В следующее мгновение я стоял на ногах, правая рука вытянута, а телепат отправился
Когда же он, наконец, пришел в себя, то смотрел на меня полными ужаса глазами. И сразу же бухнулся на все четыре колени и начал просить прощения. Я, честно говоря, опешил, пока Фрийон быстро мне не растолковал, что за подобное, ему вполне могут надеть ошейник, подавляющий телепатические способности. Особенно с этим строго на вольных станциях…
Минут десять я доводил его до истерики, когда же мне это надоело, то великодушно простил. К сожалению после подобного инцидента мне пришлось рассказать об имплантанте. Но и только!!! Я что совсем дурак, рассказывать об остальном?
Меня, конечно же, попытались склонить к согласию пройти медобследования, на что я громко и выразительно послал их полем-лесом, как давеча ящера со спасательного корабля. Тогда они попытались снова, да еще и какой-то другой телепат (так как этот тут же подал рапорт об увольнении по собственному желании) попытались на меня мягко надавить. Но моя защита была уже слегка подправлена, а потому имплантант выдал тот самый импульс, что и я сам немногим раньше. В общем от меня отвязались, хотя и предложили, что если я когда-нибудь соглашусь, то мне заплатят очень щедро… Угу, как уже говорилось, я еще не полный дурак, а потому никуда не пойду. Знакомая песенка: приду, меня обследуют, а потом заявят, что я неизлечимо болен и мне нельзя покидать лаборатории. А то и вовсе вколют что-то, и проснусь я в маленькой, с мягкими стенами комнатушке. Если вообще проснусь…
А потому было принято решение как можно быстрее валить с этой станции. Что, в общем, я и сделал, предварительно быстро пробежавшись по местным магазинам. Наконец купил себе подходящую одежду, кое-что из оружия и даже легкий скафандр (так, на всякий случай, так как по моему пониманию, на космическом корабле должен быть подобный предмет вне зависимости от ситуации).
Так что вскоре Фрийон вышел в открытый космос. Конечно же, стал вопрос о том, куда все-таки лететь? Понятно, что не к ящерам — туда мне путь заказан, разве что устроить вторжение… А хорошая идейка однако. Только флотом надо где-то разжиться… Может к мирам древних слетать?.. Хорошая была идея, пока Фрийон не заявил, что он не протянет там и пары часов… А жаль. Но заметку по этому поводу сделать можно…
Вскоре мы все-таки выбрали пункт назначения. Система Цынтолх, населена очень мирной птицеподобной расой. Можно будет спокойно отдохнуть, а заодно и какую-то непыльную работенку подобрать. На следующие девять дней Фрийон ушел в гипер…
Прибыв в систему Цынтолх, мы преспокойно получили разрешение на посадку на самой планете. А потому уже через час я вышел с главного космопорта планеты.
Этот мир был красив. Весь в зелени, а местные здания выглядели воздушными и хрупкими. Отчего
Как говорилось, местная раса была очень мирной, а потому и высокоразвитой в духовном плане. Именно это меня в ней очень и заинтересовало. А точнее в том что она могла мне предложить… конечно сначала я просто собирался посмотреть на местные достопримечательности и подыскать работу. Но! Очень такое четырехрогое "но".
А все дело в том, что три дня назад мой имплантант, а потом и Фрийон подтвердил, что в моих рогах началась зарождаться некоторая клеточная структура. Я, конечно, перепугался, полагая, что это какая-то опухоль, или вообще что-то наподобие устройства биологического самоуничтожителя, который наконец должен меня прикончить… Но, не имея никаких шансов что-либо сделать в данный момент, пришлось просто напиться с горя, ожидая прибытия в систему, и надеясь, что там мне смогут помочь. Но вчера Фрийон обрадовал сообщением о том, что смог опознать формирующуюся структуру…
Аэротакси, наконец, приземлилось перед шестиэтажным, металлическим, вычурной конструкции зданием. Расплатившись, я направился внутрь.
— Гармонии вам, — свистящим голосом поприветствовал меня местный клерк. Если так можно назвать канарейку красного цвета, в полтора метра росту с покрытыми перьями руками вместо крыльев, да еще и сидящую на небольшом расшитом коврике в позе лотоса напротив входа. Да еще и попивая с небольшого блюдечка что-то наподобие чая…
— И вам того же, — слегка растерялся я от подобной картины.
— Чем я могу вам помочь? — вежливо поинтересовался он, делая очередной глоток из блюдечка. — Прошу, присаживайтесь. Может длою?..
— Э… спасибо… — я, все еще очумевший, плюхнулся на предложенный коврик, сев по-турецки. Насчет выпивки Фрийон шепнул, что она для меня безопасна. Что ж, попробуем… На вкус, если моя дырявая память права, оказалось что-то среднее между кофе и чифирем. — Я вот пришел… ну чтобы…
— Я понимаю, — мягко сказал клерк. — Многим сложно, когда они узнают о своих способностях…
— М-да… для меня это был шок. Особенно когда мой… диагност заявил о появлении новой клеточной структуры…
— Даже так? — слегка удивился мой собеседник. — Если вы не против, то не могли бы вы рассказать что с вами произошло в последние дни?
'Почему бы и нет?' — подумал я. После чего рассказал свою историю, естественно кое-что утаив.
— Очень интересный случай, — заметил он. — Так вы говорите, что когда тот телепат попробовал проникнуть поглубже, то вы смогли вытолкнуть его из своего сознания?
— Ну, да…
— Вполне возможно, что именно он и был виновником вашей инициации, — задумчиво произнес он. — Так иногда случается, когда у кого-то способности спят, то ментальная атака вполне способна их пробудить…
— Но рога же…
— Рога у вас — ваши родные, иначе та структура не смогла бы в принципе зародиться. Уж такая она требовательная…
— Но как же… — растеряно протянул я.
— Ну что вы так расстраиваетесь. Во всем надо искать положительные стороны, — попытался успокоить меня этот канарейк.