Без Границ
Шрифт:
3 сентября 2013 (Вторник)
Виктория проснулась около полудня. Несмотря на то, что несколько часов назад ей казалось, что сил у нее больше никогда не будет, она чувствовала себя как-то по-новому. Свежо.
– Доброе утро, храброе сердце! – услышала она голос, ради которого продала душу Дьяволу.
– Харон… – прошептала она, усаживаясь на кровати.
Тот самый мужчина, к которому она почувствовала необъяснимую тягу, желание…. Любовь. Он сидел в ее комнате,
– Я удивлен. Приятно удивлен. И, безусловно, мне польстила твоя выходка. Это же надо, достать самого Люцифера и заставить его сводничать. Виктория, я поражен твоим безрассудством. – Он почему-то отчитывал ее как маленькую девочку.
– Я всего лишь хотела быть с тобой….Хотела продлить одну ночь на как можно дольше… – Тихо ответила она.
– У тебя даже не было этой ночи, как ты можешь знать, стоит ли она того, что ты сделала?
– Я уверена, что стоит… Пожалуйста, Харон, позволь мне насладиться тобой эти два года. Тем более, что я такое сделала? Я всего лишь отдала душу, не жизнь… Хотя, наверное, еще немного переговоров с твоим повелителем, я бы и жизнь отдала.
Харон усмехнулся и подошел к зеркалу на шкафу. Он поправлял шевелюру, незаметно разглядывая свое лицо.
– Зря ты так к своей душе… Но я не в праве переубеждать тебя, да и поздно уже. Поздно ведь? – Харон искоса посмотрел на девушку.
– В смысле?
Мужчина направился к девушке и легким движением руки, скинул с ее плеча лямку майки.
– Да, поздно… – улыбнулся демон.
– Что там? – Виктория вскочила с кровати и подбежала к зеркалу.
На лопатке красовался круг, в нем – непонятные знаки. Вика дотронулась до «татуировки» и интуитивно вздрогнула от боли, которой на самом деле не было. Никакого дискомфорта. Никакой боли. Словно никакого ожога не было, как и самого Люцифера. К тому же, тату была черного цвета, что совсем неестественно для татуировок, в принципе.
– Что это? – спросила Вика, стоявшего рядом Харона.
– Метка Люцифера. – Ответил он, словно рассказывал банальную тему на детском утреннике.
– Метка Люцифера? – загадочно переспросила Вика, проводя пальцами по коже.
– Печать Дьявола. Как тебе удобнее называть. – Харон улыбнулся.
– О, господи, – прошептала девушка, отходя от зеркала, зажимая рот руками, чтобы не вскрикнуть. – О господи… Этого не может быть…. Я не могу… У меня не может быть татуировки. Мать убьет меня…
– Это не татуировка. Это печать.
– А, ну это изменило ситуацию в целом… «Мама, на мне печать Дьявола, это не татуировка» – Вика посмотрела на Харона. – Как звучит?
– Звучит так, будто ты собираешься обвинить меня в случившемся. Плохая идея, Вика.
– Как работает эта метка? – Девушка вновь уставилась в зеркало.
– Довольно просто. С каждым днем она будет ярче и чем ближе к дню исполнения договора, тем больше ты будешь ее ощущать…. Когда Люцифер заберет твою душу, метка исчезнет.
– Почему Люцифер не рассказал мне об этом? Он же должен был осветить мне все аспекты сделки.
Харон рассмеялся.
– Люцифер ничего и никому не должен. Это во-первых. Во-вторых, это сделка с Дьяволом, а ты говоришь о честности. Я вообще удивлен, что он не обдурил тебя, дабы потешить себя или не уничтожил в первые секунды своего явления.
– А он мог?
– Мог. Он и не такое мог. Хотя мой повелитель очень дипломатичный и отличается чувством справедливости. Ну да ладно, хватит о нем болтать. У тебя есть два года. Как ты собираешься их проводить? Мы будем жить вместе?
– Нет. – Виктория не могла не улыбнуться. – Ты будешь жить отдельно. По крайней мере, первое время. Я могла бы оставаться у тебя….
Харон слушал девушку, незаметно прикасаясь к ее руке, проводя глазами по ее губам, жадным до его поцелуев…
– … Мы будем ходить гулять…
Демон невозмутимо дотронулся до ее губ и поцеловал девушку, заключая ее в нежные объятия.
–… Ходит в кино… – шептала она, пока мужчина целовал ее шею, опускаясь вниз, сводя с ума и без того уже пьянеющею от любви девушку.
Харон аккуратно уложил тающую в его руках Викторию на кровать, сладострастно осыпая ее поцелуями.
– Нет, Харон, нет, – прошептала девушка, останавливая демона. – Рано. Слишком рано.
– Что значит «рано»? – не понял мужчина, поднимая глаза на девушку.
Он был удивлен ее очередным отказом. Что сейчас мешало ей придаться тому, для чего, в принципе, она создана, тем более с таким партнером.
– Это значит, – отдышавшись ответила Вика, – что нельзя вот так вот взять и оказаться в постели. В смысле, а как же романтика?
Харон смотрел на девушку, пытаясь понять хоть грамм из того, что она от него хочет.
– Романтика?
– Ты не знаешь, что это такое, да, Харон? – печально спросила девушка, вставая с кровати.
– Я никогда не нуждался в романтике. Женщины не отвергали меня и были благодарны.
– Это было тогда, когда ты жил в подсознании каждой из них. Сейчас ты в реальности, а она довольно сильно отличается от того, что творится во сне…Я хочу таких отношений, которые могут быть только между мужчиной и женщиной, словно сказка, но наяву. Я хочу любви, которая сведет нас двоих с ума. Я хочу страсти, в которой можно захлебнуться от одного лишь глотка. Хочу понять твои чувства, истинные… У меня ведь всего два года, чтобы хоть как-то дать тебе почувствовать, что значит быть человеком.
Демон смотрел на девушку и…не испытывал ничего, кроме звериной похоти. О каких чувствах она говорила? Не все люди-то способны на чувства, а наивная двадцатилетняя девчонка собралась вытащить их из демона, в лицо которого влюбилась без памяти.
– В таком случае, я оставлю тебя, свет мой. Чуть позже свяжусь с тобой. Мне надо подумать о твоих словах и о моей роли в твоей жизни. Квартиру надо подыскать. Я ж теперь что-то вроде человека, да?
Харон улыбнулся, окинул еще раз девушку жадным взглядом и просто исчез.