Без лица

Макинтош Фиона

— Ответь мне. Что происходит?

— А что, не понятно? — закашлялся он.

— Понятно, понятно, — сказала она. — Но почему?

Он глубоко вдохнул и вытер рот туалетной бумагой. Смыл за собой.

— Выпустишь меня?

Джек потянул за ручку двери, увидел ее испуганное и обеспокоенное лицо, но ничего не сказал. Он умылся, прополоскал рот, а потом долго и громко прочищал горло. Пока он вытирал лицо бумажным полотенцем, Кейт молча смотрела на него.

— Так, одно известно наверняка: ты не напился вчера, иначе

я почувствовала бы запах. Следовательно, выпивка исключается.

— Пищевое отравление. Сойдет для тебя? — ответил Джек. Он не чувствовал ничего, кроме страха и гнева.

— Не нужно сердиться. Если ты заболел, просто скажи. Тут стесняться нечего.

Он постарался придать лицу более спокойное выражение.

— Я не болен, Кейт. Все не так, как выглядит. Но мне нужно сделать телефонный звонок, очень срочный, а еще я должен попасть на место преступления прежде, чем туда прибудет семья девушки. Ты останешься здесь. Похоже, у тебя все получается. Нет смысла сидеть тут вдвоем.

— Почему?

— Потому что я так сказал, — ответил он, уходя.

— Я имею в виду: почему ты должен побывать на месте преступления до того, как это сделает ее семья?

Джек открыл дверь и, обернувшись, бросил:

— Потому что я знал жертву.

Он ушел прежде, чем Кейт смогла справиться с шоком и что-то ответить.

6

Он потрясенно смотрел на хорошо знакомый фургон, который тщательно осматривали специалисты из лаборатории. Джек издалека увидел представителя своей команды. Малик наблюдал за действиями криминалистов и беседовал со следователями. Он позвонил детективу и из своего укрытия увидел, как Малик достал из кармана мобильный телефон.

— Инспектор Хан.

— Это Хоксворт. Я пытаюсь найти Броди, — сказал Джек, прилагая все усилия, чтобы говорить спокойно.

— Здравствуйте, сэр. Гм, он совсем недавно был со мной на месте происшествия. Мы уже знаем имя жертвы, сэр.

— Да, мне это известно. Где Броди?

— Он поехал с родителями жертвы к ним домой, в Хедли-Вуд, а потом собирался вернуться в оперативный штаб. Сэр, позвоните на мобильный. Я только что разговаривал с ним.

— Он не отвечает, — солгал Джек, рассудив, что это объяснение прозвучит вполне правдоподобно: возможно, Броди выключил мобильный, чтобы не беспокоить родных погибшей. — Как ее родители?

— Плохо, сэр, но другого и не ожидалось. Именно поэтому он поехал с ними. Они хотели отправиться прямо в морг, но он убедил их сначала заехать домой.

— Правильно, патологоанатомы только начали вскрытие. Им потребуется, по крайней мере, еще час. Нашли что-нибудь в фургоне?

— Пока ничего. Но вы же знаете этих криминалистов, они все Делают очень медленно. Их фотографы только направляются туда.

— Отлично, хорошая работа, Мал. Я позвоню тебе позже, — сказал он, глубоко вдохнув холодный воздух.

Следует

сохранять спокойствие и не поддаться эмоциям. Еще Джек должен был позвонить Стю Эплтону из криминалистической группы и доложить боссу о результатах, но он знал, что Малькольм Шарп не поддержит его в этой ситуации, поскольку противится всему, что мешает выполнять работу. Он сжал зубы и с остервенением набрал номер.

— Это я, — сказал он, как только раздалось ответное «алло». — Нам нужно увидеться.

— Что-то случилось?

— Мне нужно видеть тебя немедленно! — отрывисто бросил он и услышал вздох.

— Хорошо, без проблем. Так, встретимся в «Императрице» или…

— Нет, лучше в «Черном дрозде». Дай мне полчаса.

— Ты в порядке?

— Нет.

Джек отключился, бросил последний взгляд на фургон, закрыл глаза и представил прекрасное лицо Лили, выталкивая из памяти ужас, в который оно превратилось. Потом направился к станции «Уайтчепел». В это время такси будет сложно поймать, а поездка наземным транспортом займет гораздо больше времени. Кроме того, он хотел, чтобы земля поглотила его, хотел стать еще одним безымянным пассажиром, а не слушать болтовню таксиста о политике и лондонском движении.

Проехав четырнадцать остановок, Джек вышел на оживленной станции «Эрлз-Корт». Пройдя за турникет, он увидел своего друга и ощутил крепкое рукопожатие.

— Джефф, спасибо, что приехал. Отличная борода.

В удивленных зеленых глазах промелькнуло беспокойство.

— Дружище, да на тебе лица нет! Я услышу что-то по-настоящему плохое, да?

Джек почувствовал, как тошнота вновь подступила, и сердито сглотнул комок в горле. Джефф Бенсон это заметил. Он нахмурился и положил большую, похожую на медвежью лапу, руку на плечо Джеку.

— Думаю, тебе нужно выпить.

— Я при исполнении.

— Не волнуйся, я буду свидетельствовать, что это было в медицинских целях. Ты белый как мел. Что происходит?

Джек покачал головой.

— Мне нужно пройтись. Поговорим в «Черном дрозде».

— Хорошо, пойдем. Ты уверен, что справишься?

— Да, все нормально.

Они шли, молча обходя прохожих, которые встречались им на пути. Паб было легко заметить по выкрашенной черной краской двери. Там почти не оказалось посетителей, что, учитывая раннее время, было вполне предсказуемо.

— Что выпьешь?

— Все равно, — ответил Джек. — Но только, Джефф, никакого алкоголя. Я не хочу, чтобы от меня несло спиртным. Это последнее, что мне сейчас нужно.

Джефф кивнул и направился к бару. С момента, как они встретились, в кармане Джека несколько раз вибрировал мобильный телефон. Он не смотрел на него, но и так знал, что это Кейт или Кам. У него не было желания ни отвечать на неизбежные вопросы Кейт, ни слушать отчет Кама о родителях Лили. Ему требовалось время, чтобы прийти в себя, и еще он хотел посоветоваться.